В Челябинске, у стен Курчатовского районного суда, разыгралась драма, достойная древних легенд. Родственники убитого езида Нодара Шамоева попытались устроить самосуд над его убийцей, Хусейном Лоиковым, осуждённым за жестокое преступление. Толпа, жаждавшая мести, рвалась закидать его камнями, но полиция и конвой успели вмешаться.
"Мы пришли закидать его камнями"
Детская дружба и взрослая любовь
Нодар Шамоев и Хусейн Лоиков выросли в одном дворе Челябинска. Вместе ходили в детский сад, делили игрушки, бегали по улицам. Их семьи, хоть и принадлежали к разным общинам — езидской и таджикской, — жили мирно. Но время шло, и детская дружба осталась в прошлом. К 2024 году Нодару было 25, он работал в автосервисе, увлекался борьбой и строил планы на будущее. Хусейн, 27 лет, стал стоматологом, женился, воспитывал маленького сына, но его жизнь осложняли вспыльчивый характер и тяга к конфликтам.
Всё изменила девушка по имени Мария. Она работала ассистенткой в стоматологической клинике, где трудился Хусейн. По словам родных Нодара, Лоиков начал проявлять к ней внимание, несмотря на свою семью. Мария не отвечала взаимностью и вскоре уволилась, чтобы избежать назойливости. Через несколько месяцев она начала встречаться с Нодаром. Но Хусейн не отступал: он продолжал писать ей сообщения, что раздражало Шамоева. Нодар решил разобраться по-мужски и вызвал Хусейна на разговор. Никто не ожидал, что встреча закончится кровью.
Смертельный разговор
Вечером 12 марта 2024 года Нодар ждал Хусейна у своего автосервиса. Он пришёл один, без друзей, рассчитывая на честный разговор. Хусейн тоже явился в одиночку, но, как позже выяснилось, с хирургическим скальпелем в кармане. Словесная перепалка быстро переросла в драку. Нодар, благодаря борцовским навыкам, повалил Хусейна на землю и оказался сверху. Но Лоиков, не теряя времени, выхватил скальпель и нанёс три точных удара — два в сердце. Нодар рухнул, а Хусейн, не вызывая скорую, написал Марии: «Сейчас твоему парню будут скорую вызывать». К приезду медиков Шамоев был уже без следов жизни.
Мать Нодара, Манана Шамоева, до сих пор не может говорить об этом без слёз. «Мой сын был спокойным, не искал драк. Он просто хотел, чтобы Хусейн оставил девушку в покое», — рассказывала она следователям. Хусейна задержали на следующий день. На допросе он признался, что ударил Нодара, но утверждал, что действовал в целях самообороны. Следствие, однако, установило: удары были нанесены с умыслом, а скальпель Лоиков принёс с собой.
Суд и приговор
Дело Хусейна Лоикова рассматривалось в Курчатовском районном суде Челябинска. 7 августа 2025 года его признали виновным в убийстве по части 1 статьи 105 УК РФ и приговорили к 9 годам и 6 месяцам колонии строгого режима. В зале суда Хусейн стоял с опущенной головой, избегая взглядов родных Нодара. Его адвокат пытался добиться смягчения, ссылаясь на наличие у подсудимого маленького ребёнка и положительные характеристики с работы. Но судья, выслушав свидетелей и изучив доказательства, включая записи с камер видеонаблюдения, остался непреклонён.
Семья Шамоевых сидела в первом ряду. Мать Нодара, Манана, сжимала платок, а его старший брат, Арам, не отрывал глаз от Лоикова. Когда приговор огласили, родные Нодара переглянулись, но их лица выражали не облегчение, а гнев. Для них 9 с половиной лет показались слишком мягким наказанием за жизнь их сына и брата. Арам, высокий мужчина с сжатыми кулаками, шепнул что-то сестре, и та кивнула. В этот момент зародился план мести.
Самосуд у суда
После оглашения приговора Хусейна под конвоем повели к автозаку. У здания суда собралась толпа — около 30 родственников и друзей Нодара. Среди них были женщины, мужчины и даже несколько подростков. Кто-то держал в руках камни, подобранные у обочины, другие кричали, требуя «выдать убийцу». Женщины, подстрекаемые мужчинами, рвались вперёд, размахивая руками. «Он убил нашего мальчика, а теперь выйдет через пару лет!» — кричала тётя Нодара, размахивая увесистым булыжником. Толпа напирала, пытаясь прорваться через оцепление.
Полицейские, дежурившие у суда, не ожидали такого. Двое сотрудников в бронежилетах пытались удержать натиск, но толпа росла, и ситуация выходила из-под контроля. Один из полицейских, растерянно перекрикиваясь с коллегой, вызвал подмогу. Через десять минут прибыли ещё три наряда. Оперативники начали снимать происходящее на служебные камеры, но быстро прекратили: в толпе были женщины и подростки, и съёмка могла усугубить обстановку. «Успокойтесь, разойдитесь!» — кричал старший наряда, но его голос тонул в гомоне.
Конвой успел затолкать Хусейна в автозак, и машина рванула с места, едва не задев любопытных зевак. Толпа, лишившись цели, начала расходиться, но гнев не утих. Камни, которые женщины собирались бросить, так и остались лежать у здания суда, а родственники Нодара, обессиленные, сели прямо на асфальт, обнимая друг друга.