Не могу сказать, что я удивлен. Вся эта история с судом над Белой и Сушкевич вообще дурно пахнет с самого начала (как и большинство историй, связанных с судами в нашей стране).
Давайте так: я предполагаю, что практически все знают историю калининградских врачей Элины Сушкевич и Елены Белой, а потому не буду углубляться в ее изложение, тем более, что Дзен не любит трагических историй.
Если очень коротко - 6 ноября 2018 года гражданка Узбекистана Замирахон Ахмедова, незадолго до того переехавшая с мужем в Калининградскую область, на 24-й неделе беременности родила в Калининградском родильном доме № 4 мальчика весом 714,5 граммов и ростом 32 сантиметра.
Мальчик был, что называется, "тяжелый" - у него определялось сердцебиение, но отсутствовало дыхание, поэтому калининградские медики подключили его к аппарату ИВЛ, начали давать дорогостоящие лекарства.
Дальше в роддом приехала неонатолог из регионального перинатального центра Элина Сушкевич, которая по ее словам пыталась реанимировать ребенка, но спустя 6,5 часов после рождения его не стало.
По версии следствия все было немного не так. Спустя недолгое время после рождения мальчика в кабинете исполняющей обязанности главного врача роддома Елены Белой прошло совещание, на котором, как потом скажут несколько врачей, на нем присутствовавших, Белая выразила недовольство появлением в роддоме такого ребенка, сославшись на то, что он все равно не выживет, потребовала от подчиненных, чтобы они сообщили матери ребенка о том, что он родился мертвым, переделали журналы учета и записали ребенка, как мертворожденного - потому что один вопрос, когда ребенок уже родился неживым, и другой - когда он умер в роддоме после рождения. Второй вариант сильно портит статистику, и вот этой испорченной статистики Белая хотела избежать.
Надо заметить, что запись этого совещания есть в сети, и этот разговор в кабинете главврача действительно состоялся. Зачем эта запись была выложена в сеть - вопрос другой, но сам факт того, что такие слова Белая говорила - правда.
Дальше, по версии следствия, произошло то, что очень трудно описать словами. Во-первых, в принципе писать о таком трудно, во-вторых Дзен крайне не любит описание и даже упоминание подобных событий. Поэтому напишем так - по версии следствия, согласно показаниям одной из присутствовавших на совещании врачей, заведующей отделением новорожденных Татьяны Косаревой, Белая поручила Сушкевич произвести непосредственные медицинские манипуляции для того, чтобы ребенок не жил, а Сушкевич уже сделала все необходимое.
И вот этого фрагмента на опубликованной записи совещания, почему-то, нет. Странным образом сотрудница роддома, заведующая родильным отделением Татьяна Соколова, которая присутствовала на этом самом совещании и подтвердила показания Косаревой, записала только первую его часть - ту, где Белая распекала сотрудников за то, что они в принципе допустили рождение такого ребенка и не записали его мертворожденным.
Я не буду сейчас рассуждать о любопытной избирательности человека, который зачем-то записывает на мобильный телефон ход совещания в кабинете главврача, не стану строить конспирологических теорий, скажу только одно: запись, которая опубликована в интернете, и которую практически все используют как главное доказательство вины врачей в убийстве, это убийство не подтверждает никак. Она подтверждает, что Елена Белая была недовольна самим фактом рождения такого ребенка и его дальнейшей реанимацией, что она требовала переделать отчетность, но никаких прямых указаний Элине Сушкевич она на этой записи не дает.
И на этом сама история, произошедшая в Калининградском роддоме № 4, по сути, заканчивается, а начинаются следствие и суд, о которых я сегодня и хочу поговорить.
Разумеется, эта история имела огромный резонанс. Медицинское сообщество вступилось за коллег и встало на их защиту грудью. Я не стану здесь приводить все аргументы, но мне очень в этом деле близка позиция доктора Рошаля, который не усмотрел в этом деле никаких признаков и доказательств убийства. Очень, на мой взгляд, доказательная, взвешенная и здравая позиция. Приводить ее здесь целиком не имеет никакого смысла, кто посчитает нужным - полностью прочтет статью, которая была опубликована в "РГ" в 2020 году, когда дело Белой и Сушкевич передали в суд в первый раз.
Скажу честно: Елена Белая не вызывает у меня ровным счетом никаких симпатий. Запись, которую я прослушал, характеризует ее как руководителя-самодура, гонящегося за показателями статистики и ни во что не ставящего людей. И я искренне считаю, что ей не место в медицине как минимум потому, что она дала распоряжение подделать документы. И это, кстати, я считаю полностью доказанным. Здесь у меня никаких сомнений нет.
Ссылку на запись совещания я выкладывать не стану - вы можете в любой момент найти этот файл в сети и послушать. И если вы будете слушать его внимательно, без эмоций, так, как его должен слушать прокурор, адвокат, судья, юрист, вы поймете: прямых доказательств обвинения, предъявленного Белой и Сушкевич в этой записи НЕТ.
Доказательства - показания заведующей родильным отделением Татьяны Косаревой - появились в деле спустя полгода после начала следствия. Эта женщина в течение полугода рассказывала следствию принципиально другую историю - о том, как они с Элиной Сушкевич вместе спасали ребенка, а потом резко изменила показания.
Нестыковок в деле очень много. И мнению доктора Рошаля, который самым настоящим образом размотал экспертизу, на которой основано дело, я доверяю, простите, больше, чем любому эксперту СК.
Но сегодняшняя статья совершенно не об этом. Я не собираюсь ковыряться в каждом доказательстве по делу Сушкевич и Белой - я все равно не докажу тем, кто уверен в их виновности, что эти врачи никого не убивали, в чем лично у меня сложилась абсолютная убежденность. Если захотите - мы можем устроить очень подробный разбор каждого доказательства, которое опубличено, в моем телеграм-канале "Юрист-юморист: будни". Там это будет гораздо безопасней, чем здесь. Проходите, подписывайтесь, оставляйте комментарии - поговорим подробно.
Речь о другом.
Дело Белой и Сушкевич вскрыло такие глобальные гадости в нашей медицине, в нашем суде, в нашем обществе, что даже думать об этих гадостях тошно - а приходится, черт возьми.
Первый приговор Белой и Сушкевич - вынесенный Калининградским областным судом - был оправдательным. Присяжные вынесли оправдательный вердикт, на основании которого у суда попросту не было других вариантов, кроме как вынести оправдательный приговор - и вот здесь есть любопытная деталь: пока шло разбирательство в Калининграде, Белая и Сушкевич находились под домашним арестом, который был отменен судом в связи с оправдательным вердиктом присяных. Давайте это запомним.
В нашей стране имеется существенная разница между процентом оправдательных приговоров, которые выносит суд присяжных и суд, как говорится, профессиональный - 20 процентов против 0,5. Простые граждане, реализуя свое право участвовать в отправлении правосудия, оправдывают подсудимых в 20 раз чаще, чем профессиональные судьи - вот только 90 процентов оправдательных приговоров, вынесенных судами присяжных потом отменяются по апелляционным представлениям прокуратуры.
То есть, выходит, что 90 процентов оправдательных приговоров, которые выносит суд присяжных, незаконны - иначе с чего бы их отменять?
По обвинительным приговорам статистика другая - они отменяются реже в разы, и вот здесь у любого нормального человека должны волосы дыбом встать, потому что становится наглядно понятно, что у государства, которое представляет прокуратура, у профессионального суда нет задачи провести справедливое и равноправное, честное судебное разбирательство.
Оправдали?
Отменим.
Оправдательный приговор Белой и Сушкевич был отменен по той причине, что по мнению прокуратуры и суда на присяжных оказало влияние общественное мнение, которое активно транслировалось в ходе процесса.
Вы можете сколько угодно ругать Америку и ее правосудие, но в США оправдательный вердикт присяжных обжалованию не подлежит. На любую субстанцию может их американский прокурор изойти, но если присяжные сказали: "не виновен" - точка. Так решил НАРОД.
У нас народ идет лесом, у нас скрепы другие, поэтому из 20 оправдосов, вынесенных присяжными, хорошо, если остается в силе 1-2.
Совершенно потрясающие доводы были изложены прокуратурой в апелляционном представлении: "в ходе всего судебного разбирательства сторона защиты через средства массовой информации дискредитировала обвинение, в сеть «Интернет» выкладывалась информация, не подлежащая исследованию с участием присяжных заседателей. При этом сторона защиты, незаконно воздействуя на коллегию присяжных заседателей через средства массовой информации, касалась вопросов допустимости доказательств, в негативном ключе отображала деятельность органов следствия и прокуратуры, суда, в искаженном виде освещался ход судебного заседания, публиковались сведения о подсудимых, способные вызвать жалость. За время рассмотрения уголовного дела в средствах массовой информации области, а также в социальных сетях размещено более двух тысяч публикаций, освещающих ход судебного следствия, содержащих призывы оправдать подсудимых.
