Роуз чувствовала сильную дрожь, стоя на этом месте, и жадно смотря
на единственного мужчину, которого она хотела увидеть еще раз всей душой, но знала, что больше никогда не увидит. Единственного
мужчину, который целиком и полностью владел её сердцем, был , не мёртвым, а живым! Прямо здесь, в его родном городе! В его родном доме! Словно несчастную Роуз привела сюда какая-то благосклонная мистическая сила, но по какой-то неведомой ей самой причине она никак не могла заставить
себя сейчас пошевелиться. Она не могла протянуть руки, чтобы коснуться тёплой кожи любимого, боясь, что тогда Джек исчезнет, и вся эта сцена рассеется, как сон... прекрасный сон, в реальность которого бедняжка все еще боялась поверить. Это... Как... Я... Же видела, как ты тонул... ты тогда не проснулся, и океан поглотил тебя... как ты можешь быть здесь сейчас?»
Робко спросила Роуз, тихо плача так как ужасное воспоминание о её тщетной попытке разбудить любимого было всё ещё
слишком свежим, словно это было всего лишь вчера и это причиняло девушки жуткую боль. Джек с большим трудом подавил собственное потрясение, заставляя непослушные от волнения и шока ноги хоть немного двинуться с места, начал медленно и неуверенно, приближаться к любимой все еще уверенный, что она исчезнет, как призрак, если он двинется слишком быстро к Роуз. Попутно сбивчиво объясняя . Когда я проснулся... Я тогда был под водой и
проснулся от дикого холода океана, но когда я выбрался на поверхность... тебя уже не было. Меня вытащила лодка... я был в лазарете с лёгким переохлаждением... А потом сразу же стал искать ... но тебя не было в списке. Я посмотрел его вдоль и поперек и не один раз, но Роуз Дьюитт Бьюкейтер в списке выживших не
было...«Она взяла твою фамилию, друг. Спешно вмешался Фабрицио. При этом слёзы радости за друга засияли в его глазах. «Она была там записана как Роуз Доусон. Вот почему ты не мог её найти». Чуть погодя добавил итальянец.
«Ты запомнила мою фамилию? Удивленно и радостно спросил Джек, стоя перед ней и осторожно протягивая руку к её щеке наконец юноша ее осторожно коснулся. Его голубые глаза наполнились слезами счастья, когда он почувствовал, пальцами мягкую и нежную как лепестки белой розы кожу любимой женщины. Теперь наконец-то Роуз стала для него , полностью реальной.
Это был не очередной сон, преследовавший Доусона многие ночи с тех самых пор, как затонул этот треклятый корабль унесший его любимую. Да запомнила и именно это помогло мне надежно спрятаться от мерзавца Кэла и моей матери... Взять твою фамилию .... Для меня это был единственный способ сдержать данное тебе обещание. Та как если бы я оставила свою настоящею Девитт Бьюкейтер то тогда , меня бы точно вернули обратно в первый класс в золотую клетку., Сбивчиво пояснила Роуз чуть не захлебнувшись слезами радости наконец, осознав, что ее Джек
действительно существует, и поняла она только когда почувствовала его тёплые пальцы на своей щеке. На этот раз он не исчез. Наоборот блондин был живее всех живых стоял прямо перед ней, прикасался к девушке, разговаривал с Роуз. Его бездонные голубые глаза смотрели со щемящей нежностью прямо в её глаза, тем самым пронзая её измученную долгой разлукой
душу. И именно этот момент был всем, чего Роуз когда-либо хотела, всем, о чём несчастная когда-либо мечтала, и он был реален!
«Я думал... я думал, что потерял тебя навсегда... Сбивчиво и откровенно сказал Джек попутно взяв своей другой рукой ее руку, переплетя свои пальцы с ее пальцами.
«Я тоже думала, что больше никогда тебя не увижу... Я тогда хотела умереть от горя, Но... Я знала, что ты этого не хочешь. Я так же знала, что ты хочешь, чтобы я сдержала то обещание, которое ты заставил меня тогда дать... И я старалась, как могла Джек. Я правда старалась... но это
было очень тяжело... Откровенно призналась Доусон.
«Роза… Мягко начал художник.
«Мне так много нужно тебе рассказать...»
«Мы вас оставим, ладно? Тихо пробормотал Томми откашлялся, чувствуя себя при этом очень неловко. Потом он протянул Лили руку, чувствуя, что Джеку и Роуз сейчас лучше остаться наедине. И ласково сказал девочке. Лили, милая давай, пойдём на кухню. У меня для тебя там есть очень вкусные молоко и печенье».
