Вечер обещал быть спокойным. Степан расположился в кресле с книгой, радуясь редкой возможности побыть наедине с собой. Жена уехала на дачу проведать родителей и должна была вернуться только завтра к вечеру. Тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов, действовала умиротворяюще. Он сделал глоток чая и перевернул страницу.
Внезапный звонок в дверь заставил его вздрогнуть. Часы показывали половину девятого вечера — слишком поздно для незваных гостей. Степан отложил книгу и неохотно побрёл в прихожую. Через глазок он увидел свою тёщу, Зинаиду Павловну, в пальто и с объёмной сумкой в руках. Это было странно — по плану она должна была находиться на даче вместе с Лидой.
Подавив вздох, Степан открыл дверь.
— Продай машину и оплати моей дочери свадьбу! — потребовала тёща, едва переступив порог.
Степан оторопел. Они с Лидой были женаты уже пять лет, какая ещё свадьба?
— Здравствуйте, Зинаида Павловна, — произнёс он, стараясь выиграть время и собраться с мыслями. — Что-то случилось? Почему вы не на даче с Лидой?
Тёща скинула пальто и, не дожидаясь приглашения, прошла в гостиную. Поставив сумку на пол, она опустилась в кресло, только что покинутое Степаном.
— Не увиливай от ответа, — строго произнесла Зинаида Павловна. — Я спрашиваю, когда ты продашь свою машину, чтобы устроить Леночке нормальную свадьбу?
Туман в голове Степана начал рассеиваться. Лена — младшая сестра Лиды, его свояченица. Девушка недавно объявила о помолвке, и свадьбу планировали на конец лета. Но при чём тут его машина?
— Зинаида Павловна, я не понимаю, — он присел на диван напротив. — Почему я должен продавать машину ради свадьбы Лены?
— А кто, по-твоему, должен?! — тёща повысила голос. — Отец девочек умер, ты теперь единственный мужчина в семье! Кому, как не тебе, позаботиться о младшей сестре жены?
Степан почувствовал, как внутри поднимается волна возмущения, но постарался сохранить спокойствие.
— Во-первых, у Лены есть жених, Павел. Именно он должен заботиться о своей будущей жене и свадьбе. Во-вторых, я совершенно не обязан продавать личное имущество ради чужого торжества.
— Чужого?! — Зинаида Павловна всплеснула руками. — Лена тебе сестра!
— Свояченица, — поправил Степан. — И я с удовольствием помогу им в организации, могу что-то подарить в разумных пределах, но продавать машину? Это абсурд.
Тёща поджала губы и впилась в него тяжёлым взглядом.
— Я так и знала, что ты скажешь. Всегда был скупердяем. Видит Бог, я была против вашей свадьбы с Лидой. Говорила ей, найди мужчину обеспеченного, щедрого. А она всё талдычила про любовь. Вот и получила нищеброда, который машиной дорожит больше, чем семьёй!
Степан сжал кулаки, борясь с желанием сказать что-нибудь резкое. Машина была его гордостью и единственной дорогой вещью. Он копил на неё несколько лет, отказывая себе во многом. Это был не роскошный автомобиль, но надёжный и ухоженный. Для работы в службе такси — незаменимый помощник и источник дополнительного дохода.
— Зинаида Павловна, — начал он как можно спокойнее, — машина нужна мне для работы. Если я её продам, на что мы будем жить? К тому же, мы с Лидой планировали летом съездить на море...
— На море они собрались! — перебила тёща. — О себе только и думаете! А Леночка пусть в сарае свадьбу играет, да? С бутербродами вместо нормального банкета? Без лимузина, без платья приличного?
— Почему в сарае? — удивился Степан. — У них вполне приличный бюджет. Павел работает в банке, зарабатывает неплохо.
— Ха! — тёща презрительно фыркнула. — Ты его зарплату видел? Копейки! А Леночка достойна лучшего. Она у меня красавица, умница, в престижном вузе училась. Не то что некоторые, с дипломом заштатного техникума.
