Сильный стресс, испытанный в детстве, как снежный ком обрастает не только различными механизмами защиты, но и установками, которые в зрелом возрасте мешают жить и приводят к разрушающим действиям для личности.
Ко мне обратилась Анна 36 лет. Пришла с проблемой заедания стресса. Каждый раз, испытывая сильное эмоциональное напряжение, ее лучшим другом становился холодильник, из которого она поглощала все, что казалось ей в моменте вкусным.
На вопрос, когда началась такая реакция на стресс, женщина ответить не смогла. Как будто бы так было всегда. Но как показывает практика, любое девиантное поведение имеет свою причину. Ее мы и начали искать…
«Копать» начали со свежего триггера, которым стал телефонный разговор с матерью. Та высказывала свое недовольство относительно неумения дочери правильно разговаривать с мужем из-за чего якобы сейчас происходят проблемы с оформлением недвижимости.
В ходе нашего сеанса слышу фразу: «Да она всегда была мною недовольна! Даже моей внешностью. А в детстве знаете как меня называла? Крысой! Всегда говорила, что я такая же уродливая, как крыса. Вот как так можно родного ребенка называть?!»
В голосе помимо явного возмущения, считывались напряжение и злость. Это означало, что у меня появился ключ к открытию нужной для терапии двери.
Я попросила Анну сосредоточиться на той самой ненавистной фразе «Ты уродливая, как крыса», и произнесла ее несколько раз. Она замолчала, вжалась в кресло и тихонько заплакала. А дальше, как говорят, все пошло как по маслу - «ком» из травм начал раскручиваться.
Через напряжение в грудной клетке мы вышли на образ «монстра», который привел нас в воспоминание 32-летней давности. Девочка находилась со своими сверстниками в песочнице и не хотела уходить из нее, когда мать просила пойти ее домой, и после нескольких неудачных попыток, начала на повышенных тонах давать при других детях и их родителях нелицеприятные характеристики Анне и ее поведению, обзывать ее, тащить насильно домой, ставить в пример других детей, которые были как «послушный зайчик», а не как «уродливая крыса». Уже дома, когда градус материнского эмоционального взрыва поутих, мать дала девочке шоколадку, чтобы загладить свою вину.
Несмотря на «добрый финал», у девочки осталась обида на мать и закрепилось несколько установок «я урод», «меня любить нельзя», «мне стыдно быть собой». Для того, чтобы нивелировать негативный заряд, который Анна пронесла через десятилетия своей жизни и минимизировать влияние этих установок, той маленькой девочке понадобилась помощь ее взрослой проекции. И, держась за руки, маленькая Анюта и взрослая Анна Викторовна совершили «акт отмщения»: толкали мать пока та не упала, пинали ногами и высказывали ей все, что накопилось за эти годы до тех пор, пока та не попросила прощения за свое поведение и не признала красоту своей дочери.
Когда разрядка была получена, образ монстра трансформировался в белое облако с серым пятном, но взаимодействовать с ним Анне по-прежнему не хотелось. Более того, при приближении облака к Анне это серое пятно вызывало дискомфорт и новую реакцию в теле. На этот раз у женщины перехватило горло.
Следуя за ощущениями, сначала она попала в ситуацию, произошедшую 7 лет назад, связанную с изменой мужа, который после обличения случившегося адюльтера в качестве извинения подарил Анне дорогостоящий подарок и сводил в ресторан. Потом вспомнила историю 17-летней давности со страшим братом, который обещал взять ее с собой гулять, но не взял, а она просидела и прождала его собранная все время в коридоре…
Спустя еще пару эпизодов, мы в итоге вышли на самое заряженное по силе негативных эмоций воспоминание, позволившее трансформировать серое пятно на облаке в радугу, и оставить этот образ себе как символ легкости, жизнерадостности и красоты, которых так не хватало Анне.
Воспоминание было связано с ощущением брошенности, одиночества и даже паники, когда трехлетняя Анюта, будучи с родителями в походе в горах, загулявшись, осталась одна посреди плато на незнакомой местности, вдалеке от их лагеря. Тогда она долго и громко кричала пока самостоятельно не нашла лагерь. Пошла в палатку к родителям и застала их за половым актом. Обида подкатила резко и с сильными криками Анна выпалила: «У них ребенок пропал и звал их на помощь, а они тут тр@х@ются! Неужели на меня настолько было н@срать?! А если бы не нашла дорогу назад?!».
Клиентке была дана возможность сделать все, что тогда хотелось сделать, высказать все, что «накипело» и дождаться удовлетворяющих ее результатов. А после мы проверили степень «напряженности» в каждой из вышеописанных ситуаций. Практически во всех из 100% недовольства осталось меньше 20%. А установки поменяли полюса: «я урод» сменилась на «я красивая; «меня любить нельзя» трансформировалось в «я так себя люблю!»; «мне стыдно быть собой» стало «я есть и меня замечают», «мне с собой хорошо», «я очень многогранный и интересный человек».
После подобных сессий всегда требуется подтверждение поведением в реальных, так сказать, жизненных условиях. В течение месяца Анна вела дневник и наблюдала за своим поведением каждый раз во время и после стрессовых ситуаций. По словам женщины и судя по записям в дневнике, она «перестала бегать к холодильнику» каждый раз как ей звонит мама, когда она ругается с мужем или испытывает давление от начальства на работе. Более того, мама стала даже прислушиваться к мнению дочери, потому что Анна научилась «держать удар» и отстаивать свои границы. Дополнительной приятной «опцией» стала раскрепощенность в интимной близости с мужем.
*имя клиента изменено в связи с условиями политики конфедициальности
**картинка позаимствована на просторах интернета