Лили посмотрела на Роуз, словно спрашивая, не против ли она. Роуз лишь согласно кивнула, очень благодарная Томми за эту идею. Так как девушка сама понятия не имела, как будет лучше объяснить, всем остальным то как Лили оказалась под её опекой, но ей стало легче от мысли, что Томми отведёт
Лили куда-нибудь развлечься, пока она обсуждает всё с Джеком.
«Думаю, я выйду сам... если только молодой леди не понадобится, чтобы я отвез ее и ребенка обратно в город...» — Джозеф колебался, не думая, что он понадобится, но чувствуя, что он должен сделать предложение в любом случае.
«В этом нет необходимости, Джо, но спасибо. Уверено и благодарно сказал ему Джек радостно улыбнулся своему старому другу, очень благодарный за то, что тот снова сыграл ключевую роль в самом важном воссоединении в его жизнь. Ведь Джозеф не только был рядом, когда художник снова встретил Томми
и Фабрицио, но и вернул его любимую Роуз в жизнь Доусона.
Молодой служащий просто кивнул головой, помахал рукой на прощание и вышел, оставив в комнате только Джека и Роуз, которые просто смотрели друг другу в глаза, жадно присутствие друг друга, которого им так не хватало вот уже многие месяцы.
Первой это уютное молчание нарушила Роза.
«Ты жив. Джек ты правда выжил. Я даже мечтать не смела, что ты здесь будешь… Радостно воскликнула рыжеволосая.
«Ты тоже... Я то до этого искреннее думал, что каким-то неведомым образом потерял тебя в том ледяном океане. То ли Кэл тебя нашёл, то ли море всё-таки забрало... Я думал, ты ушла навсегда... но сейчас ты здесь...» Счастливо сказал ей Джек нежно гладя в её волосы невольно затерявшись, в мягкой шелковистости её огненных рыжих локонов.
Художник счастливо заулыбался, и подошёл к Роуз еще ближе, вовсю жадно наслаждаясь её теплом и близостью. Гладя ее по лицу и волосам.
Роуз больше не могла этого выносить. Она была так близко, настолько близко, что чувствовала тепло его тела, нежное прикосновение его рук и запах угля и мыла, говоривший о том, что Джек действительно здесь, а не призрак или плод её
воображения. Тем не менее несмотря на всё это, часть ее всё ещё напрочь отказывалась верить в то, что её Джек наконец вернулся к ней и больше никогда ни уйдет. Какая-то часть её сердца всё ещё с ужасом и болью ждала, что Доусон вот-вот исчезнет. Чувствуя себя так, словно двигалась сквозь воду, Роуз решительно шагнула вперёд и нежно прижалась своим
губами к губам Джека в мягком целомудренном, радостном поцелуе все еще с болью и страхом, думая, что он исчезнет без следа, как только их губы соприкоснутся.
Но к счастью Джек не исчез. Наоборот, его губы нежно и страстно прижались к её губам в ответ на поцелуй девушки, а его руки тут же крепко и бережно обняли её, прижимая к своей рубашке тем самым безмолвно и окончательно, подтверждая, что он действительно реален. И что юноша не был каким-то призраком, готовым исчезнуть в любой момент. Роуз радостно зарыдала, когда она крепко обняла его, почти прижимаясь к нему всем телом да так сильно что, что если блондин все же исчезнет, ему придётся забрать её с собой.
Нехватка кислорода наконец прервала поцелуй, и влюбленные не хотя оторвались друг от друга но все равно они остались стоять в объятиях друг друга, не желая больше никогда расставаться. Роуз счастливо смеялась сквозь слёзы с любовью и нежностью , глядя в полные слёз голубые глаза Джека.
«Это все по настоящему. Ты действительно здесь со мной. Радостно шептала счастливая девушка затем — она прижалась лбом к его лбу, чувствуя, как полностью расслабляется в его объятиях. И что впервые с момента крушения, с тех пор, как Роуз путешествовала из города в город в поисках хорошего дома для себя
и Лили, она наконец нашла его. Наконец-то девушка нашла свой настоящий дом в крепких объятиях Джека.
Да это реальность милая. Счастливо подтвердил Джек, и чуть погодя откровенно признался. «Хотя я мечтал об этом моменте уже около года.
Что ты появляешься на моём пороге, такая сказочно красивая и живая… И наконец это всё это теперь сбывается».
А я в отличие от тебя даже об этом мечтать не смела… Смущенно призналась рыжеволосая.
«Иди сюда, садись. Нам так много о чем нужно поговорить. Уверено и заботливо сказал ей — Джек попутно подведя ее к дивану, отпустив девушку из своих объятий, но все еще держа ее за руку.
Роуз откинулась на диване, а Джек сел рядом. Влюбленные все еще держались за руки, и их жгучая потребность продолжать прикасаться друг к другу была почти непреодолимой. Однако они держались.
