Найти в Дзене
Георгий Жаркой

Долг, которого нет

Старый русский город. Церкви и монастырь, сады и старинные особняки. Живет там женщина, у которой проснулся долг перед матерью. Много лет не встречались. И купила женщина билет на поезд – поехала. Приехала в родной город, одной рукой катит чемодан на колесиках, в другой небольшая дамская сумочка. Подошла к дому, в котором мать живет, и вздрогнула: дорогу перешла покойная бабушка. Точь-в-точь. Неприятно стало. Опомнилась и зашла в подъезд. Мать встретила сурово: «Что у тебя с ногтями? Честное слово – как на панели. Не для твоего возраста, а для молодых дурочек». Не поцеловались, не обнялись, словно два дня не виделись. Мать бросила короткое: «Переодевайся». И накрыла на стол. За обедом не разговаривали, после пара вопросов про внука и внучку. Увидела фотографию внучки в телефоне: «Отсюда вижу, что футболка застиранная. Дурочка из переулочка». Далее снимок внука: «Ты говорила, что учится плохо? Может, отдать в специальную школу для замедленного развития? Зачем парня мучить? Закончит, по

Старый русский город. Церкви и монастырь, сады и старинные особняки. Живет там женщина, у которой проснулся долг перед матерью. Много лет не встречались. И купила женщина билет на поезд – поехала.

Приехала в родной город, одной рукой катит чемодан на колесиках, в другой небольшая дамская сумочка.

Подошла к дому, в котором мать живет, и вздрогнула: дорогу перешла покойная бабушка. Точь-в-точь. Неприятно стало.

Опомнилась и зашла в подъезд.

Мать встретила сурово: «Что у тебя с ногтями? Честное слово – как на панели. Не для твоего возраста, а для молодых дурочек».

Не поцеловались, не обнялись, словно два дня не виделись. Мать бросила короткое: «Переодевайся». И накрыла на стол. За обедом не разговаривали, после пара вопросов про внука и внучку.

Увидела фотографию внучки в телефоне: «Отсюда вижу, что футболка застиранная. Дурочка из переулочка».

Далее снимок внука: «Ты говорила, что учится плохо? Может, отдать в специальную школу для замедленного развития? Зачем парня мучить? Закончит, пойдет руками работать, деньги зарабатывать».

Дочь возразила, принялась подробно рассказывать. Мать остановила: «Что ты кричишь? От твоего голоса голова разболелась. Лучше сходи за продуктами, а я полежу».

Возмутилась: «Глупые вопросы! Возьми то, что есть будешь, мне много не надо».

Вышла женщина на улицу, в очередной раз вздрогнула: покойный дедушка медленно идет. Наклонился, кошку погладил. И одет в то, в чем похоронили. Озноб у женщины по спине.

Надо пройтись, за продуктами – после. Не хотелось возвращаться в материнскую квартиру. Казалось, что задыхается рядом с матерью.

Нет знакомых в родном городе, никого не осталось.

Дорога мимо железнодорожного вокзала. Вышла на площадь. Мимо прошел мужчина – вылитый покойный отец. Тот же суровый взгляд из-под густых бровей.

Остановилась женщина: «Что же это происходит? Все ушедшие. Словно предупреждают».

Хотела свернуть налево, столкнулась с семилетней девочкой – на сестру Зиночку похожа. Она утонула в семилетнем возрасте.

Чуть не расплакалась женщина. Быстрым шагом на вокзал. В кассе купила билет домой. Поезд завтра утром.

Вернулась без продуктов, объяснила, что сегодня чай с бутербродами, и на завтрак чай с бутербродами.

У матери сонные глаза: «Вот и хорошо. Уезжай, я привыкла быть одна. Тишина нужна. А у тебя голос как у полковой трубы».

Старинный город встретил ласково. На площади незнакомая бабушка улыбнулась.

Рослый парень помог поднять в трамвай чемодан. В салоне женщина в годах спросила: «Говорят, сегодня в парке концерт духового оркестра? Слышали? Как бы узнать»?

Дома дочка обрадовалась: «Как хорошо, что приехала»! Сын радостно улыбнулся. Муж помог снять плащ.

Подписывайтесь на канал «Георгий Жаркой».