Мария Шарапова завершила карьеру в 2020-м и быстро перешла в режим предпринимателя и медиа-персоны. Её посттеннисный «портфель» — это сладости под брендом Sugarpova, инвестиции и независимая директура в Moncler, точечные телепоявления и громкая сделка с домом в Калифорнии. И да, у бывшей первой ракетки мира была и скандальная часть — рассказываем не пересказывая слухи.
Sugarpova: рост, критика и судебная история
Шарапова запустила Sugarpova в 2012-м, а к 2019 году продажи целились в ~$20 млн в год — цифру приводил Forbes (до расширения линейки на шоколад). Это уже не «звёздный мерч», а нормальный FMCG-бизнес, построенный на желейных конфетах и мармеладе.
Но «сладкая» история не обошлась без трений. В 2013-м британские антиожирительные активисты и часть прессы обвинили Sugarpova в «безответственном маркетинге» и романтизации сладостей для детей — волна критики сопровождала гастрольные запуски в Европе. В том же сезоне медиа раскрутили и PR-идею временно сменить фамилию на «Sugarpova» к US Open — от затеи отказались, но обсуждение было бурным.
В 2021-м в Нью-Йорке к бренду предъявили иск по Закону об американцах с инвалидностью (ADA): слабовидящая пользовательница заявила, что сайт sugarpova.com недоступен для скринридеров (не «читаются» тексты и кнопка корзины). Подобные иски — распространённая практика в США, и компании обычно дорабатывают сайты и урегулируют претензии. В материалах СМИ фигурировал именно Sugarpova.
Статус бизнеса сегодня описывают по-разному: одни источники указывают, что бренд пережил пик в конце 2010-х; The Wall Street Journal в июле 2025-го назвал Sugarpova «now-defunct» — то есть фактически не действующим. Это важно учитывать, когда вы читаете новости про «возвращение» марки.
Инвестиции и Moncler
Параллельно Шарапова инвестировала и советовала компаниям в «здоровье/красоте/фитнесе» (включая Supergoop!, Therabody и др.). В 2022-м её избрали независимым директором Moncler — запись об этом есть в пресс-релизе компании и корпоративных документах. В 2025-м Moncler подтвердил новый состав совета, где она числится независимым директором.
Телешоу: из «акулы» в «жгучие крылья»
Шарапова аккуратно дозирует медийную активность. В 2020-м была приглашённым «шарком» в Shark Tank (сезон 11, эпизод 13) и заходила в апдейт эпизода 1203: её связали с инвестицией в Bala Bangles вместе с Марком Кьюбаном. Логика простая: выходы — там, где они поддерживают имидж предпринимателя.
Летом 2025-го Мария пришла в Hot Ones, шоу, где медийные личности едят острые крылышки во время интервью: выпуск разошёлся по спортивным и развлекательным сайтам — редкий для неё «вирусный» выход вне спорта. Официальный сайт WTA и профильные медиа подробно пересказали эпизод.
Недвижимость: «японский минимализм» за $24,995 млн
В июле 2025-го Шарапова выставила на продажу собственный дом в Манхэттен-Бич (Большой Лос-Анджелес) почти за $25 млн. Особняк спроектировали KAA Design; внутри — бетон, чистые линии и эффектные детали вроде двухдорожечной боулинг-аллеи. Решение объясняют планами семьи больше времени проводить в Европе. О сделке написали WSJ, Architectural Digest, Tennis.com и крупные российские издания.
Что в итоге
После тенниса Шарапова выстроила экосистему вокруг собственного имени: сладости (и связанный с ними публичный спор о «правильном» маркетинге и цифровой доступности), портфель инвестиций, роль независимого директора в Moncler, редкие, но громкие медиа-выходы, плюс — капитализация имиджа через дизайн-недвижимость. Скандалами здесь были не «серии разоблачений», а вполне конкретные эпизоды: критика маркетинга Sugarpova и ADA-иск к сайту бренда. И как бы ни менялся статус самой марки, Шарапова остаётся в новостях — уже не из-за тай-брейков, а из-за своих решений как предпринимателя и работы её медиакоманды.