На заре 1990-х годов в Тольятти развернулась ожесточенная бандитская война за контроль над Волжским автомобильным заводом («АвтоВАЗ»). В это смутное время настоящим героем города стал майор милиции Дмитрий Огородников. Гроза местных преступных группировок, принципиальный сотрудник правопорядка, он не давал спуска участникам ОПГ, добывал эксклюзивную информацию об их деятельности и лично задерживал бандитов. Огородников пережил два покушения, но пули наемных убийц в итоге его настигли. Неподкупный тольяттинский «шериф» навсегда остался в истории того лихого времени
За свои 36 лет жизни майор Дмитрий Огородников, гроза тольяттинских бандитов, отмечал день рождения всего 9 раз. Причина в том, что он появился на свет в високосный 1964 год, 29 февраля. Гороскопы утверждают: рожденные в этот день наделены даром убеждения и лидерскими качествами. Огородников, или «Дима Огород», как звали его бандиты, полностью соответствовал этому описанию: он умел словом обезвредить правонарушителей, не теряя достоинства, и мечтал возглавить *МВД России*, чтобы искоренить преступность.
Воспитанный в обычной рабочей семье Куйбышева (с 1991 года — Самара), Дмитрий после школы с энтузиазмом отправился служить в армию. Рассказы о дедовщине его не пугали: к совершеннолетию он вырос почти до двух метров и дружил со спортом, запросто вздымая над головой тяжелые гири на глазах изумленных сверстников. В армии он сразу заслужил уважение командиров за исполнительность и быстроту решений. «Таких, как ты, в милиции не хватает», — часто говорили ему. Отпраздновав дембель, в 1984 году Дмитрий переехал в перспективный Тольятти и вступил в ряды правоохранительных органов.
Начинал он обычным конвойным в отдельном дивизионе городского УВД. Инициативного сотрудника быстро перевели в отдел по раскрытию убийств уголовного розыска ГУВД, где на протяжении пяти лет Дмитрий успешно раскрывал преступления одно за другим. Таланты Огородникова были замечены, и в 1989 году* он стал оперуполномоченным уголовного розыска Центрального РУВД.
Решив, что профильное образование необходимо, Огородников поступил в средне-специальную школу МВД РФ в Елабуге. Окончив ее в 1990-м, он поступил в Саратовскую высшую школу МВД РФ. Именно в этот период в Тольятти начали формироваться мощные ОПГ, главной целью которых стал завод «АвтоВАЗ».
13 марта 1993 года в лесополосе близ гостиницы «Жигули» участники двух враждующих группировок – шейкинской (главарь Константин Шейкин) и сиротенковской (предводитель Игорь Сиротенко, «Сирота») – устроили жестокую разборку, открыв огонь на поражение. Сотрудники гостиницы вызвали милицию. На место немедленно выехали четверо стражей порядка, включая Дмитрия Огородникова. Тогда в органах внутренних дел царил критический дефицит вооружения: из четверых оперативников пистолеты были только у двоих.
Окрик «Милиция! Всем стоять!» не остановил двух разъяренных шейкинских бандитов. Забыв о противнике, они ответили оперативникам шквалом огня. Понимая, что безоружные товарищи могут погибнуть, Огородников бросился в атаку. Его коллеги могли лишь наблюдать, как двухметровый гигант, ловко уворачиваясь от летящих пуль, шаг за шагом приближался к стрелкам и в итоге скрутил обоих. Ошеломленные таким «беспределом», остальные бандиты предпочли забыть о конфликте и скрыться.
Весь город мгновенно узнал о бесстрашном оперативнике. Узнали и бандиты. Особенно удивился Константин Шейкин: в обидчике своих подчиненных он узнал бывшего одноклассника, сослуживца и друга Димку. Их пути разошлись после армии: Шейкин выбрал «темную сторону» и стал приближенным известного тольяттинского авторитета Владимира Вдовина («Напарник»). Огородников оказался по другую сторону баррикад. Однако это не помешало бывшим приятелям однажды встретиться в местном кабаке и вспомнить былое. Естественно, Дмитрий не скрывал эту встречу от начальства. Но с тех пор руководство постоянно подозревало Огородникова в связях с криминалом.
Сам Дмитрий придерживался четкой позиции: общаться можно с кем угодно, но прогибаться – ни под кого. Коллег, поступавших иначе, он откровенно презирал. Посетители одного кафе вспоминали, как зашедший на обед майор заметил сотрудника СОБРа, охранявшего одного из местных «авторитетов». Это было характерным трендом начала 90-х: из-за катастрофической нехватки финансирования руководство УБОП создало коммерческое охранное агентство из опытных бойцов. Услуга стала востребованной в преступной среде: бандиты получили доступ к высококлассным телохранителям.
