Я вскочила со стула и неслась со всех ног открывать, потому что в дверь звонили, как на пожар. Как только я отомкнула замок, в квартиру вломилась подружка Светка. По одышке и демоническому взгляду стало понятно, что бежала она быстро и издалека. Я даже не успела спросить, чем вызван такой оголтелый визит, как она выпалила, закрывая в спешке дверь:
-Быстрее!!! Пошли давай быстрее, пока я не забыла!!!
-Да что не забыла-то? Откуда ты? – спрашиваю Светку.
-Дай воды скорее, а то помру!
Подгоняемая Светкой пинками под зад, я проскакала в кухню и налила в стакан воду из-под крана.
-Что, кипячёной нет?
-Нет, - говорю, - я сама вообще всегда прям из крана пью – ничего, живая…
-Ну ладно, давай сюда.
- «Гл-гл-гл» - громко пила Светка, как-будто она не девочка двенадцати лет, а мужик спохмелья, - фууууххх, спасибо! – вернула она пустой стакан и затолкала меня в комнату.
-Чего с тобой? – спрашиваю, -говори быстрее.
-Сейчас будем учиться материться, я мат один выучила – гордо заявила Светка.
-А нам он зачем? Если я буду материться, мне родители по губам дадут.
-Как зачем? Будем как взрослые. Мы на улице будем этим матом говорить.
-Ну и какой мат-то? – конечно же, из любопытства поинтересовалась я, хотя заранее знала, что говорить ни Светкиным матом, ни каким-то ещё, я не буду. Когда мне было лет пять-шесть, бабушка как-то сказала, что когда дети матерятся, у них изо рта чёрные жабы сыпаться начинают. Я вроде и сомневалась в правдивости бабушкиных рассказов, но жаб боялась и испытывать судьбу, естественно, не собиралась.
-Блин… - выругалась Светка.
-Блин – это не мат – сумничала я.
- Да не блин… это не то слово… тот мат длинный, в нем несколько слов было… я забыла, пока ты меня с этой водой отвлекала! – незаслуженно взъерепенилась на меня Светка. Как известно, лучшая защита – это нападение.
- Ну потом вспомнишь-скажешь – попыталась я хоть временно отделаться от Светкиного преступного умысла научить меня материться.
-Нет, я сейчас буду вспоминать. Как же там говорится… - Светка закатила глаза и долго пыталась найти в лабиринтах мозговых извилин следы потерянных по дороге слов, из которых надлежало составить длинный мат, – вроде вспоминается… точно!!! Дёрг за ногу твою мать! – наконец выдала Светка результат своих долгих интеллектуальных мучений.
- Ууужас – разочаровалась я, - ненормальный какой-то мат.
-Хотя подожди. Кажется это что-то не то. Слова, что-ли, по-другому как-то стояли… а-а-а-а, вот: за ногу дёрг твою мать! Или опять не то... за ногу твою дёрг мать… тоже не то… мать твою за ногу дёрг… - продолжала уже без энтузиазма свой монолог Светка. Мат никак не складывался.
Я в это время уже сидела в своих собственных мыслях, слушала Светку лишь вполуха и с опаской думала о том, что если Светка всё-таки вспомнит мат и сможет правильно составить его из этого нескладного набора слов, то я смогу проверить на Светке, действительно ли от мата сыпятся изо рта черные жабы. Удручало меня только то, что потом мне придется их всех собственноручно переловить и выдворить из дома до того, как родители вернутся с работы.
А мат Светка тогда так и не вспомнила. Мы обе потеряли к нему интерес и только спустя время поняли, что Светке помешало одно лишнее слово, которое она пыталась впихнуть в свой «шедевр».
Так обыкновенный глагол, который Светка по детскому недоразумению еще и сократила до неправильной формы «ДЁРГ», помешал нам стать матершинницами, что, скажу я вам, пошло нам только на пользу.