- В смысле накланяться? - Наташа стояла с целым тазом воды. - Я думала, вы хотите, чтобы я полы помыла.
- Какие к чёрту полы! Ноги мне надо помыть!
- Ольга Александровна, вы сейчас серьёзно?
- А ты как думала? Ты теперь в моём доме, а в моём доме младшие ухаживают за старшими! - нагло заявила свекровь.
- Я впервые такое слышу, - возразила Наташа.
- А я уж подумала, что с воспитанием у тебя всё в порядке, но, видимо, ошибалась, - фыркнула Ольга Александровна.
- А что будет, если ваш сын узнает об этом?
- Ничего не будет! Андрей мне сказал, что ты покладистая и тихая. Он всегда намывает мне ножки, если я его об этом прошу. Ну давай, хватит ломаться, мой мне ноги, - свекровь откинулась на спинку дивана и выставила свои ноги с кривыми ногтями.
- То есть вы хотите, чтобы я сейчас села и стала мыть ваши ноги?
- Ну конечно, вон полотенце лежит. Кстати, я люблю, когда мне пятки тщательно моют, так что приступай давай.
Наташа молча смотрела на свекровь, не веря своим ушам. Она пришла в этот дом, надеясь на спокойную жизнь, но столкнулась с грубостью и наглостью. Ольга Александровна явно не собиралась уважать её границы.
— Я не буду этого делать, — твёрдо сказала она. — Это неприемлемо.
Свекровь приподнялась на диване и нахмурилась.
— Что значит «не буду»? Ты обязана заботиться о старших, особенно в чужом доме!
— Я пришла сюда не для того, чтобы прислуживать вам. Я не собираюсь мыть вам ноги, — ответила Наташа, стараясь говорить спокойно, но внутри её всё кипело от возмущения.
Ольга Александровна встала с дивана и подошла к Наташе, сверкая глазами.
— Ты что, не понимаешь, кто я? Я — твоя свекровь! Я здесь главная!
— Нет, не главная. И я не обязана выполнять ваши приказы, — отрезала Наташа.
Свекровь резко выдохнула и сделала шаг назад.
— Ну хорошо, — сказала она, стараясь говорить спокойно, но в голосе всё равно слышалась угроза. — Посмотрим, как долго ты продержишься в этом доме.
Наташа молча взяла таз с водой и пошла на кухню. Она чувствовала, как внутри неё нарастает злость, но старалась держать себя в руках. Она не собиралась подчиняться этому диктату.
На кухне Наташа села на стул и закрыла лицо руками. Она не могла поверить, что всё это происходит с ней. Она пришла сюда, надеясь на новую жизнь, а столкнулась с таким отношением. Но она не сдастся. Она не будет мыть ноги этой женщине.
Внезапно входная дверь распахнулась, домой вернулся Андрей. Он прошёл в ванную, а через пять минут заглянул на кухню.
— Наташа, что ты здесь делаешь? — спросил он, удивлённо глядя на таз с водой.
— Я… я просто… — Наташа запнулась, не зная, как объяснить ситуацию.
— Что происходит? — нахмурился Андрей. — Почему ты здесь одна?
— Ольга Александровна попросила меня помыть ей ноги, — тихо сказала Наташа, не поднимая глаз.
Андрей замер на месте, а затем его лицо стало суровым.
— Что? — переспросил он. — Ты серьёзно?
— Да, — кивнула Наташа. — Она сказала, что я обязана это делать.
Андрей резко развернулся и вышел из кухни. Через несколько минут он вернулся с матерью.
— Мама, объяснись, — сказал он, глядя на Ольгу Александровну. — Почему ты попросила Наташу мыть тебе ноги?
- Сынок, твоя жена живёт в моей квартире, она должна выполнять прихоти старших.
- Вот Наташа, мама дело говорит! Поэтому возьми тазик, добавь туда горячей водички и помой моей мамочке ноги, - неожиданно заявил Андрей.
Наташа сжала руки в кулаки, стараясь не показать, как её захлестнула волна гнева. Она посмотрела на Андрея, пытаясь найти в его глазах понимание или хотя бы поддержку, но увидела лишь холодную отчуждённость. Её муж, который должен был стать её опорой, оказался на стороне своей матери, требуя от неё унизительного подчинения.
— Андрей, ты серьёзно? — спросила она, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Ты просишь меня сделать это? После того, как я сказала, что это неприемлемо?
Андрей молча перевёл взгляд на мать, а затем снова на Наташу. В его глазах мелькнуло что-то, похожее на сомнение, но он быстро подавил его.
— Наташа, ты моя жена. Ты должна уважать старших. Это элементарная вежливость, — холодно сказал он.
— Вежливость? — повторила Наташа, не веря своим ушам. — Ты называешь это вежливостью? Это унижение!
— Хватит спорить! — резко вмешалась Ольга Александровна. — Я сказала, что ей нужно сделать, и она должна это сделать. Если она не хочет, пусть уходит!
Наташа почувствовала, как внутри неё что-то сломалось. Она больше не могла терпеть этот произвол. Она не собиралась подчиняться ни своей свекрови, ни своему мужу.
— Я ухожу, — сказала она, поднимаясь со стула. — Я не собираюсь жить в доме, где меня унижают и заставляют делать отвратительные вещи.
Андрей сделал шаг вперёд, словно пытаясь её остановить, но Наташа подняла руку, останавливая его.
— Не трогай меня, — сказала она спокойно, но твёрдо. — Я больше не буду терпеть это.
Она вышла из кухни, оставив за собой гробовую тишину. Её сердце бешено колотилось, а глаза жгли слёзы. Она не могла поверить, что всё это происходит на самом деле. Она надеялась на счастливую жизнь с Андреем, но вместо этого столкнулась с жестокостью и бесчувствием.
Наташа вышла из квартиры, не оглядываясь. Она знала, что больше никогда не вернётся сюда. На улице было холодно, но Наташа не замечала этого. Она шла, не зная, куда направляется, но была полна решимости изменить свою жизнь. Она больше не будет жертвой, она будет бороться за своё достоинство и счастье.
Мама и сын молча сидели на кухне.
- Сынок, ну раз твоя жена отказалась, может, ты намоешь мне ножки? - с улыбкой спросила Ольга Александровна.
- Ну конечно, мама.
- А потом и массаж мне сделаешь, что-то у меня поясница ноет, наверное, дождь будет.
- Мама, я всё для тебя сделаю!