Осенний дождь бил в окна, заставляя меня поёживаться даже под тёплым пледом. Я уже полчаса безуспешно пыталась сосредоточиться на отчёте для завтрашнего совещания, но мысли постоянно возвращались к предстоящему отъезду. Мой начальник отправлял меня на трёхдневный семинар в Петербург — первая командировка после декрета. С одной стороны, я радовалась возможности наконец вырваться из рутины и почувствовать себя профессионалом, а не только мамой годовалого ребёнка. С другой — сердце сжималось при мысли о расставании с Мишей.
Входная дверь хлопнула, прерывая мои размышления. Муж вернулся с работы, а с ним и свекровь Нина Петровна, которая согласилась присмотреть за внуком во время моего отсутствия.
— Галочка, мы дома! — крикнул Андрей из прихожей. — Представляешь, мама специально отпросилась с работы на следующую неделю. Будет полностью в твоём распоряжении.
Я натянуто улыбнулась и вышла встречать «подкрепление». Нина Петровна, как всегда безупречно одетая и причёсанная, несмотря на дождь, снимала своё пальто цвета бордо. Увидев меня, она поджала губы в подобии улыбки:
— Галина, ты выглядишь уставшей. Давно пора было попросить о помощи.
— Здравствуйте, Нина Петровна, — я проигнорировала замечание. — Спасибо, что согласились приехать. Миша сейчас спит, но скоро должен проснуться.
— Конечно, согласилась! — свекровь расправила плечи. — Всё-таки родная бабушка, а не какая-нибудь няня с улицы. Я знаю, как обращаться с детьми.
Андрей подмигнул мне за спиной матери и шепнул:
— Не переживай, всё будет хорошо.
Если бы он только знал, как мне неспокойно.
Наши отношения с Ниной Петровной никогда не были тёплыми. Ещё на первом знакомстве, когда Андрей привёл меня к родителям, она окинула меня таким оценивающим взглядом, что я сразу поняла — не подхожу. С тех пор прошло пять лет, мы с Андреем поженились, родили сына, но отношение свекрови не изменилось. Она никогда не критиковала меня открыто при Андрее, но постоянно делала мелкие замечания, когда он не слышал. То я неправильно гладила его рубашки, то невкусно готовила, то плохо воспитывала ребёнка.
— Мам, давай я покажу тебе, что и где лежит, — Андрей взял мать под руку и повёл на кухню. — Галя всё приготовила, составила список…
— Андрюша, ты говоришь так, будто я никогда детей не растила, — с наигранной обидой ответила Нина Петровна. — Не забывай, я вырастила тебя без всяких списков и видеонянь!
Я закатила глаза, благо никто не видел. Да, именно о видеоняне я и хотела поговорить. Год назад, когда родился Миша, мама подарила нам современное устройство с камерой и микрофоном. Можно было не только видеть, что происходит в детской, но и говорить с ребёнком через специальное приложение на телефоне. Безумно удобная вещь, особенно когда нужно работать в соседней комнате, а малыш спит.
— Галя, иди сюда! — позвал меня Андрей. — Давай всё обсудим вместе.
На кухне я подробно объяснила свекрови режим Миши, показала, где лежат пелёнки, ползунки и игрушки. Рассказала о том, что ест ребёнок, в какое время купать, когда давать лекарства от колик. Нина Петровна слушала с таким видом, будто я объясняю ей, как включать свет в комнате.
— И ещё вот здесь видеоняня, — я указала на маленький монитор на кухонной стойке. — Камера в детской над кроваткой. Можно включать и следить, когда Миша спит, а вы заняты чем-то в другой комнате.
— Излишество, — фыркнула свекровь. — В наше время мы просто оставляли дверь приоткрытой и прекрасно слышали, когда ребёнок плачет.
— Мам, сейчас другие времена, — примирительно сказал Андрей. — Это удобно.
— Конечно-конечно, — покачала головой Нина Петровна. — Современные технологии. Что бы вы без них делали?
Я проглотила колкость и продолжила:
— В моём телефоне тоже установлено приложение этой видеоняни. Так что я смогу иногда подключаться и видеть, как там Миша. Мне так будет спокойнее.