«Что случилось, Роуз? Я имею в виду... как ты оказалась здесь с ребёнком? Она же из третьего класса, верно? Я помню, что видел её там... начал разговор Джек.
«Ну, после того, как я увидела, как ты исчезаешь под водой, я слезла с двери и подплыла к мёртвому офицеру со свистком во рту... Я потом использовала этот свисток, чтобы привлечь внимание спасательной шлюпки. Они развернулись и
забрали меня .. А потом когда я поднялась на борт «Карпатии», я тогда была в сильном шоке. Я только и могла что просто сидеть под одеялом и смотреть в пустоту. Я была тогда совсем одна и жутко замерзла... Я понятия не имела, куда идти и что делать. Несколько часов моя голова было совершенно пуста и я чувствовала только сильную усталость и апатию
... До тех пор пока не увидела ... Мерзавца Кэла. Я тогда подумала, что он там в третьем классе ищет меня. Поэтому я быстро убедилась что одеяло надежно и полностью скрывает мои волосы, и он не видит моего лица. Именно тогда я случайно услышала, как он сказал офицеру, что хочет проверить
ребёнка, с которым он сел на борт шлюпки... вот тогда мне стало любопытно. Я не удивилась тому, что он использовал невинного ребёнка, чтобы спасти себя. Я имею в виду... ну, ты же знаешь Кэла, какой он эгоист. Он никогда никого не спасёт, если
это не будет ему выгодно. Поэтому я незаметно последовала за ним. Он держался на расстоянии нескольких шагов, чтобы не заметить… И тут я услышала, как он спрашивает офицера о ребёнке. Он собирался бросить бедняжку и отдать в детский дом…
«Я не могла этого допустить, Джек. Я не могла просто оставить её расти круглой сиротой... поэтому, как только Кэл ушёл, я незаметно пошла за ним в комнату и потом когда Хокли убрался сказала тому офицеру, что этот ребёнок... Лили — моя сестра. Он почти не поверил мне, но, потом увидев мои рыжие волосы и каким-то чудом поверив в мое весьма
неубедительное объяснение, почему я не похожа на ирландку, позволил мне забрать её. Потом... прямо перед тем, как мы причалили, офицер спросил наши имена, и тогда я сказала, что наша фамилия — Доусон... Роуз и Лили Доусон. Я...
я не думала, что ты будешь против... Наоборот я считала что, ты захочешь, чтобы я использовала твою фамилию... чтобы наверняка сбежать от Кэла...»
«Конечно, я не против, мне очень приятно. И это объясняет, почему я не смог найти вас сам».
«После того, как «Карпатия» пришвартовалась... мы с Лили пробыли в Нью-Йорке и пробыв там всего несколько недель, а потом начали путешествовать. Я была её матерью, а она — моей дочерью. Лили и Роуз Доусон...»
«Значит, ты растила ее в одиночку. Восхитился Джек.
Роуз просто кивнула и продолжила свой рассказ. «Я понятия не имела, как тяжело быть матерью, особенно одной без мужа. Я имею в виду… Она
же теперь зависит от моей заботы о ней. Чтобы у неё была одежда и еда… чтобы Лили была в безопасности и любима, и… о боже… это
самое трудное, что я когда-либо делала, Джек. Но забота о Лили, любовь к ней… это не давало мне утонуть в горе от потери тебя. Я не могла позволить своему горю полностью овладеть мной, потому что этот ребёнок зависел от меня… она нуждалась
во мне, и… я сама очень нуждалась в ней. Я так сильно её люблю, Джек». Откровенно призналась Роуз.
«Я вижу. Твои глаза загораются как рождественская елка, когда ты говоришь о Лили, и еще ты сильно тревожилась за малышку, когда Томми повел её на кухню кстати ей там хорошо Томми очень хороший человек и он позаботится о ней. Мягко и решительно сказал ей юноша. Мигом успокоил девушку и та ему в ответ благодарно уцлыбнулась и потом смущенно продолжила.
«Я знаю, что я не её родная мать... Что я её не рожала... Но. все равно..»
«Она твоя дочь. Убежденно заявил Доусон и с прежним пылом добавил Неважно, родила ты её или нет. То, что ты для неё сделала, – это то, что на твоем месте сделала бы любая мать, поэтому теперь ты её мать. Это и то, что ты к ней сейчас чувствуешь. Всё остальное не имеет значения».