Развернутая в СМИ кампания по опровержению доказательств стороны обвинения и освещению информации, которая в силу закона не должна исследоваться с участием присяжных заседателей, имела поистине колоссальный масштаб в пределах города, насчитывающего менее 500 000 населения".
Гениально. Это не прокурор писал - драматург.
Может мне кто-нибудь объяснить - а как вообще можно оградить присяжных от общественного мнения? Они - живые люди, читают газеты, смотрят телевизор, пользуются интернетом. А на судью общественное мнение не влияет? А следующие присяжные не могли читать то, что уже выложено в интернет? А если бы в интернете писали только о том, что обвиняемые - кровожадины: это бы повлияло на присяжных?
В итоге, оправдательный приговор был отменен Первым апелляционным судом общей юрисдикции, а дело было направлено на новое рассмотрение - и, в итоге, передано в Московский областной суд, который на первом же заседании избрал меру пресечения для подсудимых в виде содержания под стражей, и Белую с Сушкевич отправили в СИЗО "Печатники".
Чувствуете разницу, да? Сразу - в СИЗО. После отмены оправдательного приговора.
Второй - обвинительный - приговор был в этой ситуации предсказуем, но с ним приключилась неприятность: судья Андрей Вячеславович Вьюнов, рассматривавший дело, так старался убедить присяжных в виновности подсудимых, что несколько раз заходил к ним в комнату отдыха и рассказывал про то, какие же подсудимые нехорошие, да и в напутственном слове постарался от души - но отменен он был далеко не с первого раза.
В первый раз все тот же Первый апелляционный суд общей юрисдикции, который с лету отменил приговор оправдательный потому, что присяжные, видите ли, читали газеты и интернеты, никаких нарушений в действиях Вьюнова не усмотрел и оставил обвинительный приговор в силе. И только после того, как Верховный суд отменил это апелляционное определение и вернул дело на новое апелляционное рассмотрение - и этот приговор отменили и вернули дело в Мособлсуд - рассматривать в третий раз.
Рассмотрели на днях. Признали виновными, запросили снова - 9 лет лишения свободы Сушкевич, 9,5 лет Белой. Исправили формальный недочет.
И зачем вот это все? Для чего создавать суды присяжных - чтобы любыми правдами и неправдами отменять оправдательные приговоры, которые они выносят, и давить на присяжных, чтобы они вынесли обвинительный вердикт?
Отмена оправдательных приговоров, которые выносят присяжные - массовое явление. Давление на присяжных со стороны суда - массовое явление. Смотреть на это тошно, признаться.
Это декорация. Это не суд - цирк.
Такая же, впрочем, декорация, как и медицина, которая построена на статистике. Никто не отрицает, что Белая боялась испорченной статистики, как огня. И к чертовой матери из профессии надо гнать доктора, завотделением, главврача, который орет благим матом по поводу статистики.
Его пациенты не интересуют, его интересует чертова статистика. Потому что за статистику с него будут драть по восходящей линии - потому что Мурашко наш сказал, что тот, кто хает нашу медицину - тот иноагент.
Такая же, в общем-то, декорация, как наше общество, которое продемонстрировало всю свою красоту в этой истории - у меня в телеграм-канале, где, как мне кажется, собираются приличные в основной своей массе люди, когда я поднял разговор про дело Белой и Сушкевич, пошли разговоры про то, что "мать погибшего ребенка была неумытой мигранткой, которая нигде не стояла на учете", и дальше покатилось - понаехали, понаоставались, позаполонили, гнать их всех отсюда, из-за них наши русские врачи сидят.
Ну, да. Если мигрант - не надо спасать...
И самое обидное в том, что вся эта фантасмагория, которая у любого нормального человека должна вызывать оторопь и шок - давно никого не удивляет. Так, бытовуха.
Такая же, как у Белой и Сушкевич, которые уже просидели под домашним арестом, в СИЗО и в лагере почти 2/3 срока, которые им суд никак не может законно назначить.
Подробнее об авторе канала и о его контактах для получения консультации по юридическим вопросам можно узнать, нажав на эту ссылку.
Адрес электронной почты для связи с автором находится в шапке канала.
Подписаться на телеграм-канал "Юрист-юморист: будни" можно здесь.
Кстати, если вы хотели бы просто поблагодарить автора за его постоянный труд и сделать пожертвование Норе Антоновне на косточку - автор совершенно не будет против. Нам с Норой Антоновной будет очень приятно, если Вы оцените наши старания.
Сделать это легко и просто - нажмите сюда, и Ваше пожертвование поступит прямо автору на счет.
Поблагодарить автора можно и через систему донатов Дзена, но в этом случае дорогой и любимый Дзен заберет себе 10 процентов.