Тайный дом Андрея Макаревича в Подушкино
В деревне Подушкино, что в Московской области, среди аккуратных коттеджей и старых деревянных домиков, спряталась резиденция, о которой мало кто знает. Двухэтажный особняк, некогда сияющий новизной, теперь покрыт пылью и плесенью, но все еще принадлежит известному музыканту.
Он клялся, что в России у него не осталось ничего — ни друзей, ни недвижимости. Но, похоже, лукавил, оставив за собой тайный дом, за который до сих пор платит за охрану.
Покупка мечты в нулевых
В далеких 2000-х, когда песни «Машины времени» гремели на каждом углу, а жизнь казалась проще, Андрей Макаревич решил обзавестись загородным домом. Выбор пал на деревню Подушкино — место, где элитные коттеджи соседствуют с простыми деревенскими избами. Участок и дом он приобрел у своего старого приятеля, актера Леонида Ярмольника. Сделка была громкой: 1500 квадратных метров земли и просторный двухэтажный коттедж площадью свыше 300 квадратов — настоящий дворец для рок-звезды.
Макаревич с энтузиазмом взялся за ремонт. Он лично следил за тем, как рабочие красят стены, укладывают паркет и устанавливают огромные окна, похожие на иллюминаторы. «Будет мой маленький рай», — хвастался он друзьям, потирая руки. К 2008 году дом был готов: стильный, современный, с просторной верандой и мангалом во дворе, где можно было жарить шашлыки для всей группы. Соседи вспоминают, как он гордо показывал им свой новый «замок», обещая устраивать там творческие вечера. Но эти планы так и остались мечтами.
Заброшенный дворец
Прошло время, и Подушкино увидело Макаревича все реже. Последний раз его заметили в деревне шесть лет назад. Он приехал, прошелся по участку, погладил своих добродушных псов и уехал, оставив дом на попечение охранной фирмы. С тех пор коттедж стоит пустым, но, как выяснилось, все еще числится в собственности музыканта. Оценочная стоимость недвижимости сегодня — около 70 миллионов рублей, но выглядит она далеко не на миллионы.
Соседи, привыкшие к тишине на его участке, рассказывают, что дом начал ветшать. Плесень расползается по фасаду, некогда белые стены покрылись серыми пятнами, а клумбы, которые когда-то высаживала его третья жена Наталья, заросли сорняками. «Раньше там цветы были, розы, а теперь бурьян по пояс», — вздыхает соседка, живущая через дорогу. Уборщик, которого нанимает Макаревич, приезжает раз в месяц, но его усилий хватает только на то, чтобы смахнуть пыль с крыльца да подмести дорожку. Внутри дома, по словам тех, кто заглядывал в окна, царит запустение: паутина по углам, потускневший паркет и запах сырости.
Охрана за пять тысяч
Несмотря на заброшенность, Макаревич не бросает свой дом на произвол судьбы. Каждые месяц он платит охранной фирме около пяти тысяч рублей, чтобы те следили за коттеджем. На участке установлены камеры видеонаблюдения, а сигнализация срабатывает, если кто-то пытается проникнуть за забор. «Охрана приезжает, проверяет, все ли на месте, и уезжает, — рассказывает местный житель. — Но кому тут красть? Дом и так разваливается». Зачем музыкант продолжает тратиться на охрану пустующего особняка, остается загадкой. Может, надеется вернуться? Или просто не хочет расставаться с прошлым?
Соседи вспоминают, как Макаревич когда-то был душой компании в Подушкино. Он здоровался с каждым, гулял с собаками и даже спорил на собраниях жителей, ворча, что пруд в деревне слишком грязный. Но теперь его имя вызывает у местных только насмешки. «Говорил, что у него тут ничего нет, а сам за дом цепляется, как за старую гитару», — хмыкает один из соседей, показывая на заросший участок.
Плесень и пустые слова
Во всех интервью Макаревич уверял, что в России у него не осталось ничего: ни недвижимости, ни привязанностей. Он рассказывал, как переехал в другой коттеджный поселок на Новой Риге, в Павлово, где построил новый дом с тандыром и коптилкой. Но про Подушкино — ни слова. Почему он скрывает этот особняк, словно тайный клад? Может, это его запасной аэродром, который он держит на всякий случай? Или просто не хочет признавать, что его «маленький рай» превратился в пыльный склеп?
Соседи в Подушкино посмеиваются над этой историей. «Он там, за границей, песни поет, а тут его дом плесенью покрывается, — говорит пожилая женщина, поливая огород. — Зачем врать, что ничего не осталось? Все знают, что дом его». Действительно, особняк в Подушкино до сих пор оформлен на Макаревича, и никаких объявлений о продаже не появлялось. Охранники исправно делают обходы, а уборщик смахивает пыль, но дом продолжает ветшать, как старая декорация к забытому концерту.
Что дальше?
Пока Макаревич платит за охрану и уборку, его тайный дом в Подушкино стоит как немой укор его словам. Соседи гадают, вернется ли он когда-нибудь, чтобы вдохнуть жизнь в свое имение, или продолжит делать вид, что его здесь никогда не было. Плесень на стенах разрастается, сорняки захватывают участок, а камеры видеонаблюдения бесстрастно фиксируют пустоту.
*Иноагент