Роуз счастливо улыбнулась, от души радуясь, что Джек, кажется, понимает её. Никто в жизни Роуз никогда не понимал ее мотивов так, как делал это Джек, и девушке было очень приятно, что он всё ещё понимает её так как никто другой. Это не изменилось. «Я знаю, что ребёнок не входил в мои планы, когда я
сказала, что сойду с корабля вместе с тобой. Ты не это имел в виду, но я люблю её так, как хотела бы, чтобы меня любила моя собственная мать, и я не могу её бросить. Теперь я буду заботься о Лили и сделаю все для ее блага, Джек. Надеюсь, ты не против… А если нет…»
«Но это вовсе не так я согласен.. Горячо воскликнул Джек и чуть погодя с прежним пылом продолжил . Если ты хочешь заботится о Лили и стать для нее приемной мамой, то это значит, и я хочу стать ей приемным отцом. И если ты меня примешь любимая. То тогда мы поженимся и сможем вырастить её вместе как семья, если конечно ты этого хочешь сама.
Роуз лишилась дара речи. Она не знала, что сказать! Она даже не позволяла себе представить, как Джек отреагировал бы на Лили. Найти его не только живым и здоровым, всё ещё любящим её, но и принимающим Лили и готовым растить
её вместе с Роуз... Для нее это было было больше, чем просто исполнение мечты увидеть любимого еще раз! И все же Роуз должна была последний раз полностью убедиться в искренности намерений любимого. И по сему сказала.
«Джек... ты вовсе не обязан. Я имею в виду... ты даже не обязан принимать меня обратно, если сам этого не хочешь. Я просто пришла сюда, чтобы узнать о твоём детстве... если это не то, чего ты хочешь от нашей жизни с тобой то я уйду, я более чем понимаю... Робко и грустно заговорила девушка.
Джек тяжело вздохнул и устало закатив глаза. Почему Роуз не понимает, что он говорит? Он провёл целый год без Роуз, целый год, любя её, желая быть с ней до конца своих дней и сильно скучая по ней. Больше всего на свете он хотел быть с любимой и со всем, что с ней связано, будь то
осиротевший ребёнок или испорченная история. Он был готов на всё, лишь бы быть с ней.
«Я действительно хочу эту девочку в качестве нашей приемной дочери Роуз. Больше всего на свете. Я хочу быть с тобой всегда, и я хочу быть лучшим приемным отцом для маленькой Лили. Мы можем прожить здесь хорошую жизнь, Роуз. Мы можем дать Лили хорошей детство в любящей семье в этом городе. У меня самого было очень счастливое детство в этом доме, в этом городе.
Я уехал не потому, что у меня было тяжелое детство. Это было лучшее, что может быть у человека, и я хотел бы дать это Лили. Она так много потеряла, я хотел бы дать бедняжке хоть что-то, что добавит больше хороших воспоминаний, чем плохих. Да, она
потеряла свою семью на «Титанике», но мы с тобой можем дать ей снова маму и папу. И даже двух любящих дядюшек в лице Томми и Фабри. А так же
братья и сестёр, если у нас самих будут свои дети. Мы с тобой можем создать ей новую семью... И сейчас я очень хочу создать ей новую счастливую семью с тобой любимая. Если, конечно, ты этого хочешь... Откровенно и уверено сказал ей художник.
Слёзы текли из глаз Роуз, и счастливая улыбка вновь озарила её мрачное и встревоженное лицо, когда она с радостно кивнула. И серьезно сказала. «Это так. Это то, чего я хочу больше всего на свете любимый. Она не заслужила, чтобы её бросили, как хотел Кэл. Лили заслуживает любящею семью. Добрую приемную маму и такого же замечательного папу, как ты Джек, и
она уже знает Томми... И он может рассказать ей об Ирландии, а Фабри тоже может стать отличным дядей...
«Ну что ж, мы так и сделаем. Нас же пятеро справимся с воспитанием одной маленькой девочки. Радостно и с сильным оптимизмом воскликнул Джек и потом нежно поцеловал ее пальчики, и в этот самый момент вся грусть прошлого окончательно покинула его сердце.
«Я люблю тебя, Джек. Я никогда не сдавалась». Горячо и твердо воскликнула Роуз.
«Я тоже тебя люблю, Роуз. И всегда буду любить. Отныне если прыгать будешь ты, прыгать буду я. Обещаю». Горячо и твердо воскликнул Доусон.
Глядя ему в глаза, Роза поняла, что он говорил это серьёзно. И что Джек действительно хотел жить с ней и Лили одной семьей. И что теперь отныне ему больше не придётся скитаться по городам в поисках дома. Так как
Дом Доусона был здесь как и ее самой, в Чиппева-Фолс, в любящем тепле глаз любимого Джека. Счастливо и уверено подумала девушка.
«Мама Роуз?» — Лили стояла в дверях кухни со стаканом молока в руках. — «Когда мы пойдём домой?»
Роуз посмотрела на Лили с тёплой и счастливой улыбкой твердо весело сказала приемной дочери. «Мы уже дома, Лили. Мы с тобой наконец-то дома. Конец