Премьер-министр Швеции Ульф Кристерссон честно признался: да, я консультируюсь с ИИ. ChatGPT, LeChat — всё в ход идёт. Мол, не вижу в этом ничего страшного: это просто ещё один источник мнений, как эксперт или помощник.
Но не все оценили такую откровенность. Полетели вопросы: а нормально ли, что человек, принимающий политические решения, сверяется с алгоритмом? Профессор Вирджиния Дигнум из университета Умео сказала жёстко: «Мы не голосовали за ChatGPT». И добавила, что искусственный интеллект не может формировать политические взгляды — он лишь отражает своих создателей и обучающие выборки.
Суть претензий — в риске подмены. Когда политик ориентируется не на собственное мышление, а на подсказку модели, кто реально принимает решения? ИИ не подотчётен избирателям, не имеет ответственности, не участвует в дебатах. И если завтра на встрече с главой другого государства премьер повторит что-то, что подсказал ему алгоритм — кто будет за это отвечать?
При этом, как отмечает сам Кристерссон, ИИ — это не директива, а консультация. Вопрос лишь в том, насколько сильно эти консультации влияют на политические действия. Ведь в конце концов, мы идём к миру, где решения всё чаще принимаются не за круглым столом, а между строчек запроса к нейросети.
Сейчас эта тема выглядит как скандал. Но через пару лет мы, возможно, увидим министров, официально вводящих ИИ в состав своих советников. И возникает главный вопрос: если политика пишется подсказками, то кто будет писать подсказки?
#ИИ #политика #Швеция