Дмитрий подошел к столику и, игнорируя презрительную гримасу бандита, спросил бойца: не стыдно ли марать честь мундира? Собровец ответил, что это приказ начальства, и выбора у него нет. Огородников парировал, что выбор есть всегда. Слово за слово – и между стражами порядка завязалась драка, из которой победителем вышел майор: уложенный на лопатки боец признал поражение. Опасаясь, что гневный милиционер обратит гнев и на него, бандит собрал свою свиту и покинул заведение. Огородников же спокойно сел за свободный столик и сделал заказ.
В 1994 году* последовало повышение: Огородникова назначили старшим уполномоченным по борьбе с оргпреступностью УВД Тольятти. Свою состоятельность он доказал незамедлительно. Вскоре через информаторов майор узнал: знакомый ему по стрельбе у «Жигулей» Игорь Сиротенко провернул масштабную аферу. Вместе с подконтрольными главами коммерческих автофирм он по поддельным банковским гарантиям вывел с территории «АвтоВАЗа» партию из **более 4000 автомобилей** на астрономическую по тем временам сумму – 15 миллионов долларов. Позже все «Жигули» были распроданы, а часть выручки – 5 миллионов долларов – присвоил директор сиротенковской фирмы «Шериф» Дмитрий Гребенюк, тут же отправившийся кутить в Москву. Ходили слухи, что это произошло с ведома самого «Сироты», который позже планировал приехать за своей долей.
В дело вмешался Огородников. Он привлек коллегу, не менее талантливого оперативника из межрайонного ОБОП Сергея Дичанкина (из-за лихости прозванного бандитами «Диким»), выбил у начальства командировку в столицу и вскоре вышел на след Гребенюка. Тот настолько обнаглел, что даже не скрывался, купив недвижимость на свое имя. Оперативники застали «предпринимателя» на его подмосковной даче, где хранились три чемодана, доверху набитые долларами. Увидев милиционеров, Гребенюк приуныл, но попытался договориться, суля огромные барыши. В ответ его быстро скрутили и заставили открыть тайник. Конфисковав «грязные» деньги, Огородников и Дичанкин повезли Гребенюка в Тольятти в обычном плацкартном вагоне. Когда Дмитрий вывалил содержимое чемоданов на стол начальника, тот не поверил в подлинность купюр, решив, что подчиненный его разыгрывает. Но присутствовавший Дичанкин подтвердил: деньги настоящие.
Сергея Дичанкина, которому прочили блестящее будущее, застрелили в подъезде его дома вечером 25 апреля 1995 года. Возвращаясь домой и поднимаясь по лестнице, он заметил мелькнувшую внизу тень. Оперативник опоздал на долю секунды: когда первая пуля угодила ему в живот, Дичанкин уже целился из табельного оружия и успел выпустить всю обойму, прежде чем потерял сознание. Прибывшие по вызову жильцов стражи порядка обнаружили на лестнице два трупа.
Заказчика убийства так и не установили. Основным подозреваемым был «Напарник», которому «Дикий» постоянно досаждал. Например, он повторно задержал Вдовина, когда тот, отсидев лишь две недели из четырех в изоляторе, вышел на свободу. Увидев вместо «братвы» встречавшего его Дичанкина с напарником, «Напарник» в грубой форме высказал все, что думает об операх. И угодил обратно за решетку на трое суток за оскорбление представителя власти. Доказать причастность авторитета к убийству не удалось.
Огородников тяжело переживал гибель товарища и всеми силами пытался вывести «Напарника» на чистую воду. В том же 1995 год между «напарниковскими» и их главными противниками – волговской ОПГ Дмитрия Рузляева («Дима Большой») – шла скрытая борьба за головной центр запчастей «АвтоВАЗа». Огородников взял в разработку приближенных к Вдовину бандитов из татарской группировки, особо активных в этом переделе и дерзко расстреливавших конкурентов на улицах. Вскоре он выяснил, что у подконтрольной татарам фирмы «Ялкын» есть нелегальный оружейный склад в черте города. На установление его адреса ушло около трех месяцев. В День защитника Отечества 1996 года стражи порядка провели успешный рейд. Были изъяты пистолеты Макарова, автоматы Heckler&Koch, «Вальтер» и другое оружие: киллеры татарской группировки не стеснялись в выборе инструментов. Благодаря стараниям Огородникова и его команды все ликвидаторы и директор «Ялкына» оказались на скамье подсудимых, получив длительные сроки.