— Что, не доверяешь бабушке? — прищурилась свекровь.
— Нина Петровна, дело не в доверии, — я постаралась, чтобы мой голос звучал мягко. — Просто я первый раз надолго уезжаю от сына. Мне будет легче, если я буду знать, что с ним всё хорошо.
— Мама, перестань, — вмешался Андрей. — Галя имеет право беспокоиться. Я и сам на работе иногда подключаюсь, чтобы посмотреть на сына.
Свекровь поджала губы, но больше ничего не сказала.
В этот момент из детской донёсся плач — Миша проснулся. Я поспешила к нему, радуясь возможности сбежать от напряжённого разговора.
Малыш сидел в кроватке, его щёчки раскраснелись после сна, а глаза были ещё мутными от слёз. Увидев меня, он тут же протянул ручки и радостно залепетал:
— Ма-ма-ма!
Я взяла его на руки, вдыхая родной молочный запах, и крепко прижала к себе. Как же трудно будет уехать!
— Ну что, соня, пойдём знакомиться с бабушкой? — проворковала я, целуя его в макушку.
Миша, словно понимая, о чём речь, спрятал лицо у меня на плече и крепче обхватил шею.
— Не стесняйся, она хорошая, — солгала я, поглаживая его по спинке.
В дверях появилась Нина Петровна.
— Вот и наш мужчина проснулся! — она распахнула руки. — Иди к бабушке, золотце моё!
К моему удивлению, Миша без колебаний потянулся к ней. Свекровь ловко подхватила его и прижала к себе.
— Вылитый Андрюшенька в детстве, — с умилением сказала она, разглядывая внука. — Те же глазки, тот же носик. Даже родинка такая же, за ушком.
Я промолчала. Действительно, Миша был очень похож на отца, чему я, если честно, радовалась. Значит, и свекровь будет любить его как родного.
— Пойду чайник поставлю, — сказала я, видя, что ребёнок комфортно чувствует себя с бабушкой.
Остаток вечера прошёл относительно мирно. Нина Петровна играла с Мишей, кормила его, даже искупала, демонстрируя недюжинные навыки обращения с детьми. Я невольно почувствовала облегчение — по крайней мере, сын будет в надёжных руках.
После ужина Андрей отправился укладывать Мишу, а мы с Ниной Петровной остались на кухне наедине.
— Галина, я хотела с тобой поговорить, — начала свекровь, помешивая чай в чашке. — О твоей поездке.
Я насторожилась. Вот оно.
— Я слушаю.
— Ты уверена, что тебе нужно ехать? — она пристально посмотрела на меня. — Миша ещё такой маленький. Оставлять его надолго… это не по-матерински.
Я почувствовала, как внутри поднимается волна раздражения.
— Нина Петровна, это всего на три дня. И это важно для моей работы.
— Работа, работа, — покачала головой свекровь. — В наше время матери сидели с детьми до трёх лет минимум. Никто никуда не спешил.
— Времена изменились, — твёрдо ответила я. — К тому же, Андрей поддерживает моё решение.
— Андрюша слишком мягкий, — вздохнула Нина Петровна. — Он всегда позволяет тебе делать то, что ты хочешь. А ведь ребёнку нужна мать рядом.
— Ребёнку нужна счастливая мать, — возразила я. — А для этого иногда полезно вспомнить, что ты не только мама, но и профессионал.
Свекровь поджала губы и некоторое время молчала. Затем неожиданно сменила тон:
— Ну что ж, я вижу, ты всё решила. Не беспокойся, я позабочусь о Мише. Будь спокойна.
Почему-то от этих слов мне стало ещё тревожнее.
Утро отъезда выдалось суматошным. Я в последний раз проверяла сумку с вещами, повторяла Андрею все инструкции по уходу за ребёнком, хотя он знал их не хуже меня. Нина Петровна с Мишей на руках наблюдала за моими метаниями с лёгкой усмешкой.
