Фрагмент из романа "Субцивилизация" (глава 23 "Контора")
Воспитательную и социальную работу с осуждёнными возглавляет заместитель начальника по воспитательной части и работе с кадрами, именуемый по старинке замполитом.
Воспитательный отдел, правильнее – отдел воспитательной работы с осуждёнными (ОВРСО) имеет своего отдельного начальника да ещё и заместителя оного, поскольку объем работы их не ограничивается спортивными состязаниями, танцами-шманцами и организацией иных культурно-массовых мероприятий (КММ), как это может показаться. Эти дела, собственно, зэки могут провести самостоятельно, и за примером далеко ходить не надо, достаточно припомнить, что на момент написания этих строк в одной из зон прозябал осуждённый Михаил Ефремов. Ну, вот, кто, скажите на милость, способен качественно подготовить концерт, спектакль или смотр самодеятельности: потомственный, знаменитый актёр и режиссёр или вчерашний троечник - инспектор, пробегавший лет десять по лагерю с дубинкой и наручниками? Хотя, может, я и не прав – как раз дубинка и наручники могут в данном случае оказаться более эффективными средствами, чем подлинный талант...
Субцивилизация преисполнена своеобразием, причудливым и зачастую непредсказуемым, капризным, алогичным самодурством. Если Михаил Ходорковский в карельской зоне изготавливал, бают, одноразовые стаканчики, то где гарантии, что зэки пойдут на сцену к Ефремову, а не к Васе Пупкину с его тремя классами вечерней школы?
Однако, шутки в сторону. Вернёмся, как говорится, к нашим баранам, то есть к воспитательному отделу.
В штате отдела – группа сотрудников, играющих одну из главных, ключевых ролей в колониях (в СИЗО таковых нет по определению). Это начальники отрядов, призванные и уполномоченные решать рутинные повседневные проблемы осуждённых.
Последних же в отряде обычно более ста человек, а бывает и под двести, и у каждого ежедневно возникает какая-нибудь “чесотка” в одном месте. У одного ботинки порвались, другой в штаны не влазит, а с третьего, наоборот, спадают, а кто-то нагрудный знак (бирку) потерял или застирал. За письмами надо сбегать, раздать, в посылочную - за бритвенными станками (зэку на руки не положено отдавать). Тут двое на УДО собрались, а пятеро – на ПТР. Это, значит, отряднику надо семь пухлых папок с документами скомплектовать: собрать, отксерить, напечатать. Одних только характеристик целую кучу писать приходиться. И на работу кого-то надо устроить, и к освобождению подготовить. А это бесконечный поток: бумажки, бумажки, бумажки. Журналы, дневники наблюдения на каждого, рапорты, заявления, доверенности и прочее, прочее, прочее. В отряде обстановку проверить надо, одного сопроводить туда, другого – сюда, третьего – в ШИЗО, четвёртого – на поощрение, пятого - на этап… И такая канитель – беспрерывно.
Короче, крутится отрядник, как белка в колесе. И в ответе вечно за всё и за всех. А ещё дежурства по колонии: ночные, суточные. И вечно во всём виноват и перед всеми…
Зато зэки к отрядникам своим, как правило, дружелюбны. Даже, бывает, помогают – часть бумажной работы на себя берут. Хоть и запрещено это, но куда деваться? Не двужильный же начальник отряда. Хозяйство у него немалое и хлопотное. Что бы он делал без помощи зэков? И десятой доли б не вывез!
Надо сказать, что совсем гнилой человек долго отрядником не прослужит – не вывезет. “Съедят” его или зэки, или коллеги. Так что после отсева остаются на этой должности весьма и весьма неплохие мужички. Плохим же остаётся либо исправляться, либо уходить.
Отряднику вовсе не обязательно быть для зэков потатчиком. И без панибратства обойтись можно. Главное – не подличать, не заноситься и иметь мужской характер. Тогда и слушаться будут, и на шею не сядут.
А замполит что? У него и других забот – куча! В его ведении и клуб ещё, и библиотека, и психологическая служба, и специалисты по социальной защите, и куририрование, например, вечерней школы и ПТУ.
Хотя последние – самостоятельные, отдельные учреждения, но это лишь формально. По факту же вся возня с ними тоже лежит на плечах замполита.
А соцзащита? Это и паспорта, и гражданство, и депортация, и жилищные вопросы, и иже с ними… А освобождение? Это и билеты на проезд до дома, и всё дело- и судопроизводство по УДО, перережиму с зоны на посёлок, замене лишения свободы на исправительные и принудительные работы, и всё такое прочее.
А работа с кадрами? Это и повышение квалификации, и звания, и награды, и социальные гарантии и льготы… Кошмар!
Это не считая взаимодействия с родственниками осуждённых, средствами массовой информации, общественными, правозащитными и волонтёрскими организациями...
Конечно, есть подчинённые, есть специалисты-исполнители. А ответственность-то на ком? Вот то-то.
Так что, получается, воспитательная работа, вопреки обыденным представлениям, вовсе не танцы-шманцы и не спортивные турниры, а вязкая, нервная, повседневная, безысходная рутина. Благодарности от зэков обычно с гулькин нос, зато жалоб и недовольств – вагон и маленькая тележка…
#книги_о_тюрьме #тюремные_истории #тюремная проза #лагерная проза #тюрьма #зона #сидевшие_писатели #тюремная_литература