Успех операции был омрачен первым покушением на Огородникова. Майор возвращался домой и в подъезде заметил подозрительного молодого человека, копошившегося в углу. Приблизившись, Дмитрий увидел у того в руках женский парик. Времени на раздумья не было – страж порядка мгновенно скрутил парня и при обыске нашел у него пистолет. Хотя задержанный ни в чем не признался, было очевидно: он пришел за Огородниковым, но не успел подготовиться к нападению.
В 1996 году майор приступил к новому заданию: поимке дерзких рязанских киллеров из «слоновской» ОПГ, которые в конце 1994-го* по приглашению «волговских» действовали в Тольятти. Тогда, несмотря на обилие целей, неудачливые ликвидаторы убили лишь телохранителя жены Вдовина и ни в чем не повинного механика завода, похожего на одного из «напарниковских». Когда рязанские коллеги обратились за помощью к тольяттинским милиционерам, Огородников уже возглавлял уголовный розыск городского УВД.
Дмитрий отправился в Рязань и сумел втереться в доверие к местным бандитам. Как ему это удалось – ведь Огородников был известен далеко за пределами Тольятти – история умалчивает. Но майор вышел на всю бригаду киллеров и задержал их поочередно. Затем он вычислил их «работодателей», среди которых оказались Рузляев и его «замы» – Владимир Пчелин и Евгений Совков («Совок»).
Огородникову довелось лично задержать «Диму Большого». Майор надеялся надолго упечь лидера ОПГ за решетку, но просчитался. Наемники из «слоновских» не дали следствию фактов, связывающих Рузляева с преступлениями. Лидера ОПГ пришлось отпустить. Пчелина, против которого были прямые улики, задержать не успели: бандит сбежал в Москву по поддельным документам и надолго залег на дно.
Хотя наказать всех фигурантов дела не удалось, банда «слонов» была обезврежена – во многом благодаря Дмитрию Огородникову. Прокурор Рязани и местное милицейское начальство восхищались талантом и феноменальной памятью оперативника, воспроизводившего мельчайшие детали преступлений. А вот его непосредственное руководство подвиг сотрудника не оценило. Вместо достойной награды Огородникову вручили дешевый фотоаппарат – «мыльницу». Он был задет, но виду не подал: «Я же не за награды работаю», – сказал он удивленным коллегам.
Неприязнь между Огородниковым и начальством была взаимной. Руководство не устраивал характер подчиненного: прямолинейный и бескомпромиссный, он высказывал все в лицо. Сам майор считал, что пассивность начальства мешает ему окончательно разгромить преступный «картель». Поэтому Дмитрий решил привлечь «четвертую власть», обратившись к основателю газеты «Тольяттинское обозрение» Валерию Иванову.
Тот был известен попытками «копать» под преступные группировки «АвтоВАЗа», но безуспешно – ценной информацией с ним никто не делился. На Иванова вышел Огородников. Майор рисковал, понимая, что за разглашение может потерять работу. Долго сомневался, но все же раскрыл владельцу газеты расклад криминальных сил в городе. Вышел номер «Тольяттинского обозрения» со статьей «Тачка цвета крови».
Для неподготовленного читателя материал стал бомбой: горожане передавали газету из рук в руки, как запрещенный «самиздат» в советские годы. Разгневанное милицейское начальство искало виновного в «сливе», бандиты грозились расправиться с автором (статья была подписана псевдонимом Гамлет Оганесьянц). Тогда все утихло, но окрыленный успехом Иванов продолжал свое дело. После очередного разоблачительного материала в конце апреля 2001 года его расстреляли во дворе собственного дома.
После рязанского дела над Огородниковым сгустились тучи. Майор привык к угрозам: бандиты понимали его опасность. Но убить его открыто означало навлечь на себя гнев его коллег. Поэтому враги пошли на хитрость: решили расправиться с ним, инсценировав ограбление.
В феврале 1997 года Дмитрий возвращался со службы на своем автомобиле. Из-за дорожной ситуации он сбросил скорость, и перед его «Жигулями» возник накачанный парень. Огородников резко затормозил. К машине подбежали еще двое, открыли дверь со стороны водителя и с фальшивой вежливостью предложили «одолжить» автомобиль. В руках одного из нападавших Огород заметил пистолет. Майор резко выскочил, сбил двоих с ног. Третий направил на него ствол, но Дмитрий опередил его, выстрелив в ногу из табельного оружия. Избив нападавших, Огородников затолкал их на заднее сиденье «Жигулей» и отвез в ближайшее отделение.
Тогда бандиты, отбросив маскировку, решили действовать наверняка. Киллеров подослали прямо к подъезду дома майора. Они пришли раньше него и даже посидели на лавочке во дворе. Их заметила жена Огородникова, Лариса.