— Галочка, не опоздай на поезд, — наконец сказала она. — Мы справимся, правда, сокровище моё? — она обратилась к Мише, который увлечённо играл с её бусами.
Я подошла к сыну, поцеловала его в обе щёки и почувствовала, как слёзы подступают к глазам.
— Мамочка скоро вернётся, маленький. Будь хорошим мальчиком.
— Иди уже, — мягко подтолкнул меня Андрей. — Всё будет хорошо. Я позвоню вечером.
Я кивнула, взяла сумку и вышла, чувствуя, как сердце разрывается от тоски. В такси я украдкой вытерла слёзы и попыталась сосредоточиться на предстоящем семинаре. Я справлюсь. Мы все справимся.
В Петербург я приехала ближе к вечеру. Заселившись в небольшой уютный отель недалеко от места проведения семинара, я первым делом позвонила домой. Андрей сказал, что всё хорошо, Миша поел и сейчас играет с бабушкой.
— Хочешь с ним поговорить? — предложил муж.
— Конечно!
Я услышала, как он подзывает сына, а потом в трубке раздалось знакомое лепетание. Я улыбнулась, представляя, как Миша тянется к телефону.
— Привет, малыш! Мама скучает по тебе. Будь хорошим мальчиком, ладно?
В ответ донеслось радостное «ма-ма-ма» и какое-то бормотание.
— Он пытается рассказать тебе про свой день, — засмеялся Андрей, вернувшись к телефону. — Они с мамой весь день играли, потом гуляли в парке.
— Ты был с ними? — спросила я.
— Нет, задержался на работе. Прихожу только сейчас. Но мама прислала фотографии, всё было отлично.
Я почувствовала укол беспокойства. Нина Петровна целый день одна с ребёнком. Впрочем, ничего страшного. Она опытная мать и явно знает, что делает.
— Ладно, отдыхай, — сказал Андрей. — Завтра созвонимся.
Положив трубку, я решила проверить видеоняню. Открыла приложение на телефоне и подключилась к камере в детской. Комната была пуста и тиха, видимо, Миша ещё играл в гостиной.
Я закрыла приложение и стала распаковывать вещи. Первый день семинара начинался рано утром, нужно было подготовиться и выспаться.
Следующий день пролетел в круговороте лекций, дискуссий и новых знакомств. Я настолько погрузилась в работу, что почти не думала о доме. Только вечером, вернувшись в номер, я снова позвонила Андрею. На этот раз трубку взяла Нина Петровна.
— Галина, здравствуй, — её голос звучал напряжённо. — Андрей задерживается на работе, просил передать, что позвонит позже.
— Как Миша? — спросила я.
— Прекрасно, только что покормила его и уложила спать. Очень активный сегодня был, даже устал.
— Можно мне... с ним поговорить?
— Он уже спит, — отрезала свекровь. — Не будем будить ребёнка из-за твоей тревожности.
Я стиснула зубы, чтобы не нагрубить в ответ.
— Конечно, пусть спит. Передайте Андрею, что я позвоню завтра.
— Непременно, — сухо ответила Нина Петровна и отключилась.
Неприятный осадок остался после этого разговора. Я знала, что свекровь не в восторге от моей поездки, но не ожидала такой явной враждебности. Решив проверить, действительно ли Миша спит, я открыла приложение видеоняни.
В детской горел ночник, отбрасывая мягкий свет на кроватку, где действительно лежал мой сын. Но он не спал. Рядом с кроваткой сидела Нина Петровна и тихо говорила что-то, поглаживая его по головке. Я прибавила громкость, пытаясь разобрать слова.
— ...и заживём мы с тобой замечательно, Мишенька. Бабушка будет о тебе заботиться, а не эта... которая бросила тебя ради какой-то там работы.
Я замерла, не веря своим ушам. Что она такое говорит?
— Скоро мы избавимся от твоей мамочки навсегда, — продолжала шептать свекровь, наклонившись к внуку. — Она недостойна Андрюши, никогда не была достойна. А уж тем более не достойна такого сокровища, как ты.
Меня бросило в жар. Я смотрела на экран, не в силах поверить в то, что слышу. Это какой-то кошмар!
