После провала сборной России, ведомой главным тренером Виктором Тихоновым на пражском чемпионате мира, 22 мая 1992 года, инициативная группа свергла со своего поста первого хоккейного президента новой России Владимира Леонова, занимавшего этот пост с середины ноября 1991 года. Есть версия, что окончательную точку в этом вопросе поставил Анатолий Тарасов, с чьим мнением никто не решился спорить. И, кажется, вся хоккейная общественность могла вздохнуть с облегчением. С изгнанием Леонова и с избранием на пост руководителя известного в прошлом хоккеиста Владимира Петрова ситуация должна была кардинально измениться. Однако с весны и до самого конца 1993 года российский хоккей погрузился в пучину нового, ещё более ожесточённого противостояния двух хоккейных организаций – ФХР (Федерация хоккея России) и МХЛ (Межнациональная хоккейная лига). Судя по газетным публикациям тех лет, между президентом ФХР Владимиром Петровым и президентом МХЛ Робертом Черенковым разразилась самая настоящая война, в которой, к слову, обе стороны в своих заявлениях нажимали на то, что руководствуются «исключительно интересами российского хоккея». 8 сентября представители 17 сильнейших российских клубов, вице-президенты Федерации хоккея России Юрий Королёв и Роберт Черенков, а также Федерация хоккея Москвы выступили с совместным заявлением о выходе из общественной организации, которая, по их словам, «лишь именует себя Федерацией хоккея России». А в ноябре, естественно, с подачи руководства МХЛ, возникла Ассоциация «Хоккей», но, как известно, двоевластие всегда хуже безвластия. На волне очередной делёжки полномочий хоккейная верхушка, похоже, даже не задавалась элементарным вопросом: кто теперь руководит нашим хоккеем, и кто отныне уполномочен представлять его на международной арене? Оставался открытым и вопрос выбора главного тренера национальной сборной…
Я довольно долго колебался, писать ли об истории с выборами тренеров сборных России, случившейся ещё летом 1992 года, или оставить свои записи в блокноте. Склонялся ко второму – думал, по неопытности наломал тогда дров новоиспечённый президент Федерации хоккея России. И так, наверное, и промолчал бы, не попадись мне в руки сборник, выпущенный к «Призу Известий – 92» под названием «Что нового, хоккей?» Сборник, скажу сразу, насыщен любопытной информацией. И не вина составителей, что вкралась в него одна, мягко говоря, неточность. Неточность, как раз и связанная с выборами тренеров сборной России. Начну с цитаты из беседы президента Федерации хоккея России Владимира Петрова с корреспондентом газеты Известия Андреем Петровым, задавшим вопрос, который не раз звучал за хоккейными кулисами: «Почти сразу же, придя к руководству федерации, Вы организовали выборы главного тренера сборной России. Однако не все знают, как они проходили, потому и вызвали определённые кривотолки». Несмотря на пространность ответа, приведу его полностью. «Сначала, - отвечал В.Петров, - напомню, что главным тренером национальной сборной России был выбран Борис Михайлов, а олимпийской – Виктор Тихонов. К слову, Виктор Васильевич вообще не выдвигал свою кандидатуру на пост руководителя первой сборной. Потом была создана специальная комиссия из хоккейных авторитетов, которая внимательно изучала каждую кандидатуру. Так что, несправедливы упрёки тех, кто утверждает, будто бы Петров назначил главным Бориса Михайлова и умышленно проигнорировал, скажем, Александра Якушева. Эти вопросы вообще были не в моей компетенции. Должен здесь заметить, что нам предстоит многое изменить в подходе к работе федерации. Другими должны стать принципы этой работы – демократичными, с учётом интересов самого хоккея и людей, непосредственно с ним связанных. Только так мы сможем сдвинуть дело с мёртвой точки». Впечатляющий ответ, не так ли?! Все атрибуты новых демократических подходов налицо: оказывается, была создана специальная комиссия… авторитеты внимательно изучали каждую кандидатуру… президент никого не назначал, поскольку – какое почтение к закону! – это не входило в его компетенцию. И всё же искушённого читателя, поднаторевшего в расшифровке «откровенных» речей, кое-что должно насторожить. Почему, скажем, Петров не назвал ни одного из членов высокоавторитетной комиссии? Отчего не упомянул, на основании каких аргументов была отклонена, например, кандидатура Якушева? Запамятовал или… Или не было ни комиссии авторитетов, ни изучения каждой из кандидатур.
Случилось так, что вскоре после чрезвычайной конференции Федерации хоккея России, на которой известный в прошлом хоккеист Владимир Петров был избран новым президентом, мне позвонили по телефону. Разговор был кратким: создаётся Совет хоккейных старейшин… если вы не возражаете, мы включаем вас в него… первое заседание через два дня… просьба быть обязательно. Признаюсь, предложение меня удивило – припомнить, когда прежде журналисту оказывалось такое доверие, не смог. И ещё больше удивился, приехав на совещание: подавляющее большинство «хоккейных авторитетов» составляли бывшие функционеры бывшего Управления хоккея Госкомспорта и ведомств, специалисты же – такие как заслуженный тренер Николай Эпштейн или Николай Карпов – находились в явном меньшинстве. На обсуждение и утверждение устава Совета старейшин ушли считанные минуты. В итоге было принято, что «решения Совета представляются в руководящие органы Федерации и имеют для них исключительно РЕКОМЕНДАТЕЛЬНЫЙ (выделено мною – Д.Р.) характер». Несколько «старейшин», правда, засомневались, а будет ли руководство ФХР прислушиваться к этим рекомендациям, однако Владимир Петров тут же развеял все сомнения, заявив о том, что первая его просьба к Совету — наиважнейшая и не терпит отлагательств: необходимо срочно подвести итоги конкурса на замещение вакантных должностей главных тренеров сборных (первой, олимпийской, молодежной и юношеских) России. Благо, первая из только что утвержденных основных функций Совета старейшин гласила: «обсуждение кандидатов на должности тренеров сборных команд России по хоккею и рекомендации по этому вопросу». Здесь необходимо одно отступление. Конкурсы на замещение должностей в самых различных учреждениях нашего государства были введены давно. И столь же давно, практически с момента их рождения, конкурсы эти являлись обыкновенной ширмой. Шла ли речь о младшем помощнике старшего дворника, или о заведующем лабораторией НИИ, или главном тренере сборной — все было предопределено заранее за кулисами. Так, например, решение о назначении главного тренера хоккейной сборной испокон веков принималось де-факто на Старой площади в ЦК КПСС, оформлялось де-юре на Лужнецкой набережной в здании Госкомспорта, а преподносилось болельщикам на страницах официальной печати, как итог демократичного обсуждения на Президиуме Федерации хоккея, а назначенный и становился, в случае неудач сборной, в глазах общественности козлом отпущения. К сожалению (или к счастью), для новых руководителей ФХР летом 1992 года уже не существовало ни ЦК КПСС, ни Госкомспорта. Не существовал даже Исполком ФХР — на майской конференции был избран только президент В.Петров и первый вице-президент Ю.Королев. Во всем мире наличие президента и вице-президента считается вполне достаточным, чтобы назначить главного тренера, приняв, естественно, на себя ответственность за выбор. Но это — во всем остальном мире. У нас же ответственность на себя принимать упорно никто не хотел. Тем более, когда в повестке значится замена Виктора Тихонова на посту главного тренера первой сборной. Не известно, в чью руководящую голову первой пришла эта мысль, но факт остается фактом — Совет старейшин был создан столь скоропалительно именно в качестве потенциального козла отпущения. Как и полагается, первым делом были обнародованы фамилии конкурсантов.
На то, чтобы возглавить первую сборную России претендовали Борис Михайлов, Петр Воробьев, Александр Якушев, Игорь Дмитриев (на следующем заседании выяснилось, что он даже не подавал документов на конкурс), Николай Карпов, Виталий Давыдов. Олимпийскую — Виктор Тихонов, Геннадий Цыгуров, Юрий Моисеев, а также уже упомянутые Якушев, Воробьев и Давыдов. Молодежную — Юрий Очнев, Владимир Голев, Валентин Егоров, Рафаил Ишматов, Валерий Чекалкин, Ян Каменецкий, Игорь Тузик, а также Юрий Моисеев и Виталий Давыдов. Претендентов на места еще в четырех (по возрастам) юниорских сборных перечислять нет смысла, поскольку сразу было заявлено, «этот список кандидатов следует подработать». Некоторые наивные ветераны поинтересовались, все ли конкурсанты подтвердили готовность работать освобожденными — а это было одним из условий объявленного ФХР конкурса — тренерами. В ответ присутствующим было объяснено, что после отъезда за рубеж таких тренеров, как Владимир Юрзинов, Борис Майоров, Владимир Васильев... у нас и так уже возник тренерский дефицит, а потому ФХР не имеет права оголять клубы. Совет старейшин удовлетворился объяснением, за что, кстати, Борис Михайлов, который вынужден был подбирать кандидатов в сборную с Востока практически вслепую, вправе бросить в Совет камень. Но некоторые ветераны, намеревавшиеся «внимательно изучить каждую кандидатуру» опять нарушили плавный ход совещания — они пожелали ознакомиться с программами конкурсантов, большинство из которых не только со сборной не работали, но и в клубах на первых ролях не слишком долго выступали. Президент парировал и этот выпад «наивняков»: мол, это люди все известные и вообще — пора голосовать. Впрочем, для двух лиц Петров все же сделал исключение: подчеркнул, что у Моисеева со здоровьем все в порядке, и довел до сведения, что президент НОК (Национальный Олимпийский Комитет) России Виталий Георгиевич Смирнов, который и субсидирует олимпийскую сборную, в личной беседе с ним, Петровым, сказал, что будь он среди выборщиков, то отдал бы свой голос Тихонову. Скажем прямо, многих такая «защита» со стороны Петрова покоробила. Как покоробила бы, без сомнения, и Тихонова с Моисеевым, присутствуй они там. Словом, Дмитриев, неожиданно для всех, оказался весьма прозорливым. Однако и после призыва президента Совет старейшин к голосованию не перешел. Поскольку наивный Николай Карпов, так и не понявший, что приглашен участвовать в фарсе, еще раз нарушил сценарий. «Кроме меня — сказал он — в Совете присутствуют только два тренера — Николай Эпштейн и Юрий Морозов. При всем уважении к тринадцати остальным я сомневаюсь, имеют ли моральное право журналист, врач, юрист (из представителей этих замечательных профессий и состоял тот самый Совет старейшин), функционер, игрок-ветеран оценивать профессиональные качества тренеров-конкурсантов?» И вновь я вынужден сделать отступление. Бесспорно, в словах Карпова логика была. И я, например, тоже считаю, что тренеров сборных должны избирать только клубные тренеры — уж кому как не им известны все профессиональные достоинства и недостатки претендентов. К тому же в отличие от функционеров тренеры клубов более независимы — можно привести пример, как в свое время тренерский Совет Федерации футбола СССР избрал «на сборную» незапланированного сверху тренера, и функционеры, то бишь Исполком, вынуждены были отменять это решение. Тот прецедент, видимо, учел новый президент ФХР. Учел и отдал право подведения итогов профессионального конкурса тренеров людям, хоть и посвятившим всю свою жизнь хоккею, но специализировавшимся в других областях, и, естественно, подверженным в подобной ситуации в первую очередь воздействию симпатий и антипатий. В том числе и ведомственных. Впрочем, я несколько забежал вперед. Парламентский запрос Карпова продолжения не имел — он так и повис в воздухе. И после некоторой паузы началось голосование. Скажем прямо, формальностей старейшины не придерживались — составляли «свои» списки на листках из блокнота по форме, никем не избранной счетной комиссии в лице президента ФХР. Однако итоги голосования в тот день подведены не были — оказалось, сроки подачи заявок на конкурс еще не истекли. Оставалось ждать еще неделю. Через неделю же пришлось голосовать заново — поскольку выяснилось, как уже было указано выше, что Дмитриев в конкурсе участвовать не собирался. Но в остальном на этот раз все шло гладко — уже все старейшины к тому времени от наивности избавились. Итоги голосования были подведены тут же. Борис Михайлов выиграл конкурс на должность главного тренера первой сборной (8 голосов), Александр Якушев остался вторым (5). Виктор Тихонов стал первым в «олимпийском конкурсе» (8), в котором Якушев вновь был вторым (4), а Юрий Моисеев (5) опередил Юрия Очнева (4) среди претендентов на руководство молодежной сборной. На следующий день итоги были обнародованы в печати, и Совет старейшин мог гордиться — его «рекомендации» были приняты руководством ФХР, а точнее ее президентом, без малейших изменений. Остается добавить, что никого на Совет старейшин больше не приглашали. Впрочем, по сведениям некоторых наивных «подельщиков» он, похоже, больше и не собирался. Мавр, получивший от президента Владимира Петрова лестный титул «специальной комиссии из хоккейных авторитетов, которая внимательно изучала каждую кандидатуру», сделал свое дело...
Дмитрий Рыжков
Продолжение следует...
Подписывайтесь на наш канал. Впереди Вас ждёт много интересного...