Степан почувствовал, как краска заливает лицо. Зинаида Павловна никогда не упускала случая напомнить о его, по её мнению, низком происхождении и недостаточном образовании. Хотя сама она всю жизнь проработала кассиром в продуктовом магазине.
— Вы несправедливы, — тихо сказал он. — Я честно работаю, содержу семью, забочусь о Лиде. И никогда не обещал оплачивать чужие свадьбы.
— А, так теперь мы чужие? — тёща поднялась с кресла, нависая над ним. — Запомни, голубчик, в нашей семье так не принято. Мы всегда друг другу помогали. Когда ты без работы сидел, кто вам деньги давал? Я! Когда квартиру снимали, кто половину оплачивал? Я! А теперь ты, значит, от нас отделяешься?
Степан вздохнул. Действительно, после сокращения на заводе он почти полгода не мог найти постоянную работу. Тогда тёща помогала им материально. Но с тех пор прошло три года, он давно вернул все долги и прочно встал на ноги.
— Я благодарен за помощь, — ответил он. — Но это не значит, что я должен разориться ради одного дня. Свадьба — это несколько часов, а жить нам с Лидой потом как?
— Не драматизируй! — отмахнулась Зинаида Павловна. — Продашь эту развалюху, купишь потом другую, подешевле.
— Это не развалюха, — возразил Степан, чувствуя, как гнев снова поднимается в душе. — Это надёжная иномарка в отличном состоянии. И я не собираюсь её продавать.
Тёща резко опустилась обратно в кресло.
— Значит, так. Либо ты находишь деньги на свадьбу Лены, либо я всё расскажу Лиде.
— Что расскажете? — не понял Степан.
— Не прикидывайся! — Зинаида Павловна прищурилась. — Думаешь, я не знаю про твои шашни с этой... как её... Маринкой?
Степан ошарашенно уставился на тёщу. Марина была коллегой Лиды по работе, иногда забегала к ним в гости. Обычная женщина, ничем не примечательная, к которой он не испытывал ни малейшего интереса.
— Какие шашни? Вы с ума сошли?
— Не ори на меня! — тёща повысила голос. — Я видела, как ты на неё смотришь, когда она приходит. Как улыбаешься слишком приветливо. Лида может ничего не замечать, но меня не проведёшь!
Степан покачал головой, не веря своим ушам. Теперь ещё и шантаж? Это уже переходило все границы.
— Зинаида Павловна, вы заговариваетесь. Никаких шашней нет и быть не может. Я люблю вашу дочь и никогда ей не изменял.
— Ну-ну, — хмыкнула тёща. — Посмотрим, что она скажет, когда узнает, что ты отказался помочь родной сестре, но при этом пялишься на каждую юбку.
Степан устало потёр переносицу. Разговор зашёл в тупик. Спорить с тёщей было бесполезно — она всегда считала себя правой и никогда не признавала ошибок.
— Давайте отложим этот разговор, — предложил он. — Сейчас уже поздно, все устали. Лида завтра вернётся, обсудим всё вместе.
— Нечего тут обсуждать! — отрезала Зинаида Павловна. — Я уже всё решила. Через неделю чтобы деньги были. А ты, значит, на даче остаться не захотела? — внезапно сменила она тему.
— Что? — не понял Степан.
— Я Лиду спрашиваю, — тёща повернулась к двери, где стояла растерянная Лида с дорожной сумкой в руках.
Степан вздрогнул. Он не слышал, как жена вошла в квартиру. Сколько она слышала из их разговора?
— Мам, что происходит? — Лида перевела взгляд с матери на мужа. — Почему ты здесь? Мы же договорились, что ты остаёшься на даче до понедельника.
Зинаида Павловна поднялась и подошла к дочери, мгновенно меняя выражение лица с воинственного на жалостливое.
— Ох, доченька, не могу я там одна. Тоскливо, страшно. Вот и решила домой вернуться. Думала, навещу вас, а тут... — она бросила выразительный взгляд на Степана. — Такой приём.
— Какой приём? — нахмурилась Лида, проходя в комнату и ставя сумку на пол. — Что случилось?