— Бабушка научит тебя всему, что нужно, — ворковала Нина Петровна. — А мамочка пусть катится со своими отчётами и совещаниями. Мы и без неё справимся, правда, золотце?
Миша что-то пролепетал в ответ, протягивая ручку к лицу бабушки.
— Вот и правильно, — кивнула свекровь. — А теперь спи, мой хороший. Бабушка всегда будет рядом.
Она поцеловала его в лоб, поправила одеяльце и вышла из комнаты, тихонько прикрыв дверь.
Я сидела, оцепенев от шока и ярости. Что это было? Угроза? Сумасшествие? Я перемотала запись назад, чтобы ещё раз услышать эти страшные слова. «Скоро мы избавимся от твоей мамочки навсегда». От одной мысли об этом у меня по спине побежали мурашки.
Первым порывом было позвонить Андрею и рассказать обо всём. Но что я скажу? Что подслушала через видеоняню, как его мать говорит странные вещи младенцу? Он может не поверить, решить, что я преувеличиваю из-за тревоги разлуки с ребёнком.
Нет, нужно действовать иначе. Я решила сохранить запись и показать её мужу, когда вернусь. А пока... пока я должна закончить этот проклятый семинар и как можно скорее вернуться домой.
Ночь прошла беспокойно. Я просыпалась каждый час и проверяла видеоняню. Миша спал спокойно, никто не заходил в комнату. Под утро я всё-таки забылась тревожным сном, но будильник безжалостно разбудил меня в шесть утра.
Весь день на семинаре я была как на иголках. Не могла сосредоточиться на выступлениях, постоянно проверяла телефон. Во время обеденного перерыва я позвонила Андрею. На этот раз он ответил.
— Привет, как ты? — его голос звучал бодро. — Как семинар?
— Нормально, — я старалась говорить спокойно. — Как вы там? Как Миша?
— Всё отлично! Мама с ним сидит, я на работе. Вечером поеду домой пораньше.
— Андрей, — я замялась, не зная, как начать разговор. — Твоя мама... она не говорила ничего странного про меня?
— В каком смысле странного? — удивился муж.
— Ну, не знаю... — я лихорадочно соображала, что сказать. — Может, что я плохая мать, раз уехала?
Андрей рассмеялся:
— Галь, ты накручиваешь себя. Мама, конечно, считает, что матери должны сидеть с детьми безвылазно, но она из другого поколения. Ничего такого она не говорила. Наоборот, хвалила тебя за то, как хорошо ты организовала быт.
Я растерялась. Неужели всё-таки показалось? Или Нина Петровна ведёт двойную игру?
— Ладно, извини, — сказала я. — Просто скучаю по вам.
— Мы тоже скучаем. Завтра уже будешь дома!
После разговора с Андреем я немного успокоилась. Может, я действительно всё преувеличиваю? Устала, нервничаю из-за разлуки с ребёнком. Мало ли что могла сказать пожилая женщина, убаюкивая внука. Может, она просто имела в виду, что я перестану так много работать?
Но вечером всё повторилось. Я подключилась к видеоняне и увидела ту же картину: Нина Петровна сидит рядом с кроваткой Миши и что-то тихо говорит ему. На этот раз я сразу включила запись.
— ...и бабушка будет заботиться о тебе, как следует, — шептала свекровь. — Не то что эта карьеристка. Вот увидишь, скоро папа поймёт, что она нам не нужна. Мы с тобой его убедим, правда, ангелочек?
Я похолодела. Это уже не просто странные слова — это настоящий заговор! Свекровь явно настраивает Андрея против меня. Или... или задумала что-то худшее?
От этой мысли меня бросило в дрожь. Что, если она действительно хочет как-то навредить мне? Может, подсыпать что-нибудь в еду или... Нет, это уже паранойя. Нина Петровна, конечно, не идеальная свекровь, но не убийца же!
И всё же слова «избавимся от твоей мамочки навсегда» звучали зловеще. Я решила не ждать возвращения домой и показать запись Андрею прямо сейчас. Отправила ему сообщение с просьбой перезвонить, как только сможет, это срочно.
