— Что ты тут забыла? — раздался за спиной у Лизы резкий женский голос с нотками раздражения.
Елизавета обернулась. На террасе стояла Ирина Викторовна, мать её бывшего мужа, с которой Лиза не пересекалась уже больше года после разрыва с Олегом. Рядом с ней стояла незнакомка примерно того же возраста, с таким же удивлённым и недовольным выражением лица.
— Я? — растерялась Лиза. — А вы что здесь делаете? Это мой дом за городом.
Ирина Викторовна смерила её взглядом, поправляя массивное ожерелье из бирюзы.
— Лизонька, не выдумывай, — произнесла она с лёгкой насмешкой. — После развода тебе досталась квартира в городе, а этот дом — Олегу. Мы с Тамарой приехали отдохнуть от городской суеты.
Лиза почувствовала, как в груди закипает возмущение. День и без того был тяжёлым: срочный проект на работе, пробки на трассе, а теперь ещё и это.
— Ирина Викторовна, — Лиза старалась говорить ровно, хотя внутри всё кипело, — этот дом никогда не был нашей с Олегом общей собственностью. Он достался мне от деда ещё до свадьбы. Это моё личное имущество.
Бывшая свекровь посмотрела на неё так, будто Лиза была ребёнком, придумавшим небылицу.
— Тамара, ты слышала? — обратилась она к подруге. — Нет, милая, всё было оговорено при разводе: квартира — тебе, дом за городом — Олегу. Я точно знаю, он сам мне говорил.
— Никто такого не говорил, потому что это ложь, — Лиза начала терять терпение. — У нас с Олегом была только квартира в ипотеке, её мы и делили. Этот дом всегда принадлежал только мне.
Тамара неловко переступила с ноги на ногу, явно чувствуя себя неуютно.
— Ирочка, может, это какая-то ошибка? — осторожно предположила она.
— Никакой ошибки! — отрезала Ирина Викторовна. — Мы с Олегом всё обсудили. Я имею право здесь быть.
— Покажите документы, подтверждающие ваши слова, — Лиза скрестила руки на груди. — Свидетельство о собственности на имя Олега или договор дарения от меня.
Ирина Викторовна замялась, но тут же нашлась:
— Я не таскаю с собой документы на дом! Олег разрешил мне здесь жить, и этого достаточно.
— Этого недостаточно, — твёрдо заявила Лиза. — Это мой дом, и у меня есть все документы, подтверждающие это. Прошу вас собрать вещи и уйти.
— Никуда я не пойду! — вспыхнула Ирина Викторовна. — Мы с Тамарой приехали на всё лето. Я уже два месяца здесь, и всё было нормально, пока ты не появилась.
Лиза опешила.
— Два месяца? Вы живёте в моём доме без моего разрешения?
— Мне не нужно твоё разрешение, если Олег согласен, — фыркнула свекровь.
— В таком случае, — Лиза вытащила телефон, — я звоню в полицию. Пусть разбираются с незаконным проникновением.
Ирина Викторовна побледнела. Она явно не ожидала такого поворота.
— Ты не посмеешь, — попыталась она надавить. — Вызвать полицию на мать своего бывшего мужа? На женщину в возрасте?
— Посмею, если вы не уйдёте добровольно. Даю вам полчаса.
Тамара легонько коснулась плеча Ирины Викторовны:
— Ира, может, не стоит доводить до скандала? Если она права насчёт документов…
— Я не девочка, — спокойно перебила Лиза. — Я взрослая женщина и хозяйка этого дома.
Ирина Викторовна бросила на подругу сердитый взгляд, но спорить не стала. С громким вздохом она направилась в дом.
— Ладно, мы уйдём. Но ты ещё пожалеешь, что выставила пожилую женщину, мать человека, которого когда-то любила.
Пока гостьи собирались, Лиза осмотрела дом. Повсюду были следы чужого пребывания: незнакомые кружки на кухне, чужие шампуни в ванной, банки с приправами, которых она никогда не покупала. На старом комоде деда стояли рамки с фотографиями — на всех Ирина Викторовна с Олегом. Лизы на снимках не было.
Через час незваные гостьи уехали на такси. Лиза села на крыльцо и набрала номер Олега.
Его телефон не отвечал. Она оставила голосовое сообщение и решила заночевать в доме. Утром её разбудил звонок.
— Ты что устроила? — без приветствия начал Олег.
— Доброе утро, — холодно ответила Лиза. — Если ты про вчера, то я просто избавилась от незваных гостей в своём доме.
— Ты выгнала мою мать! Она звонила мне в слезах!
— А ты знал, что она два месяца жила в моём доме без моего разрешения?
На том конце повисла тишина.
— Это наш дом, — неуверенно сказал Олег. — При разводе…
— При разводе мы делили только ипотечную квартиру, — перебила Лиза. — Этот дом был моим ещё до свадьбы, от деда. Ты это знаешь.
— Мама сказала…
— Твоя мама солгала. Можешь проверить документы. Но даже если бы дом был твоим, это не даёт ей права жить здесь без спроса. Ты ей разрешал?
Снова пауза.
— Нет, — наконец признался Олег. — Она попросила ключи на пару дней, чтобы отдохнуть за городом. Я сказал, что у меня их нет.
— Но она всё равно здесь оказалась. Откуда у неё ключи, Олег?
— Не знаю. Может, сделала копию, когда мы были женаты?
Лиза вздохнула. Это было похоже на Ирину Викторовну — всегда держать всё под контролем.
— Этот дом мой, и я не хочу, чтобы она здесь появлялась без моего разрешения. Это ясно?
— Ясно, — пробурчал Олег. — Но ты могла бы обойтись без скандала, а не выгонять пожилую женщину.
— А она могла бы не лгать мне, что дом твой, и не заявлять о своих правах, — ответила Лиза. — И, кстати, она была не одна, с какой-то подругой.
— Наверное, с Тамарой. Они дружат с юности.
— Олег, я собираюсь продать дом. Предупреди свою мать: если она ещё раз здесь появится, я обращусь в полицию.
— Продать? — удивился он. — Но ты же так любила это место. Мы столько времени тут проводили…
— Это было давно, — отрезала Лиза. — Теперь мне нужны деньги, а не дом, за которым я не успеваю следить.
После разговора Лиза обошла соседей, чтобы выяснить, что им известно о пребывании Ирины Викторовны. Первой она зашла к чете Ивановых — пожилой паре, живущей здесь с весны до осени.
— Лизочка! — обрадовалась Анна Петровна. — Давно тебя не видели. А твоя свекровь говорила, что ты сюда больше не приедешь.
— Бывшая свекровь, — поправила Лиза. — Мы с Олегом развелись больше года назад. Что ещё она говорила?
Анна Петровна смутилась.
— Ну, что дом теперь Олегу достался, и она тут хозяйничает. Звала нас на чай, всё рассказывала, как будет клумбы разбивать.
— А она правда что-то делала по хозяйству? — спросила Лиза.
— Да нет, только болтала, — отмахнулась соседка. — Приезжала с подругой на выходные, иногда на неделю. А последние два месяца почти не уезжала.
От Анны Петровны Лиза узнала, что Ирина Викторовна обошла всех соседей, представляясь хозяйкой дома. Она жаловалась, что Лиза при разводе забрала квартиру и машину, а Олегу оставила только этот дом, который он великодушно разрешил ей использовать.
— И все поверили? — удивилась Лиза.
— А ты не приезжала, — пожала плечами Анна Петровна. — Она тут командовала, угощала всех кексами, улыбалась. Кто бы усомнился?
Вернувшись в дом, Лиза начала осмотр. В шкафах она нашла вещи Ирины Викторовны, в кухонном ящике — вырезки из журналов с идеями для дачного дизайна. В спальне, в тумбочке, лежал блокнот. Лиза поколебалась, но всё же открыла его.
Это был не дневник, а список планов: «Починить террасу», «Договориться с Ивановым о новом заборе», «Узнать о прописке в доме». Последняя запись заставила Лизу замереть. Прописка?
Её мысли прервал звонок в калитку. На пороге стоял мужчина в строгом костюме.
— Здравствуйте, — начал он. — Я Павел, риелтор. У меня встреча с хозяйкой дома, Ириной Викторовной. Она здесь?
Лиза почувствовала, как кровь стынет в жилах.
— Её здесь нет, — твёрдо ответила она. — И не будет. Я Елизавета Андреевна, владелица дома. Вот мои документы. — Она протянула свидетельство о собственности, которое захватила из города.
Павел растерянно изучил бумаги.
— Но… мне звонила женщина, представилась Ириной Викторовной. Сказала, что хочет продать дом. Мы договорились о встрече.
— Она не имеет права продавать мой дом, — отрезала Лиза. — Это мошенничество.
Риелтор выглядел сбитым с толку.
— Вы уверены, что нет ошибки? Она была очень убедительна, даже прислала фото участка.
— Никакой ошибки. Этот дом мой, и только я решаю, что с ним делать.
После ухода Павла Лиза снова позвонила Олегу, но он не ответил. Она написала ему о визите риелтора, но ответа не получила.
К вечеру к дому подъехало такси. Из него вышли Ирина Викторовна и Олег. Лиза наблюдала за ними через окно. По напряжённой походке Олега она поняла, что разговор будет непростым.
— Привет, — без особой радости сказал Олег, когда Лиза открыла дверь. — Можно войти?
— Конечно, это же твой дом, — с сарказмом ответила Лиза, отступая в сторону.
Ирина Викторовна прошла мимо с гордо поднятой головой.
— Я приехала за своими вещами, — заявила она. — Олег настоял.
— Да, мама, иди собирайся, — подтолкнул её сын. — Мне нужно поговорить с Лизой.
Ирина Викторовна ушла в спальню, а Олег устало опустился на стул в кухне.
— Объясни, что происходит, — попросил он. — Мама говорит одно, ты — другое.
— А ты сам не можешь понять? — Лиза села напротив. — Олег, этот дом мне достался от деда за шесть лет до нашей свадьбы. Ты это знаешь. Мы даже вместе тут забор красили, помнишь?
Олег кивнул, потирая виски.
— Помню. Но мама так уверенно говорила… А про риелтора — это правда?
— Чистая правда. Он приходил сегодня, сказал, что договаривался с Ириной Викторовной о продаже дома.
— Боже, — Олег покачал головой. — Не могу поверить.
— Не верь мне, верь документам, — пожала плечами Лиза. — И, кстати, твоя мама, похоже, планировала тут прописаться. Я нашла её записи.
Олег побледнел.
— Это уже слишком. Я с ней поговорю.
— Нет, — остановила его Лиза. — Я сама хочу услышать, что она скажет.
Она вошла в спальню, где Ирина Викторовна складывала вещи.
— Зачем вы пытались продать мой дом? — прямо спросила Лиза.
Свекровь замерла, но быстро опомнилась.
— Не выдумывай. Я просто спрашивала у риелтора, сколько стоит недвижимость в этом районе.
— Тогда почему он пришёл с предложением о покупке?
Ирина Викторовна поджала губы.
— Он меня неправильно понял.
— А прописка? — Лиза показала блокнот. — Это тоже недоразумение?
Свекровь покраснела.
— Ты рылась в моих вещах? Это подло!
— Подлее, чем пытаться продать чужой дом?
В спальню вошёл Олег.
— Мама, это правда? — строго спросил он. — Ты пыталась продать Лизин дом?
Ирина Викторовна растерялась.
— Я… просто хотела свой уголок за городом, — наконец выдавила она. — После вашего развода у вас обоих есть недвижимость, а у меня только старая квартира. Думала, продам этот дом, куплю что-то скромнее, оформлю на себя.
— Это мошенничество, мама, — тихо сказал Олег. — Тебя могли посадить.
— Да кто бы стал разбираться! — вспылила Ирина Викторовна. — Лиза сюда не ездит, участок заброшен. А я могла бы здесь жить, наслаждаться природой…
— За мой счёт, — вставила Лиза. — Без моего разрешения.
— Ты столько всего забрала при разводе! — в голосе свекрови задрожали слёзы. — Неужели нельзя было оставить мне этот дом?
— Мама, хватит, — перебил Олег. — Лиза ничего не забирала. Мы всё поделили по закону. Дом всегда был её.
Ирина Викторовна посмотрела на сына с обидой.
— Конечно, ты за неё.
— Я за правду, — отрезал Олег. — Собирай вещи, мы уезжаем. И я отвезу тебя к доктору.
— К какому доктору? — возмутилась свекровь.
— Олег, — мягко сказала Лиза, — не надо. Просто заберите вещи и уходите. Я не подам в полицию, но если она ещё раз здесь появится, я это сделаю.
Когда Олег с матерью уехали, Лиза устало опустилась в кресло на террасе. Ирина Викторовна никогда её не жаловала, считая неподходящей женой для сына. Но дойти до такого…
На следующий день Лиза связалась с надёжным риелтором, рекомендованным коллегами. Она решила продать дом. Это место, когда-то полное счастливых воспоминаний, теперь вызывало лишь разочарование.
Через неделю дом осматривали первые покупатели. Через месяц сделка была завершена — дом купила семья с двумя детьми, мечтавшая о летнем отдыхе за городом.
Олег звонил пару раз, извинялся за мать, упомянул, что водил её к врачу. Но Лиза была сдержанна и не поддерживала его попыток восстановить контакт.
— Просто проследи, чтобы она больше не пыталась распоряжаться чужим имуществом, — сказала она в последнем разговоре. — А дальше это не моя забота.
Спустя три месяца, разбирая коробки в квартире, Лиза нашла старое фото, сделанное на даче в первый год их брака. Они с Олегом стояли на террасе, смеялись, держа садовые грабли, а на заднем плане виднелась Ирина Викторовна с выражением лица, которое Лиза теперь ясно понимала — смесь неодобрения и желания всё контролировать.
Лиза выбросила фото в мусор. Деньги от продажи дома она потратила на ремонт квартиры и поездку в страну, о которой давно мечтала. О бывшем муже и его матери она больше не слышала — и была этому рада.