- Твоя жена не подозревает ничего? - свекровь случайно выдала коварный план

С работы я вернулась уставшая. Мне хотелось принять душ, поваляться на диване, отдохнуть. Но переступив порог, я поняла, что вечер не будет спокойным.

- Твоя жена не подозревает ничего? – услышала я голос Алины Антоновны, своей свекрови.

- Нет, мама, - ответил Назар, - она не в курсе, что мы задумали. И ты же знаешь мою Дашу. Она сама любит на всем экономить. Она щепетильно к деньгам относится, не разбрасывается ими. Ей всегда хотелось, чтобы я тоже так делал. Но я прикидываюсь, что не умею этого, что трачу все, что зарабатываю. А на самом-то деле…

- Сколько мы уже собрали? Все-таки времени много прошло.

- 800 тысяч.

- Это хорошо. Скоро мы такими темпами купим квартиру. Как раз мне звонила Галя. Она сказала, что есть дешевая однушка, в которой ремонт нужно сделать.

- Я как раз премию скоро получу, - сказал Назар. – Если ее добавить к той сумме, что есть, а еще и твои сбережения взять, то можно купить квартиру, про которую ты говоришь.

- Только ее долго держать не будут. Нужно спешить.

У меня ноги стали ватными. Я не могла поверить, что Назар тайком от меня копит деньги. И потратить он их хочет не на нашу семью, а на квартиру для твоей матери.

Так получилось, что Алина Антоновна осталась без своего жилья. Они с мужем были прописаны в доме его брата.

Когда свекровь овдовела, то оказалось, что ей негде жить. Брату мужа неожиданно понадобился этот дом в деревне. И он попросил Алину Антоновну съехать. С трудом ей удалось договориться на то, чтобы остаться в этом доме, пока не будет куплена квартира.

Я знала об этом, но я никак не думала, что свекровь будет лезть в наш бюджет. Мне казалось, что к ее возрасту у человека должны быть какие-то сбережения.

Постепенно я выкинула из головы тему с квартирой свекрови. Наша с Назаром дочка Аня пошла в школу. Я была занята ею, адаптацией к новому этапу жизни. А Назар ничего не говорил. Я и не задавала никаких вопросов. Все-таки мы не были так близки со свекровью, чтобы я активно ею интересовалась.

Я лишь отмечала в последние три или четыре месяца, что супруг как-то изменился. Он стал дерганным, резковатым. Он даже на Ане срывался. И меня это настораживало больше всего. Все-таки к дочке он всегда тепло относился, а тут такое.

Я не пошла на кухню, а отправилась в спальню. Мне не хотелось, чтобы меня видели муж и свекровь.

Вышла я только через полчаса, когда хлопнула входная дверь. И Назар был сильно удивлен тому, что я уже дома.

- Ты уже вернулась? А я не слушал. Как день прошел?

- Да, я вернулась. День интересный получился. Столько я нового узнала! Ты, оказывается, накопил 800 тысяч! Как ты мог так поступить?

Назар изменился в лице. Он явно не ожидал, что я так прямо скажу о том, что услышала. И он стал пытаться оправдываться.

Муж говорил, что не может бросить маму в трудную минуту, потому что она столько сделала для него и для нас.

- Она же и с Аней оставалась, когда тебе на работу нужно было, и в декрет была готова уйти. Я не стал уже звать маму к нам жить, когда она рисковала на улице оказаться. Я понимал, что ты не придешь в восторг от того, что наша дочь будет жить с бабушкой в одной комнате. Но я не мог оставить маму без жилья вообще. Я стал копить на него. Что в этом такого? Я же не пропил эти деньги, не прогулял с любовницами!

- Дело не в деньгах, а в твоем отношении ко мне и к дочери! Ты предал нас тем, что скрыл такой важный факт. И я подаю на развод. Жить с тобой после всего, что случилось, я не намерена.

В тот вечер я собрала вещи, переехала с дочкой к своим родителям. А через несколько дней мне позвонила Алина Антоновна.

Она говорила, что Назар расстроен, что он страдает, просила вернуться. Но я была непреклонна. Я сказала, что буду разводиться и делить имущество.

В итоге нас развели, хоть это произошло не так быстро, как я хотела. Мы поделили с Назаром квартиру и машину.

Дочка переживала поначалу, просилась к папе. Но потом Аня поняла, что папе больше интересна бабушка. Бывший муж перестал приходить к дочке, платил на нее символические алименты. И в итоге ребенок забыл о его существовании. А мне это даже на руку.