— Твой муж отказывается помогать с Лениной свадьбой, — тёща скорбно покачала головой. — Говорит, что ему плевать на твою сестру, что она ему чужая.
— Я такого не говорил! — возмутился Степан, вскакивая с дивана. — Лида, твоя мать требует, чтобы я продал машину и отдал деньги на свадьбу Лены!
Лида растерянно посмотрела на мать.
— Мам, ты серьёзно?
— А что такого? — тёща вздёрнула подбородок. — Он же член семьи. Должен помогать. Или ты считаешь нормальным, что Леночка будет выходить замуж абы как, без нормального торжества?
— Но причём тут машина Стёпы? — Лида сняла куртку и присела на край дивана. — У Павла неплохая зарплата, они сами справятся.
— Как же, справятся они! — фыркнула Зинаида Павловна. — Ты видела, какое платье Лена хочет? А ресторан знаешь сколько стоит? А фотограф? А лимузин?
— Мам, — Лида устало вздохнула, — может, не стоит так шиковать? Скромная свадьба тоже может быть красивой.
Тёща всплеснула руками:
— Вот до чего дожили! Родная сестра жалеет денег на свадьбу! А ведь я тебе устроила праздник на зависть всем! Помнишь, какое платье у тебя было? Какой банкет?
Степан едва сдержал смешок. Их с Лидой свадьба была более чем скромной. Платье она брала напрокат, самое простое, а банкет организовывали в небольшом кафе, только для самых близких. И то половину расходов они с Лидой взяли на себя, влезая в долги.
— Мам, — Лида потёрла виски, — давай завтра всё обсудим. Я устала с дороги, голова раскалывается.
— Конечно-конечно, — тут же засуетилась Зинаида Павловна. — Ты отдыхай, доченька. А я пока чайку нам организую.
Она направилась на кухню, бросив на Степана предупреждающий взгляд, словно говоря: «Только попробуй рассказать, что я тебя шантажировала».
Когда тёща скрылась за дверью, Лида повернулась к мужу:
— Что тут у вас произошло на самом деле?
Степан сел рядом с женой и тихо, чтобы не услышала тёща, рассказал о внезапном визите и странном требовании.
— И ещё она угрожала, что расскажет тебе о каких-то несуществующих шашнях с Мариной, — закончил он свой рассказ.
Лида прикрыла глаза ладонью:
— Господи, опять она за своё. Прости, Стёп. Мама иногда бывает... сложной.
— Это мягко сказано, — хмыкнул Степан. — Но машину я продавать не буду. Это просто смешно.
— Конечно, не будешь, — Лида взяла его за руку. — Я поговорю с ней завтра, когда она остынет. И с Ленкой нужно поговорить. Не думаю, что она в курсе этих планов мамы.
На кухне загремели чашки. Зинаида Павловна явно готовила чаепитие со всей тщательностью, громко стуча посудой и что-то напевая себе под нос.
— Она останется у нас? — с тревогой спросил Степан.
— Боюсь, что да, — вздохнула Лида. — Хотя бы на ночь. Не выгонять же её в темноте.
Степан кивнул, скрывая разочарование. Вечер был безнадёжно испорчен, как и всё следующее утро, если тёща останется завтракать.
— Девочки! Чай готов! — раздался голос Зинаиды Павловны из кухни.
— Идём, мам, — откликнулась Лида и тихо добавила для мужа: — Только без ссор, ладно? Хотя бы сегодня.
Степан кивнул и последовал за женой на кухню, где их ждала Зинаида Павловна с раскрасневшимися от плиты щеками и сияющими глазами.
— Я тут пироги привезла с дачи, — сообщила она, доставая из сумки объёмный контейнер. — С яблоками, как ты любишь, Лидочка. И вареньем угощу, сама варила. А вот Степану я особенно рекомендую смородиновое — для ясности ума полезно.
Последнюю фразу она произнесла с таким нажимом, что Степан едва сдержался, чтобы не ответить колкостью. Вместо этого он молча взял предложенную чашку и сел за стол.
