Как известно, мечты Петра Великого о строительстве «парадиза» на Неве воплощались в жизнь с большим трудом и большими затратами. Прошло почти пятнадцать лет с момента закладки крепости на Заячьем острове прежде чем Доменико Трезини и Жан-Батист Леблон разработали первые «генеральные планы» строительства нового города, а также «образцовые проекты» городских домов. Но, на самом деле, все эти масштабные планы по сути так и остались планами. Безусловно, благодаря неимоверному упорству и железной воле императора, что-то из задуманного было реализовано. Хотя в целом эти хаотичные попытки воплощения в жизнь амбициозных замыслов даже отдаленно не напоминали город «по голландскому образцу». После смерти своего основателя он и вовсе стал развиваться совсем другими, более естественными для себя путями… Сегодня отдельные и относительно цельные «куски» придуманного некогда «парадиза» можно обнаружить пожалуй только на Васильевском острове, который по замыслу Петра должен был стать столичным центром. Тут есть и самые старые в городе каменные дворцы, и знаменитые коллегии. Местами сохранилась еще леблоновская планировка «уступами» изогнутой набережной Невы, и даже отдельные здания, которые изначально возводились по тем самым «образцовым проектам»…
Два дома на 7-й линии, построенных в соответствии с проектом «дома для именитых» в семь осей и два этажа на полуподвале, стоят рядом. Про один из них, лучше сохранивший характерные детали старого образца, я писал довольно подробно. Сосед его от многочисленных переделок пострадал гораздо серьезнее, но общий вид тут все еще достаточно узнаваем, а значит несколько слов стоит сказать и о нем.
Если первое здание строилось по заказу Александро-Невского монастыря, который решил открыть собственное подворье поближе к будущему центру города, то второе – было заказом частным. В ту пору этим участком владел князь Иванович Иванович Щербатов. Будучи представителем одной из самых знатных фамилии, причислявшей себя к Рюриковичам, некогда бывший стольником при дворе и тесно связанный со старыми московскими традициями, Иван Иванович вряд ли испытывал особый восторг от необходимости иметь недвижимость в Петербурге. В царствование Петра он подвизался явно не на первых ролях хотя и служил в знаменитом Семеновском полку (где дослужился до капитанского чина) и даже на пару лет оказался воеводой в Вятке. Но у Щербатова было четыре сына (причем один из них успел серьезно впутаться в дело царевича Алексея с тяжелыми для себя последствиями) и их будущее виделось опытному отцу при новом дворе и в новой столице. При этом, Иван Иванович, используя нравившийся императору образцовый проект, скорее всего хотел продемонстрировать безусловную лояльность с минимальными издержками.
Этот дом, построенный более по обязанности, чем по необходимости, как и многие другие дома петровской поры, довольно быстро менял владельцев. Процесс этот продолжался вплоть до 20-х годов позапрошлого столетия, когда старое здание приобрел для собственного семейства купец Емелин и этой фамилии оно будет принадлежать более 60 лет. Именно при Емелиных дом и подвергся наиболее существенным перестройкам. Новые владельцы переделывали внутреннюю планировку, пристраивали дворовые флигели, сносили вычурную крышу прошедшего столетия и меняли отделку фасада на более современную. Вероятно тогда же полуподвалы стали использовать под торговые помещения, а парадный вход сдвинули от центра снабдив уже привычным вытянутым холлом «для тепла», который иностранным образцом петровского времени просто не был предусмотрен. При этом, парадная лестниц с пологими переходами и плавными изгибами, занимала значительную часть общей площади в целом очень небольшого здания.
Для времени всех этих перестроек подобное использование пространства уже выглядело довольно необычно, но с другой стороны изначально дом не рассматривался Емелиными в качестве доходного и «излишняя» экономия просто не имела смысла.
Правда и позднее сию конструкцию существенно менять не стали… По пришествию долгого времени, в 1892-м, владелицей дома стала жена коллежского асессора Анна Павловна Смирницкая. Чин супруга Анны Павловны, относившийся в 8 классу табели о рангах, отнюдь не предполагал высоких должностей и доходов, дававших возможности для приобретения столичной недвижимости. А вот предположение о том, что девичья фамилия Смирницкой – Емелина многое объясняет, хотя точных данных об этом я к сожалению так и не нашёл. Примечательно, что Анна Павловна и ее наследники владели этим старым зданием уже вплоть до 1917-го. В эти годы дом в конце концов стал доходным и был разделен на шесть квартир. Тут даже открылся синематограф. Впрочем тратить деньги на новые переделки тут никто не собирался. Так все и осталось…
Сейчас рассматривать этот небольшой кусочек 7-й линии очень интересно. Он выглядит, среди окруживших его больших и высоких доходных домов, этаким неожиданным, но вполне реальным, напоминанием о давно забытых мечтах, человека, основавшего этот город. Два совсем небольших дома, пусть и потерявшие былой вид, плотно прижатые друг к другу и не имеющие въездных ворот, поскольку нынешняя линия проектировалась в самом начале в качестве канала, все еще являют собой замечательную картину воображаемого «парадиза», которой уже более 300 лет…