О том, что на самом деле происходит на фронте, и кто рисует благостные картинки в угоду читателям, поведала знаменитая певица Ольга Кормухина.
Ее поддержала известная актриса Яна Поплавская: окопная правда не нужна никому, а помощь нашим парням на передовой нужна как никогда.
Поплавская написала, что эти слова ей "обожгли сердце":
Все слово в слово, о чем я говорю, что сама переживаю и о чём пишу постоянно. Одной дорогой идём, Ольга, через те же ямы. Но продолжаем идти, другого пути у нас нет.
Кормухина с горечью пишет о том, что у противника в сотни раз больше дронов, чем у наших бойцов, но волонтеры не в состоянии удовлетворить все запросы:
"Мавик" с ночником стоит около 600 тысяч рублей! А это – разведка, глаза ребят, без которых они воюют вслепую. С горем пополам четыре "мавика" раздали только передовым. А нам пишут со всего фронта, потому что другие волонтеры отказываются помогать.
Певица видит основную причину падения сборов в том, что многие военблогеры "Врут все!", вслед за государственными ведомствами рисуют радужную картинку уже почти совсем состоявшейся Победы. А Минобороны продолжает докладывать, что в войсках все есть, и это дополнительно дезинформирует людей:
Врут все! Чтоб подписчиков прибавлялось. Это – денюжки и реклама. А по факту, как сказал один командир: "Читаю в новостях: наши войска взяли город N. И понимаю, что завтра нам придётся город N брать. Любыми средствами и при больших потерях".
МАХ может стать кляпом для фронтовой правды
О том, что происходит сейчас в военном Рунете и насколько оправданны претензии Ольги Кормухиной, "Новороссия" говорит с военным обозревателем Александром Тагировым.
– И как вы оцениваете в этой связи грядущее повсеместное введение отечественного мессенджера МАХ?
– Если Telegram при этом не будет отключен на всей территории России – положительно. Но если МАХ останется единственным источником информации, это будет кляп в рот всей фронтовой правде. Подавляющее большинство бойцов ведут свои тг-каналы анонимно, они отпадут сразу.
Военблогеров тоже будет очень удобно банить по первому окрику чиновников. И тогда парни на СВО лишатся возможности сообщать о злоупотреблениях и преступлениях командиров, нехватке техники и боеприпасов.
– Но ведь во время Великой Отечественной войны существовала военная цензура, даже все письма с фронта проверялись цензорами.
– Крайне некорректное сравнение. Во время Великой Отечественной войны у нас вся страна на Победу работала, а не только патриотически настроенные волонтеры. И СМЕРШ существовал, и НКВД трудился, чтобы пресекать диверсии и злоупотребления. А сейчас у нас вокруг капитализм, поэтому в СИЗО Лефортово уже "генеральский батальон" сидит.
Если гражданское общество потеряет возможность контролировать процессы, происходящие на передовой, на руку это будет только тем, кто на войне зарабатывает.