Чаепитие проходило в напряжённой тишине. Лида пыталась поддерживать разговор, расспрашивая мать о делах на даче, но Зинаида Павловна отвечала односложно, бросая на зятя многозначительные взгляды.
Наконец, не выдержав, она обратилась к дочери:
— Лидочка, я тут с твоим мужем говорила о Лениной свадьбе. Надо бы помочь сестрёнке, правда?
Лида осторожно поставила чашку на блюдце:
— Конечно, мам. В разумных пределах.
— Вот и я о том же! — оживилась тёща. — А что может быть разумнее, чем продать то, что не очень-то и нужно, ради счастья родного человека?
— Мам, — Лида нахмурилась, — машина нам нужна. Стёпа подрабатывает на ней, да и в магазин ездить, и на дачу к тебе.
— Ой, да ладно! — отмахнулась Зинаида Павловна. — На автобусе доедете. Или такси вызовете. Не обеднеете.
— Мам, мы не будем продавать машину, — твёрдо сказала Лида. — Мы можем подарить Лене и Павлу что-то по средствам. Например, бытовую технику или часть медового месяца оплатить.
Тёща поджала губы:
— Значит, для сестры жалко, а для себя, любимых, не жалко? На море они собрались! — она бросила обвиняющий взгляд на Степана, который молча пил чай, стараясь не вмешиваться в разговор матери и дочери.
— Мы копили на эту поездку целый год, — терпеливо объяснила Лида. — И взяли путёвку по раннему бронированию, со скидкой. К тому же, я не понимаю, почему свадьба Лены должна быть за наш счёт? У них с Павлом нормальные зарплаты.
— У них ипотека! — воскликнула тёща. — Они квартиру купили, забыла? А ты со своим... — она кивнула на Степана, — всё по съёмным углам.
Лида вспыхнула. Квартирный вопрос был больным местом для их семьи. Они действительно снимали жильё, откладывая на первоначальный взнос по ипотеке. Но дело двигалось медленно — цены росли быстрее, чем их сбережения.
— Мам, — голос Лиды дрогнул, — давай не будем сравнивать. У каждого свой путь.
— Вот именно! — тёща победно улыбнулась. — И Ленкин путь — шикарная свадьба, как я ей и обещала!
— Вы ей обещали? — впервые подал голос Степан. — Так может, вы и оплатите?
Зинаида Павловна задохнулась от возмущения:
— Да как ты смеешь! Я пенсионерка! На что мне свадьбу устраивать?
— На то же, на что и нам, — пожал плечами Степан. — У нас тоже нет лишних денег.
— У вас машина есть! — отрезала тёща. — Продайте — вот и деньги.
— А потом что продавать будем? — не выдержал Степан. — Почку мою? Или Лидину?
— Стёпа! — одёрнула его жена. — Не надо так.
Зинаида Павловна поднялась из-за стола, картинно прижимая руку к сердцу:
— Боже, какой ужас! Как ты можешь такое говорить? Лида, ты слышишь, как он со мной разговаривает? А ведь я вам всегда помогала! Всегда была рядом!
— Мам, пожалуйста, — Лида тоже встала, — давай успокоимся все. Поздно уже. Стёпа, приготовь постель для мамы в гостиной, а я пока посуду помою.
Степан молча вышел из кухни, благодарный жене за возможность избежать дальнейшего конфликта. Расстилая диван для тёщи, он слышал, как на кухне продолжается приглушённый разговор, то и дело переходящий в перепалку. Потом хлопнула дверь ванной — Зинаида Павловна отправилась умываться перед сном.
Лида пришла в спальню последней, с покрасневшими от слёз глазами.
— Что она ещё наговорила? — тихо спросил Степан, обнимая жену.
— Всё то же, — вздохнула Лида, прижимаясь к нему. — Что мы эгоисты, что не ценим семью, что Ленка страдает из-за нашей жадности. Кстати, я позвонила сестре. Она в шоке от маминых планов, сказала, что и не думала просить у нас денег на свадьбу.
— Я так и знал, — кивнул Степан. — Лена всегда была разумной девочкой.
