Козырный Ким в мировых раскладах

Козырный Ким в мировых раскладах

#кндр

ЧАСТЬ I. Никто не хочет иметь Пхеньян врагом

После установления союзнических отношений между Москвой и Пхеньяном, наглядно подкрепленных участием северокорейских войск в боях в Курской области, геополитический вес КНДР проецируется далеко за рамки Юго-Восточной Азии.

Последний пример, – заявление украинского Главного Управления Разведки Минобороны от 5 августа о том, что в скором времени российская армия усилится большим количеством северо-корейских добровольцев-контрактников, не имеющих de jure связей с армией КНДР.

Мы не обсуждаем достоверность этой информации, отметим лишь, что выглядит она правдоподобно, как и пояснение украинского ГУР мотивации Пхеньяна: “Им нужен боевой опыт”.

В качестве курьеза можно отметить, что, согласно рейтингу огневой мощи армий Globalfirepower, в 2025 году Республика Корея [Южная Корея] находится на 5-м месте, выше Великобритании и Франции, а КНДР – на 34-м, ниже Тайланда, Алжира и Сингапура.

Видимо, в эти цифры не сильно верят в Сеуле, ибо новый президент Ли Чжэ Мён вновь вернулся к “Политике солнечного света”, задекларировав в своей июньской инаугурационной речи стремление “установить мир на Корейском полуострове через переговоры и сотрудничество”.

Ли пообещал восстановить – в числе прочего – разорванные с 2023 года “горячие линии” между армейским руководством 2-х стран во избежание “непреднамеренной эскалации”.

10 июня Ли приказал прекратить использование громкоговорителей на границе, через которые транслировалась пропаганда, направленная против Трудовой партии Кореи [ТПК] и лично товарища Кима, а правительство призвало активистов прекратить запуск воздушных шаров, которые разбрасывали листовки на территории северян.

Сестра лидера КНДР Ким Чен Ына – Ким Ё Чжон [de jure – заместитель директора Отдела пропаганды и агитации ЦК ТПК, de facto – 2-й человек в стране] жестко заявила, что “если Южная Корея надеется обратить вспять все последствия [своих действий] несколькими сентиментальными словами, то большей ошибки, чем эта, не может быть”, подчеркнув, что обещание Ли Чжэ Мёна сохранить союз Южной Кореи и США в сфере безопасности показывает, что он ничем не отличается от своего враждебно настроенного к КНДР предшественника.

Несмотря на это, 4 августа Южная Корея начала физический демонтаж пропагандистских громкоговорителей на разграничительной линии, при этом Минобороны южан заявило, что это “практическая мера, не ослабляющая военной готовности”.

Дополнительную уверенность Пхеньяну в своих силах принес июльский визит главы МИД РФ Сергея Лаврова, в ходе которого стороны высказались за укрепление союзнических отношений. Ким пообещал России “безусловную поддержку” в военных действиях против Украины, а Лавров обратился с посланием к США, Южной Корее и Японии, которые создали 3-сторонний альянс против КНДР: “Мы предупреждаем о недопустимости использования этих отношений для создания альянсов против кого-либо, включая Северную Корею и, конечно же, Россию”.

На этом фоне страшным сном Сеула является активно обсуждаемая в Вашингтоне идея о постепенном выводе американских войск из Южной Кореи и передача ответственности за оборону самим южнокорейцам.

Впрочем, позицию Белого Дома при Трампе трудно назвать последовательной. С одной стороны, Вашингтон требует от Сеула увеличить выплаты за размещение ~30 тыс. американских солдат и удвоить оборонный бюджет до 5% ВВП. В качестве обоснования указывается использование Штатами базы в Южной Корее не только для её обороны от КНДР, но и как плацдарма для поддержки Тайваня.

С другой стороны, близкий к Трампу аналитический центр Defense Priorities предложил масштабную перестройку американского военного присутствия в АТР, включая сокращение контингента в Южной Корее до 10 тыс.

Согласно документу, оборонные задачи должны быть переданы союзникам, таким как Япония и Филиппины, а Вашингтон должен сосредоточиться на сдерживании Китая и защите собственных интересов, а не нести основную нагрузку за весь регион.

[Продолжение следует]