«Я этих двух молодых людей видела, — рассказывала Лариса Огородникова в передаче «Конвейер смерти». — Они сидели около нашего подъезда на скамейке. Оба в темном, такие худощавые мальчики. Прошла мимо них, и у меня такая мысль промелькнула — это Димины киллеры, наверное»*.
Она не ошиблась. К приходу Огородникова наемники спрятались за деревьями во дворе и открыли огонь по ничего не подозревавшему майору. Серьезно раненный в грудь (пуля пробила легкое насквозь), страж порядка рухнул, но тут же начал отстреливаться. Возможно, он ранил одного из нападавших, что объясняет их поспешное бегство. С огромным трудом Огородников достал сотовый и вызвал «02». Прибывшие коллеги и скорая доставили истекающего кровью майора в больницу. Врачи не давали прогнозов из-за тяжести ранения, но богатырское здоровье Дмитрия победило: он выжил и пошел на поправку.
Следствие предположило, что покушение организовали «волговские» в отместку за задержание Рузляева. Однако выяснилось, что все дело рук бандита-одиночки Виктора Ковтуна («Рыжий»), не раз сталкивавшегося с принципиальным майором и чудом избегавшего тюрьмы. Особенно близко к сроку он оказался в конце 1996 года, убив наркодилера «Пирога». Огородников нашел доказательства причастности «Рыжего», но тот успел скрыться. Поскольку мозг бандита был разрушен героином, Ковтун решил устранить майора и нанял киллеров.
«Рыжего» и его подельника нашли 19 августа в доме на Молодежном бульваре. Хитрый преступник, бросив напарника, выскочил через черный ход и уехал на угнанной машине. Машину блокировали, но Ковтуну снова удалось скрыться, пробравшись на многолюдный рынок. Оперативники оттеснили его к выходу, где преступник открыл огонь. В перестрелке «Рыжий» был убит.
Огородников полностью восстановился после ранения и вернулся к работе. Он продолжал борьбу с бандитами, планировал поступить в аспирантуру, писать диссертацию по «слоновскому делу». Но всем планам помешал озлобленный бандит Евгений Совков («Совок»), тот самый, кто из-за расследования Огородникова был вынужден бежать в 1996 году.
Первое время в Москве «Совку» было не до мести: он обустраивался, перевез в столицу девушку. Но он продолжал следить за Огородниковым через доверенных лиц. Невероятная везучесть майора, пережившего несколько покушений, взбесила бандита, и он решил лично заняться его устранением, призвав на помощь свою команду киллеров. На дело были назначены трое. Один из них, Алексей Булаев – бывший водитель с тольяттинского полигона – обычно работал в паре с Сергеем Ивановым. Совков (любивший диснеевские мультики) называл их «уткороботами» за фанатичную преданность. Однако для ликвидации Огородникова в напарники Булаеву он определил бывшего афганца Александра Белянкина («Белый») и штатного киллера Александра Гаранина («Шрам»).
Проследив график жертвы, киллеры установили: каждый рабочий день около 12:00 Дмитрий ездит домой на обед. Атаковать решили в понедельник, 22 мая 2000 года.
Все шло по плану. Увидев, как Огородников сел в белую «девятку» и отъехал, Булаев и его подельники на старой «пятерке» последовали за ним. Ликвидаторы нагнали майора, когда тот выезжал на Южное шоссе.
«Где-то в районе улицы Степана Разина, они передернули затворы: один у автомата, другой у пистолета, — рассказывал на следственном эксперименте Алексей Булаев. — Я занял левый крайний ряд и выехал на полосу встречного движения…»
Прибавив газу, Булаев обогнал машину Огородникова, и убийцы, развернувшись, открыли шквальный огонь. В майора попало более 30 пуль. Шансов не было. Когда прибыли сотрудники ППС, киллеров уже и след простыл. Они загнали свой автомобиль в гаражный кооператив Тольятти, облили бензином, бросили внутри автомат и подожгли.
Это их не спасло. В 2001 году* Булаев и Гаранин получили пожизненные сроки. Такая же участь, вероятно, ждала бы Белянкина и самого Совкова, но они не дожили до задержания: «Совка» и его подругу убил их же киллер Андрей Милованов, а исчезнувший «Белый», по слухам, был ликвидирован старыми недругами.
Дмитрия Огородникова с почестями похоронили на Баныкинском кладбище. В отличие от вычурных памятников с пафосными эпитафиями, часто украшающих могилы «братков», на месте упокоения легендарного оперативника стоит скромный памятник. В мраморной вазе всегда свежие цветы: жена и две дочери Дмитрия помнят мужа и отца, отдавшего жизнь за свое призвание.
Друзья теперь наши статьи в телеграмм канале жми здесь