Он перезвонил через десять минут.
— Что случилось? — голос встревоженный.
— Андрей, я должна тебе кое-что показать, — сказала я. — Это видео с няни. Твоя мама говорит нашему сыну ужасные вещи.
— Что? — он явно не понимал. — Какие вещи?
— Сейчас скину запись, посмотри сам.
Я отправила ему видео и стала ждать. Через пару минут он снова позвонил.
— Галя, я ничего не понимаю, — его голос звучал растерянно. — Мама просто разговаривает с Мишей, рассказывает ему сказку на ночь. Что тебя так взволновало?
— Как сказку? — я открыла запись и снова включила. — Ты не слышишь, что она говорит? «Скоро мы избавимся от твоей мамочки навсегда»!
— Галя, — Андрей говорил медленно, как с больным человеком, — мама читает «Колобка». Там бабушка и дедушка избавляются от колобка, который укатился в лес. Ты что, не узнала сказку?
Я снова включила запись, вслушиваясь в слова свекрови. Действительно, если не знать контекста, можно подумать, что она рассказывает сказку. Но я точно слышала вчера другие слова!
— Андрей, вчера она говорила другое, — настаивала я. — Я клянусь тебе!
— Галя, ты переутомилась, — голос мужа звучал обеспокоенно. — Давай ты закончишь семинар и вернёшься домой. Всё обсудим. А пока постарайся отдохнуть, ладно?
Я поняла, что он мне не верит. Да и как поверить? Всё выглядело так, будто я придумываю истории про его мать.
— Хорошо, — сдалась я. — Извини, наверное, я правда устала.
После разговора с Андреем я не находила себе места. Неужели мне всё померещилось? Или Нина Петровна каким-то образом узнала о видеоняне и теперь играет роль заботливой бабушки, когда думает, что её могут услышать?
Я решила проверить ещё раз. Открыла приложение и стала ждать, когда свекровь придёт укладывать Мишу. На этот раз я не просто слушала, но и записывала всё на диктофон с другого телефона — на всякий случай.
Ждать пришлось долго. Только около десяти вечера Нина Петровна появилась в детской с Мишей на руках. Она уложила его, спела колыбельную и уже собиралась уходить, как вдруг остановилась у двери и вернулась к кроватке.
— Знаешь, Мишенька, — тихо сказала она, поправляя одеяльце, — бабушка очень тебя любит. И папу твоего любит. А вот мамочка твоя... — она покачала головой. — Не заслуживает она вас. Но ничего, скоро всё изменится. У бабушки есть план.
Я задержала дыхание. Вот оно!
— Подслушиваешь, значит? — вдруг громко сказала Нина Петровна, глядя прямо в камеру. — Я так и знала. Только такая мать, как ты, будет шпионить за собственной семьёй через камеру.
Я вздрогнула от неожиданности. Она знала! Всё это время она знала, что я наблюдаю!
— Думаешь, я не заметила эту твою шпионскую штуку? — продолжала свекровь, подойдя ближе к камере. — Заметила, ещё как. И специально говорила всякие глупости, чтобы проверить, доверяешь ли ты мне. И что же? Ты не выдержала и двух дней!
Я сидела, оцепенев от шока. Она всё это подстроила?
— А теперь слушай меня внимательно, невестушка, — Нина Петровна понизила голос до шёпота. — Я никогда не причиню вреда ни Мише, ни Андрею. Я люблю их больше жизни. А вот тебя... тебя я просто терпеть не могу. Но ради сына и внука буду терпеть и дальше. И если ты расскажешь Андрею об этом маленьком эксперименте, я всё отрицу. Скажу, что ты всё выдумала из-за послеродовой депрессии. Как думаешь, кому он поверит? Матери, которая вырастила его, или жене, которая шпионит за семьёй через камеру?
С этими словами она выключила видеоняню.
Я сидела в оцепенении, не зная, что думать. Всё это время свекровь играла со мной? Проверяла меня? Или это всё-таки была настоящая угроза, а теперь она пытается выкрутиться?
Самые популярные рассказы среди читателей: