Почти все бывшие участники группировки заявили на допросе в суде о давлении силовиков, однако доказать факты насилия почти никто не может.
– Уже Афанасьева не стало, и он принял решение, чтобы «замирить» это все. Благодаря нему все это закончилось, – так Александр Романов, одноклассник предполагаемого лидера ОПГ «Кинопленка» Эльфата Сунгатуллина отозвался о нем на допросе в суде.
Говоря «это все», свидетель имел в виду последствия раскола группировки, которая, по версии следствия в 1994 году поделилась на «бригаду Ильфатея» (Эльфата Сунгатуллина) и «бригаду Ташкента» (Ирека Мингазизова). Однако Романов – и сам некогда входивший в состав «Кинопленки» – заявил суду, что реальными сторонами того конфликта были Мингазизов и Афанасьев, а Сунгатуллин, по словам мужчины, никогда у руля ОПГ не стоял и занимался коммерцией.
Чтобы выступить с такой речью, фактически оправдывающей Ильфатея, Романову пришлось отказаться от показаний, данных на следствии. К слову, эту же стратегию применили практически все свидетели обвинения, как один заговорившие о давлении силовиков. Впрочем официально подтвердить факты насилия почти ни у кого не получается.
Спустя почти 30 лет
В обвинительном заключении по делу Сунгатуллину фигурирует шесть преступных эпизодов – это создание ОПС, бандитизм, хранение оружия, два эпизода кражи и организация покушения на убийство двух и более лиц. Только по последнему эпизоду подсудимому грозит пожизненное.
Но что конкретно следствие понимает под этими статьями? Первые три эпизода дела можно уместить в нехитрый тезис: Сунгатуллин, по данным правоохранителей, руководил бандой, которая состояла в авангарде самой крупной криминальной войны Казани, начавшейся, как принято считать, в 1994 году – после «сходняка» криминального истеблишмента города на озере Яльчик в Марий-Эл.
Этот «сходняк», инициированный, кстати, лидером ОПГ «Жилка» Хайдаром Закировым по прозвищу Хайдер, поделил большинство казанских группировок на два лагеря – «Жилку» и «Севастопольских». Хайдер планировал создать общегородской «общак» и аккумулировать его на территории своей группировки, а все несогласные автоматически попадали в блок оппозиции.
Интересно в этом противостоянии и то, что конфликтовали стороны этой истории еще и из-за идеологической составляющей: Хайдер считал невозможным для криминального авторитета заниматься коммерцией (однако получать процент от подконтрольных «коммерсов» было почетно), в то время как его противники во всю пробовали себя в бизнесе.
Из обвинительного заключения по делу Эльфата Сунгатуллина следует, что в эту криминальную войну втянулась и «Кинопленка», фактически распавшись на две бригады – Ташкента и Ильфатея. Ташкент поддержал Хайдера.
Как итог, участникам «бригады Ильфатея» вменяется убийство Донского, Тухватуллина, а также ранение Малькова и Жукова. При этом в деле Сунгатуллина фигурируют и два эпизода кражи металла с завода «Тасма» в 2003 и 2005 годах – общий ущерб по ним составил порядка 2,4 миллиона рублей.
Что же касается эпизода покушения на двух и более лиц – то здесь, по данным следствия, речь идет о покушении на Андрея Васильева, некогда члена ОПГ «Кинопленка». Подсудимый, как считают силовики, уличил того в помощи лагерю противников, а затем «заказал» мужчину за 10 тысяч долларов. Все случилось в 1997 году в Зеленодольске: Мелехов и Гусев расстреляли автомобиль «Митсубиси Паджеро», ранили двух человек, но Васильева не убили — его в тот день просто не было в машине.
Давление силовиков в показаниях свидетелей
В основу обвинительного заключения, по словам адвоката Сунгатуллина Айдара Гибадуллина, легли показания бывшего участника «Кинопленки» Александра Рябухина по прозвищу Шишок. На следствии, проведенном еще в 2008 году в рамках общего дела группировки, он оказался в числе подсудимых активно сотрудничающих со следствием — и, что называется, дал правоохранителям «полный расклад».
Однако Сунгатуллин тогда общей участи миновал, поскольку находился в розыске. Лишь в 2023-м году его задержали, а после отправить под суд. Но уже в рамках свежего дела Рябухин свои показания не подтвердил, заявив о давлении силовиков. Примечательно, что в 2008 году эти же показания помогли ему избежать ответственности по нескольким преступным эпизодам.
Но что Рябухин рассказал следствию? А то, что Сунгатуллин, по его словам, это лидер группировки — и кража и покушение на убийство Васильева совершались под его началом. Те же показания характерны и для других экс-участников «Кинопленки», например, одноклассника Ильфатея Александра Романова.
В суде он, как и Рябухин отказался от своих показаний в части, где говорится о Сунгатуллине, как о лидере ОПГ. При этом раскол «Кинопленки», по их словам, происходил на бригаду Афони и Ташкента. Примечательно также, что работал свидетель в фирме, некогда занимавшейся демонтажом зданий «Тасмы» — на территорию завода он мог проходить абсолютно открыто и на законных основаниях, однако украденный с предприятия металл мог стать проявлением самовольности при разборе разрешенных зданий.
По словам защитника Сунгатуллина, подсудимый давал деньги своему брату и Рябухину, чтобы те могли купить здания «Тасмы».
Сторона обвинения в лице прокурора Алсу Хабибуллиной к «отказным» показаниям свидетелей относится критически — во-первых, никаких жалоб в надзорные органы на действия силовиков не поступало, а во-вторых, в рамках рассмотрения первого уголовного дела «Кинопленки» сегодняшние свидетели выступали с другой позицией.
Автор материала: Андрей Мартыгин