Всем привет! Продолжаю публиковать цикл рассказов «С БЕЗУМНОЙ СКОРОСТЬЮ», автор - Александр Кубиков, заведующий кабинета профилактики наркологических расстройств ГБУЗ КНД.
Это невыдуманные истории из практики нарколога, который каждый день сталкивается с людскими судьбами, порой, изломанными наркотической или алкогольной зависимостью. Стилистика автора полностью сохранена.
Предыдущую историю можно прочитать здесь:
Рассказ шестнадцатый: ГЕННАДИЙ
17 мая 1985 года вышло Постановление ЦК КПСС Советского Союза «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма, искоренению самогоноварения». Несмотря на головотяпство в его реализации, в стране возросла производительность труда, уменьшилось количество бытовых преступлений. С тех пор 17 мая отмечается как День борьбы с пьянством. Иногда действительно борьбы.
«К врачам-наркологам у некоторых пациентов двойственное отношение», - начала рассказ врач, всю жизнь занимающаяся лечением наркологических больных, - «Умом они понимают необходимость трезвости. А на бессознательном уровне ей сопротивляются, таят обиду на человека в белом халате. Если такой больной, пролечившись, не пьет несколько месяцев и «сорвется» - он будет опасен для окружающих. И может своему врачу, как сейчас говорят, «предъявить». Был у меня такая ситуация в начале 90-х…
Я тогда заведовала наркологическим отделением при промышленном предприятии. Лечился такой пациент, Геннадий, агрессивный. Он госпитализировался неоднократно, а когда после лечения «срывался», избивал жену. Она писала на него заявления в милицию, его там знали, и он там, к сожалению, многих знал. Но в наркологическом отделении был незаметный, тихий, вежливый: сдерживал свою агрессию.
В очередной раз пролечился, выписался. На три месяца мы забыли о нем. Но он о себе напомнил…
В тот майский день я сидела у себя в кабинете, проверяла истории болезни. За моей спиной скрипнула дверь, запах перегара заполнил кабинет. Я обернулась. Передо мной, пошатываясь, стоял пьяный Геннадий с авоськой в левой руке. Сверху, на продуктах, прямо как в фильме «Бриллиантовая рука», лежал пистолет Макарова.
- Стрелять тебя, докторша, я пришел, - улыбнулся Геннадий, взяв оружие в правую руку. Направив пистолет на меня, прищурил левый глаз. Не скажу, что вся жизнь промелькнула передо мной. Ничего не промелькнуло. И страшно не было. Я просто не понимала, что происходит.
Сухо щелкнул боёк. Выстрела не последовало. Вот тут мне стало страшно, взмокли и затряслись руки. Геннадий передернул затвор и вновь нажал на курок. Опять осечка.
- Ну и ладно, - сказал он, убирая пистолет в авоську, - Давай, доктор, лучше пива выпьем!
- У меня пива нет, - прошептала я.
-У меня тоже нет, - сказал Геннадий.
Осознание, что я жива, придало сил. Мозг лихорадочно искал выход из ситуации.
- А давай медсестру за пивом пошлем? Я ей денег дам, - предложила я, косясь на пистолет. Геннадий ответил согласием. Открыла дверь, позвала медсестру. Геннадий спрятал авоську за спину.
- Леночка, купи нам пива, сейчас из сумки деньги достану, - тоном, не требующим возражений, произнесла я, глядя в лицо Лены, подмигивая так, чтобы Геннадий не видел. Взяла сумку, достала кошелек, подошла к медсестре. Сунула в руку деньги, беззвучно прошептала милицию вызвать. Лена, кивнув в ответ, исчезла за дверью.
Оставалось ждать. Геннадий, не чуя подвоха, тупо мечтал о пиве.
- Гена, пока сестра за пивом идет, расскажешь, где пистолет взял? – поинтересовалась я.
- Мент знакомый дал. Мы с ним за гаражами водки накатили, я пистолет попросил, тебя попугать. Он дал, но патроны вытащил.
Все поплыло у меня перед глазами. Сказать, что гора свалилась у меня с плеч – не сказать ничего.
Минут двадцать мы говорил ни о чем, пока Гена томился в предвкушении пива. Потом приехала милиция, его задержали, оружие изъяли. Завели уголовное дело. Меня вызывали для показаний, и все закончилось, как и должно было закончиться для виновных: судимостью и сроком. А потом завод, при котором было мое наркологическое отделение, обанкротился, отделение закрыли.
Я до пенсии работала в приемном покое наркологического диспансера…. Много чего было. На угрозы внимания не обращали, это привычное дело. В приемном покое в меня больной пишущую машинку кинул, другой искусал, руку зашивали… Борьба с пьянством как на передовой. Я о себе говорю словами героини старого советского фильма: пьяными битая, бандитами стреляная. Что с них взять: алкоголизм – психическое заболевание».