- Ты обязана нас поселить у себя, потому что мне с тремя детьми в однушке тесно, - ворвалась золовка в квартиру

В последние несколько месяцев моя жизнь перевернулась. Все началось с события, которое ко мне даже не имело прямого отношения.

Так получилось, что Марина, сестра моего мужа Феди, развелась. И она осталась с тремя детьми одна.

Квартиры своей у золовки не было. И с бывшим супругом ей нечего было делить. Он оставил ее на улице. Ей пришлось арендовать квартиру. И денег у нее хватило только на однушку.

Марина не работала, получала пособия. Конечно, жить на них было нереально. И она сама это прекрасно понимала.

О своем бедственном положении золовка рассказывала мне. И ради этого она приходила каждый день.

- Как же я буду одна? – плакала Марина. – У меня совсем нет денег. Я сняла квартиру на последние гроши, которые у меня были. Как же дальше? Только на два месяца оплачена эта однушка.

- А ты на алименты не подавала? – спросила я.

- Нет. А смысл? У бывшего моего зарплата официальная копеечная. С нее я не получу много, а мне троих детей нужно поднимать на ноги. И помочь мне никто не может.

Конечно, мне было жалко золовку. Но только я не могла понять, почему она ничего не предпринимает, чтобы как-то улучшить свое положение.

Я терпела эти жалобы месяц. Потом я все-таки не выдержала, предложила Марине поискать работу, чтобы содержать себя и детей.

- А кто меня возьмет с тремя детьми? – спросила золовка. – Тебе легко говорить, потому что у тебя не детей. А матери-одиночке с тремя что-то стоящее никогда не найти. Можно даже не пробовать. И детей я с кем буду оставлять? Младший же еще в сад не пошел.

Потом Марина упомянула, что мне повезло с жильем. Да, я получила в наследство трешку, но я же ремонт в ней сама сделала. Это не учитывалось.

- Ладно, Марина, мне пора на работу, - сказала я, когда золовка в очередной раз мне надоела.

И Марина ушла. Но только уже на следующий день она снова появилась у меня на пороге. И на этот раз она была не одна, а с Валентиной Игоревной, своей мамой.

- Что происходит? – спросила я и указала на чемоданы.

- Ты обязана нас у себя поселить, потому что мне с тремя детьми в однушке тесно.

- Да, - подтвердила слова дочери свекровь. – У тебя три комнаты, детей нет. Зачем тебе столько места? А семье нужно помогать.

- Это временно, - сказала Марина. – Так надо, пока я не встану на ноги, не налажу свою жизнь.

- Нет! – категорично ответила я. – Никто не будет жить в моей квартире, кроме меня и мужа. Убирайтесь!

Свекровь и золовка опешили от такой резкости с моей стороны. Они стали грозить, что расскажут все Феде. Но я сделала вид, что не боюсь этого. Правда, внутри у меня екнуло.

Муж с работы вернулся не в духе. Федя сразу же сказал мне, что ему звонила его мать.

- Почему ты выгнала мою сестру с детьми? Как ты могла так поступить?

- Потому что квартира моя. И только я могу решать, кто здесь будет жить. Не хотела я пускать чужого человека.

- Чужого? Моя сестра тебе чужая? Ты вообще представление о семье какое-то имеешь?

- Мы же с ней не общались почти до ее развода. С чего я должна ее пускать на свою территорию?

- Да, мама права. Ты – настоящая эгоистка. Чего ты взъелась на Марину? Потому что у нее дети есть? Так ты своих не захотела сама рожать!

Это было ударом по самому больному. Муж прекрасно знал, сколько выкидышей я пережила, какое лечение прошла. Но стоило разговору зайти про сестру, он был готов задевать меня за живое.

- Зачем ты так говоришь? Ты же знаешь, что я не могу, а не «не хочу»!

- Нет, ты именно не хочешь! Не надо говорить про бесплодие. Есть мнение, что его вообще не существует.

После того мы не разговаривали несколько дней. Не звонили мне и свекровь, золовка. Я и рада была, что не слышу голоса этих наглых людей.

А в один вечер Федя стал собирать вещи. Он не смотрел на меня при этом, не говорил ничего. Я поняла, что он решил оставить меня и разрушить наш брак.

- Куда ты? – только спросила я.

- К матери временно перееду. Потом уже буду искать квартиру для съема. На развод сама подавай. Я не буду возражать, не буду тормозить процесс.

Так из-за Марины и Валентины Игоревны распался наш брак. Может, это и к лучшему. Я пока что слишком переживаю, чтобы мыслить здраво.