— Она просила прощения за мамино поведение, — продолжила Лида. — Сказала, что сама с ней поговорит. Но я не уверена, что это поможет. Ты же знаешь маму — если что втемяшит себе в голову...
— Знаю, — Степан поцеловал жену в висок. — Не переживай. Переждём этот шторм, как всегда.
Лида слабо улыбнулась:
— Спасибо, что не устроил скандал. Мама бывает невыносимой, но всё-таки она моя мать.
— Я понимаю, — кивнул Степан. — Но машину мы не продадим.
— Конечно, нет, — Лида погладила его по щеке. — Это было бы безумием.
Они легли спать, обнявшись крепче обычного, словно защищаясь от бури, бушевавшей за дверью их спальни.
Утро встретило их запахом блинов и звоном посуды на кухне. Зинаида Павловна, как ни в чём не бывало, готовила завтрак, напевая что-то под нос.
— Доброе утро, детки! — радостно поприветствовала она их. — Садитесь завтракать. Я тут блинчиков напекла, как вы любите.
Степан переглянулся с женой. Что это? Попытка задобрить их? Или тёща просто сделала вид, что вчерашнего разговора не было?
— Спасибо, мам, — осторожно сказала Лида, присаживаясь за стол. — Выглядит аппетитно.
— Кушайте на здоровье, — Зинаида Павловна поставила перед ними тарелки с блинами. — А я пока чайник поставлю.
Завтрак проходил в странной атмосфере. Тёща была подчёркнуто вежлива и предупредительна, словно извиняясь за вчерашнее. Степан, всё ещё настороженный, отвечал односложно, ожидая подвоха. Лида пыталась поддерживать непринуждённую беседу, расспрашивая мать о планах на день.
— Я думаю, домой поеду, — вздохнула Зинаида Павловна. — Дел много. Да и вам, наверное, надоела старуха со своими причудами.
— Что ты, мам, — запротестовала Лида. — Мы всегда рады тебя видеть.
Степан промолчал, за что получил лёгкий пинок под столом от жены.
— Да-да, конечно, — поддержал он, спохватившись. — Оставайтесь, сколько хотите.
— Нет-нет, — тёща покачала головой. — Я вас и так уже побеспокоила. К тому же, мне нужно с Леночкой повидаться. Она вчера звонила, ругала меня. Представляете? Родная дочь!
— За что ругала? — осторожно спросила Лида.
— Да всё за ту же свадьбу, — Зинаида Павловна махнула рукой. — Говорит, что не нужно ей никаких дорогих ресторанов и лимузинов. Что они с Павликом всё сами организуют. Молодёжь! Ничего не понимают. Свадьба должна быть пышной, чтобы все завидовали!
Степан едва сдержался, чтобы не закатить глаза. Вот оно что — тёща хотела похвастаться перед подругами богатой свадьбой младшей дочери! И ради этого готова была пустить по миру старшую с зятем.
— Мам, — мягко сказала Лида, — может, стоит прислушаться к Лене? Это всё-таки её день, её праздник.
— Вот именно, праздник! — тёща стукнула ладонью по столу. — А какой праздник без размаха? Что люди скажут?
— Какие люди? — не выдержал Степан. — Кому какое дело до того, сколько стоила свадьба?
— Всем есть дело! — Зинаида Павловна повысила голос. — Вот Верка, соседка моя, дочку замуж отдавала в прошлом году. Так там и ресторан был на двести человек, и платье из Италии, и лимузин, и фейерверк! А мы чем хуже?
— Тем, что у нас нет таких денег? — предположил Степан, за что получил ещё один пинок от жены.
— Деньги можно найти, если постараться, — многозначительно произнесла тёща, бросая выразительный взгляд на зятя. — Было бы желание.
— Мам, — Лида положила руку на плечо матери, — мы с Леной уже обсудили этот вопрос. Она не хочет пышной свадьбы. Они с Павлом планируют небольшое торжество для самых близких, а сэкономленные деньги потратят на ремонт в квартире.
— Ремонт! — фыркнула Зинаида Павловна. — Да кто этот ремонт увидит? А свадьба — это память на всю жизнь.
Самые популярные рассказы среди читателей: