Мошенничество свекрови, обман пенсионеров и использование имени невестки ломают доверие в семье, когда деньги на лечение ребёнка превращаются в семейный конфликт и разоблачение.
В подъезде плакала тетя Лена с третьего этажа. Я забыла дома тетради с контрольными и вернулась на обед, а тут такое. Женщина прижимала к груди носовой платок и всхлипывала так громко, что эхо разносилось по всему подъезду.
— Тетя Лена, что случилось? — я подошла ближе, положила руку на плечо.
— Анечка, я деньги на операцию внуку потеряла. Сто восемьдесят тысяч! — всхлипнула она, вытирая слезы рукавом старой кофты. — Три года копила, каждую копейку откладывала.
У меня похолодело в животе. Сто восемьдесят тысяч — это же огромные деньги для пенсионерки. Я знала, что у тети Лены проблемы — внук родился с пороком сердца, нужна дорогая операция.
— Как потеряли? — голос дрожал.
— Галина Сергеевна помогла инвестировать в надежный проект, обещала хорошую прибыль. А теперь говорит — не получилось. Инвестиции не окупились, — тетя Лена еще громче заплакала, качая головой. — Говорила, что твоя свекровь такая умная, разбирается в финансах.
Я стояла и не понимала. Галина Сергеевна — это же моя свекровь. Женщина, которая четыре года живет с нами в одной квартире. Она никогда не говорила ни о каких инвестициях. Наоборот, постоянно жаловалась, что денег не хватает, пенсия маленькая, продукты дорожают.
— Может, вы что-то путаете? — слабо предположила я.
— Что ты, Анечка! Галина Сергеевна все подробно объяснила. Сказала, что у тебя связи в банке, ты там работаешь менеджером. Что сможешь хорошо деньги приумножить.
Поднималась по лестнице как в тумане. Ключи дрожали в руках так сильно, что никак не попадала в замочную скважину. Открыла дверь тихо и сразу услышала незнакомый мужской голос из кухни.
— Вкладываете пятьдесят тысяч сегодня, через месяц получите семьдесят пять. Моя невестка работает в банке, у нее связи. Она лично займется вашими деньгами.
Это говорила Галина Сергеевна. Голос уверенный, деловой. Я прижалась к стене в коридоре, сердце колотилось так громко, что казалось, его слышно на всю квартиру. На кухне за раскладным столом сидел пожилой мужчина в старом костюме, а свекровь показывала ему какие-то бумаги, водила пальцем по цифрам.
Моя невестка работает в банке.
Я учитель начальных классов в школе номер двенадцать. Зарплата двадцать восемь тысяч рублей. Веду первый класс, проверяю тетрадки до поздней ночи. Какой банк, какие связи? Какие пятьдесят тысяч?
— А она точно сможет? — спросил мужчина, потирая лысину. — Деньги-то последние, пенсию всю принес.
— Конечно! Анечка очень ответственная, уже не первый год в банке работает. У нее там начальство знакомое, — свекровь наливала мужчине чай из заварочного чайника, улыбалась. — Через месяц прибыль получите, может, даже раньше.
Мужчина ушел через полчаса с довольным видом, осторожно пряча конверт с деньгами во внутренний карман пиджака. Я успела спрятаться в ванной, прижалась спиной к холодной плитке. Когда вышла, свекровь уже хлопотала на кухне, как ни в чем не бывало. Помешивала борщ в большой кастрюле, напевала что-то под нос.
— Галина Сергеевна, встретила тетю Лену в подъезде, она расстроенная какая-то, — начала я осторожно, садясь на табуретку.
— Да, переживает бедная. Хотела внуку на операцию накопить, а деньги вложила неудачно, — свекровь не отрывалась от плиты, продолжала помешивать борщ деревянной ложкой.
— Куда вложила?
— Да в какой-то фонд сомнительный. Я ей говорила — не связывайся с такими делами, но она не послушала, — Галина Сергеевна качала головой с сожалением. — Пожилые люди такие доверчивые, легко обманываются.
— А вы разве не помогали ей с этим?
Свекровь повернулась ко мне, лицо удивленное, даже обиженное.
— Что ты, Анечка! Я же пенсионерка, какие у меня могут быть связи. Откуда мне знать про инвестиции и банки?
Она смотрела мне прямо в глаза. Лицо спокойное, открытое, даже заботливое. Никакой лжи, никакого стыда. Как будто действительно ничего не знает.
— Может, борщ попробуешь? — предложила она, протягивая мне ложку. — Свекла свежая, сладкая.
Я попробовала, похвалила. Мы говорили о погоде, о работе, о том, что Денис скоро вернется с вахты. Обычный семейный разговор. А у меня в голове крутились слова: моя невестка работает в банке, у нее связи.
На следующий день специально вышла из дома пораньше, сказала свекрови, что нужно зайти в школу к завучу. Спустилась на один пролет и подождала на лестничной площадке между вторым и третьим этажом. К свекрови пришли еще двое пожилых людей — узнала соседей из соседнего подъезда. У них в руках были полиэтиленовые пакетики из "Копеечки", явно что-то тяжелое лежало внутри.
Я прижалась к стене и слушала. Дверь нашей квартиры неплотно закрывалась, звуки проходили хорошо.
— Галина Сергеевна, вот принесли, как договаривались, — говорил мужской голос. — Жена всю ночь не спала, переживала.
— Хорошо, Иван Петрович. Анечка уже оформляет документы в банке, сегодня вечером позвоню ей на работу, — отвечала свекровь деловито. — Она сказала, что ваши деньги в приоритете.
— А когда получим прибыль? — это уже женский голос, знакомый. Кажется, тетя Клава из пятого подъезда.
— Она сказала — максимум через месяц. У нее там начальство знакомое, могут и раньше провернуть, — Галина Сергеевна говорила уверенно, как настоящий финансовый консультант.
Анечка оформляет документы. У нее начальство знакомое. Позвоню ей на работу.
Я стояла на холодной лестнице и не могла поверить в происходящее. Свекровь, которая не умеет пользоваться банкоматом и просит меня снимать ей пенсию, рассказывает людям про мои связи в банке. Женщина, которая каждый день жалуется на нехватку денег, собирает с соседей их последние сбережения.
— А если что-то пойдет не так? — осторожно спросил мужчина.
— Иван Петрович, да что может пойти не так? Анечка же не мошенница какая, работает в банке уже пять лет. Я ей как матери доверяю, — в голосе свекрови звучала такая искренность, что даже я почти поверила.
Руки тряслись, когда шла в школу. На остановке едва не пропустила автобус, водитель сигналил, а я стояла и смотрела в пустоту. В учительской коллега Света сразу заметила мое состояние.
— Анька, ты себя плохо чувствуешь? Лицо белое как мел.
— Света... — я села за учительский стол, положила голову на руки. — А если родственник творит что-то нехорошее, что делать?
— А что случилось? — Света придвинула стул ближе, посмотрела внимательно. — У тебя неприятности дома?
— Да так, гипотетически спрашиваю. Если обманывает людей, а семья об этом не знает. И обманывает, используя имя родственника.
— Анька, ты что-то темнишь. Рассказывай толком, что происходит, — Света взяла меня за руку. — Может, помочь чем смогу?
— Не могу пока. Сама до конца не разобралась, может, мне показалось, — я встала, взяла журнал. — Сама разобраться пытаюсь.
— Ну смотри, главное — в неприятности не влипни. И если что — обращайся, не молчи.
Уроки в тот день провела на автомате. Дети решали примеры, а я думала про свекровь, про тетю Лену, про все эти деньги. Вечером пришла домой и не смогла нормально поужинать. Галина Сергеевна спрашивала, не заболела ли я, предлагала чай с малиной.
Через два дня решилась снова прийти домой раньше времени. Сказала завучу, что плохо себя чувствую, нужно к врачу. Тихо поднялась по лестнице и прислушалась. Голосов было много, как минимум четыре разных.
Теперь у свекрови сидели уже четверо соседей. Я узнавала голоса — дядя Петя из первого подъезда, бабуля Вера с нашего этажа, еще двое незнакомых. На столе лежали тетради в клетку, такие же, какие я проверяю у детей, калькулятор "Citizen" — старый, кнопки потертые.
— Итак, подведем итоги, — говорила Галина Сергеевна деловито. — Вера Николаевна внесла тридцать тысяч, Петр Семенович — сорок пять тысяч, Зинаида Ивановна — двадцать восемь тысяч.
— А Анечка точно сможет провернуть это через банк? — спросила бабуля Вера. — Уж очень много народу деньги несет.
— Конечно! Она же там менеджер по крупным вкладам. У нее в подчинении целый отдел, — свекровь записывала что-то в тетрадь, ручка скрипела по бумаге.
— Мы вам доверяем, Галина Сергеевна. Вы же мать такой успешной девочки, — это говорил дядя Петя. — Если она в банке работает менеджером, значит, умная, надежная.
Менеджер по крупным вкладам. Целый отдел в подчинении. У меня закружилась голова от ужаса. Свекровь собрала с соседей минимум триста тысяч рублей, а может, и больше. Люди несут последние деньги, пенсии, накопления на лечение детей.
— А когда примерно прибыль получим? — спросила незнакомая женщина. — У меня внучка в институт поступает, нужно за общежитие заплатить.
— Анечка сказала — максимум полтора месяца. Но может и раньше, если сделка хорошо пойдет, — Галина Сергеевна наливала всем чай из большого заварочного чайника. — Главное — не волноваться, все будет хорошо.
Вечером созвонилась с Денисом через "ВидеоСвязь". Муж работает вахтовым методом на севере, монтажником на нефтяной вышке. Сейчас был в Ханты-Мансийске, до дома тысячи километров.
— Привет, красавица! — улыбнулся он с экрана телефона. Лицо обветренное, усталое, но довольное. — Как дела? Мама не обижает?
— Денис, а мама в последнее время странно себя ведет, — начала я осторожно.
— В каком смысле? — он нахмурился, отодвинул телефон дальше от лица.
— Ну, к ней часто соседи приходят, о каких-то деньгах говорят. Каждый день кто-то новый.
— Анек, может, в домкоме помогает с коммуналкой разбираться? Мама же общительная, все ее любят в доме.
— Не знаю. Она говорит им, что я в банке работаю. Что у меня там связи хорошие.
Денис засмеялся, даже головой покачал от умиления.
— Ха! Мама всегда любила приукрасить, когда о тебе рассказывает. Гордится невесткой, хвастается перед соседками.
— Но ведь это неправда. Я же учитель, ты знаешь...
— Да ладно, Анек, что такого? Пусть хвастается. Для нее ты самая лучшая невестка на свете. Приятно же, что так тебя ценит.
Я смотрела на его улыбающееся лицо на экране телефона и понимала — он не поверит. Для Дениса мама святая, она его одна растила после смерти отца. Как я могу объяснить ему, что его святая мама обманывает пенсионеров?
— Ладно, не грусти. Скоро домой приеду, отгуляем как следует, — Денис подмигнул. — Премию хорошую дали, может, наконец-то свою квартиру присмотрим.
После разговора долго сидела на кухне, смотрела в окно. Галина Сергеевна досматривала сериал в гостиной, иногда вздыхала над судьбой героев. Обычная пожилая женщина, которая переживает за персонажей телевизора. Как поверить, что она способна на такое?
Через неделю встретила тетю Лену в подъезде у почтовых ящиков. Она выглядела еще хуже — осунувшаяся, в старом пальто с оторванной пуговицей. Сумка потертая, на глазах темные круги.
— Тетя Лена, как дела? Как внук? — подошла ближе, взяла за руку.
— Плохо, Анечка, очень плохо. Операцию отложили — денег нет, — голос дрожал. — Врачи говорят, что затягивать нельзя, а я что могу сделать?
— А как же те деньги, что вложили? — сердце колотилось.
— Галина Сергеевна говорит — банк задерживает выплаты, какие-то проблемы технические. Ты же там работаешь, можешь узнать, что происходит?
Тетя Лена смотрела на меня с такой надеждой, что захотелось провалиться сквозь землю.
— Я... я не в том банке работаю, — пробормотала я.
— Как не в том? — глаза тети Лены округлились. — А Галина Сергеевна сказала, что ты лично наши деньги оформляешь. Что ты ее заверила — все будет хорошо.
Тетя Лена смотрела на меня с надеждой и отчаянием одновременно. У ребенка серьезные проблемы с сердцем, нужна срочная операция за границей, а бабушка потеряла все накопления. Сто восемьдесят тысяч рублей — деньги, которые она копила три года, отказывая себе во всем.
Пора действовать. Больше молчать нельзя.
Вечером дождалась, когда свекровь будет одна на кухне. Она мыла посуду, напевала какую-то старую песню. На столе лежала та самая тетрадь с записями, ручка рядом.
— Галина Сергеевна, нам нужно серьезно поговорить, — сказала я, садясь напротив.
— О чем, дорогая? — она не оборачивалась, продолжала мыть тарелки.
— О том, что вы рассказываете соседям про мою работу в банке.
Свекровь поставила тарелку в сушилку, вытерла руки полотенцем, повернулась ко мне.
— А что такого? Я же не вру — ты с деньгами работаешь. Зарплату получаешь, в отпуск ездишь.
— Я учитель! Зарплата двадцать восемь тысяч рублей! Работаю в школе, а не в банке!
— Ну и что? — она пожала плечами, села напротив. — Все равно умная, образованная. Могла бы и в банке работать, если бы захотела.
— Но люди вам деньги несут, думая, что я их инвестирую! Они верят, что у меня есть связи!
— Анечка, не драматизируй. Я же никого не обманываю, — свекровь говорила спокойно, даже удивленно. — Просто помогаю людям деньги приумножить. Что плохого?
— А где эти деньги? Что вы с ними делаете?
— Вкладываю в надежные проекты. Не твое дело, в какие именно. Главное — люди прибыль получат.
Она стояла у плиты, помешивала борщ деревянной ложкой. Обычная пожилая женщина в домашнем халате с мелким цветочком. Тапочки стоптанные, седые волосы собраны в пучок. Только глаза... В глазах не было ни стыда, ни сожаления. Только холодная уверенность.
— Тетя Лена копила на операцию внуку три года, — сказала я тише.
— Получит свои деньги с прибылью. Чего ты волнуешься?
— Когда получит?
— Когда получит. Не торопи события.
На следующий день вернулся Денис. Прилетел утренним рейсом, привез подарки — мне духи, маме — красивый платок. Усталый, но довольный. Галина Сергеевна накрыла праздничный стол — достала скатерть в горошек, поставила белые тарелки с синей каймой, приготовила любимые блюда сына.
— Сынок, как работа? Не устал? Похудел, наверное, там нормально не кормят, — суетилась вокруг него.
— Нормально, мам. Привык уже. А что у вас тут новости? Как жили без меня?
— Да никаких особых новостей. Живем тихо-мирно, — Галина Сергеевна накладывала ему полную тарелку борща. — Анечка работает, я по дому хлопочу.
Я сидела молча, смотрела на красный борщ в тарелке и не могла проглотить ни ложки. В горле стоял комок, руки дрожали.
— Анек, ты чего такая невеселая? На работе проблемы? — Денис взял меня за руку. — Дети непослушные?
— На работе все нормально, — ответила я тихо.
— Может, к врачу сходишь? Бледная какая-то, исхудала, — он посмотрел внимательно. — Может, витамины попить?
Свекровь заботливо добавила:
— Я витаминки хорошие куплю в аптеке. Денег найдется, не волнуйся.
Деньги найдутся. Конечно, найдутся. Из чужих карманов, из пенсий, из денег на лечение детей.
— Мам, а что это за тетрадка? — Денис взял в руки тетрадь, которая лежала на краю стола.
— Да так, записи разные, — быстро забрала тетрадь свекровь. — Рецепты, телефоны соседских.
Мы ужинали, говорили о работе, о планах на выходные. Денис рассказывал про север, про коллег, про то, какая там суровая зима. Обычный семейный вечер после долгой разлуки. А я сидела и думала о том, сколько еще людей принесут деньги завтра, послезавтра.
А потом в дверь позвонили. Денис удивился — поздно уже, кто может прийти? Галина Сергеевна пошла открывать, я услышала знакомые голоса.
Пришли трое соседей — тетя Лена, дядя Петя и бабуля Вера. В руках пакетики, тяжелые, с деньгами. Лица усталые, но надежда в глазах.
— Простите, что поздно, — извинилась тетя Лена. — Но деньги собрали, как обещали.
— Анюта, Галина Сергеевна говорит, ты наши вклады оформляешь? — обратился ко мне дядя Петя.
— Мы еще по двадцать тысяч принесли. Когда примерно прибыль будет? — добавила бабуля Вера.
— Внуку на операцию очень нужно. Врачи сказали — еще месяц максимум можно ждать. Ты же поможешь? — тетя Лена смотрела на меня умоляюще.
Денис сидел за столом и смотрел на меня в полном недоумении. Рот приоткрыт, брови нахмурены. Галина Сергеевна стояла рядом с соседями, лицо побледнело, но она продолжала улыбаться.
— Конечно, Анечка поможет. Она такая ответственная, надежная, — говорила свекровь, но голос дрожал. — Правда, Анечка?
Все смотрели на меня. Тетя Лена с надеждой, дядя Петя с доверием, бабуля Вера с благодарностью. Денис с непониманием. Галина Сергеевна со страхом.
Я встала из-за стола. Ноги подкашивались, в ушах шумело, но голос был четким.
— Я не работаю в банке. Я учитель начальных классов в школе номер двенадцать.
Повисла мертвая тишина. Только тикали часы на стене, да где-то капал кран в ванной.
Соседи переглянулись, не понимая.
— Никаких вкладов я не оформляю и оформлять не буду. У меня нет никаких связей в банке.
Тетя Лена открыла рот от удивления. Дядя Петя нахмурился, посмотрел на Галину Сергеевну.
— Галина Сергеевна обманывает вас, используя мое имя. Она говорит вам неправду.
Свекровь схватилась за сердце, опустилась на стул.
— Анечка, что ты говоришь... — пробормотала она.
— Как это обманывает? — не понял дядя Петя. — Галина Сергеевна, вы же говорили...
— А наши деньги где? — тихо спросила бабуля Вера.
Денис сидел с открытым ртом, переводил взгляд с меня на мать, не понимая, что происходит.
Я взяла сумку с кресла и пошла к двери.
— Аня, куда ты?! Объясни, что происходит! — крикнул Денис, вскакивая.
— Мама, что это все значит? — он повернулся к свекрови.
Но я уже выходила из квартиры. На лестничной площадке было тихо и темно. Только лампочка мигала, вот-вот перегорит. Где-то внизу хлопнула дверь — наверное, соседи ушли. Или убежали.
Я спустилась на первый этаж, вышла во двор. Холодный вечерний воздух обжег лицо. Достала телефон, хотела кому-то позвонить, но поняла — некому. Света не поймет, подруги далеко, родители в другом городе.
Прошлась вокруг дома, потом вернулась. Поднялась по лестнице медленно, останавливаясь на каждом пролете. Из квартиры доносились приглушенные голоса — Денис что-то выяснял у матери.
А завтра будет новый семейный ужин. И я не буду больше улыбаться, делать вид, что все хорошо. Не буду молчать, когда свекровь будет жаловаться на нехватку денег. Потому что теперь я знаю, чем она занимается, пока мы на работе.
И знаю, что молчать больше нельзя.
Лучшая награда для автора — ваши лайки и комментарии ❤️📚
Впереди ещё так много замечательных историй, написанных от души! 💫 Не забудьте подписаться 👇