[ СТРАХ ]
"Страх — самое древнее и сильное из человеческих чувств, а самый древний и самый сильный страх — страх неведомого" - Говард Филлипс Лавкрафт.
К нему и к его рассказам можно относится по разному. Расизм, картонные персонажи, шаблонные фразы, но всё это меркнет... меркнет перед его философией.
Лавкрафт это тёмное небо во время заката солнца модерна. Он резко отвергает бесчеловечный антропоцентризм, праведные войны и бездумное посвящение. Лавкрафт предостерегает нас в своих рассказах, говоря, что человечество не готово к тайнам мироздания. Они по его мнению станут для нас сущим кошмаром, который мы будем не в силах пережить.
Лавкрафт является отцом жанра ужасов. Им вдохновлялись при создании книг, фильмов и игр
Тему страха в то же самое время на другом конце света, в Германии затрагивает Освальд Шпенглер в своём главном труде Закат Европы. Он следует предшествующей традиции идеализма и во главу угла ставит душу. Какой-либо материализм и экономизм, продвигаемый коммунистами, жёстко им отвергаются.
Также как и Лавкрафт, Шпенглер пишет, что всякая душа испытывает страх, глубокий и неустранимый. Страх перед чуждым, перед ставшим, перед тленным. Этот страх рождает желание познать. Он либо ведёт либо привёл к пониманию, что вещь протяжённа, к пониманию, что становление суть приведение к ставшему.
[ СИМВОЛ ]
Во все времена без исключения душа из страха пыталась зафиксировать ту текучую, действительную череду случайностей, которую обычно называют временем. Душа всегда пыталась понимать время как судьбу, встроить случайность в некий образ, Бога, имя, сделав её каким-то символом.
Искусство потому существует везде, где есть душа; оно является постоянным результатом её деятельности . В нём как таковом нет ничего особенного.
По Шпенглеру в прочем для души нету никакой особой разницы кто ею обладает: отдельные индивиды или же общества, так как развитие души у всех всегда происходит примерно одинаково. К примеру, как подмечает Шпенглер, рисунки древних обществ так или иначе похожи на рисунки маленьких детей.
Детская душа переживает вещи. Она воспринимает их по большей части как становящиеся, действительные, притом единично и случайно. Создание образов носит стихийный и бесформенный характер. Оттого у детской души нет отчётливого понимания мира. Мысли о сложности вызывают чувство тоски. В настоящем ощущается исчезновение, в прошедшем лежит тленность. Глубокий страх, о котором было сказано ранее заставляет душу познавать и дальше. Душа взрослеет и делает ребёнка человеком.
[ ПРАСИМВОЛ ]
Взрослеющую душу страх приводит к пониманию протяжённости как таковой, которую Шпенглер называет прасимволом. Сами же символы теперь не стихийны и бесформенны, а строго явлены как выражение прасимвола. Всё к чему имел отношение прасимвол встраивается в единую структуру, которую Шпенглер называет культурой.
Человек для культуры такой же символ. Да, сам по себе человек случаен и неповторим, но ей собственно говоря безразлично кто конкретно станет символом и выполнит событие, предопределённое судьбой. Если бы Гёте умер в молодых годах «Фауст» бы существовал в ином виде, возможно не имея поэтической осязаемости.
Ошибочно думать, что культура - это какое-то общество со взрослой душой. Нет, она крупнее рас, народов, племён, государств и так далее. Всё к чему она прикоснётся, станет её частью. Много разных народов могут принадлежать к одной культуре, выражать её душу через свои верования, искусство, языки и прочее.
Всё это формы существования культуры, которые составляют язык, выводимый из прасимвола.
Но он сам не осуществим и не доступен определению. Прасимвол присутствует в форме государственного устройства, религии, музыке, стихах, картинах, архитектуре и так далее. Его нельзя адекватно описать словами, так как сами слова суть производные из него.
Сам же прасимвол выражает чёткие, а не стихийные представления о судьбе и её конце.
Человек - единственное существо, знающее о смерти. Для всех остальных жизнь протекает без представления о её границах. Таков маленький ребёнок. Только смерть близкого родственника в таком возрасте способна сделать его человеком.
Именно здесь таится источник каждой философии и религии: мысли о конце.
Культ мёртвых, то бишь форма погребения, украшения гроба и так далее в каждой культуре особенный. Новая идея о смерти означает пробуждение новой культуры.
[ СМЫСЛЫ ]
У людей присутствует предубеждение касаемо смерти. Многие думают, конечность уничтожает смысл жизни. Стандартная фраза, с которой я регулярно встречался - это «Зачем жить, если мы умрём». Я же отвечаю: затем и жить, что мы умрём. Да, смерть обессмысливает сиюминутное удовольствие, разрушает телесное и чувственное. Но тем самым она даёт осознать ограниченность жизни. Осознание смерти, а равно и жизни должно вырвать человека из пучин инфантильности. Религии, оттягивающие конец, перекладывающие столкновение с ничто на Бога делают человека безответственной пустышкой.
Только осознание наступающей смерти сподвигало людей творить высокие смыслы и вершить великие дела, получая славу и признание остальных на долгие века.
[ ЗАКЛЮЧЕНИЕ ]
Шпенглер и Лавкрафт жили в одно время, но в разных местах. Первый родился в 1880 в Германии и умер в 1936. Второй же родился в 1890 в США и умер в 1937. Они оба видели упадок западной культуры, оба хотели сохранить то малое, что у нас есть, оба выступали против массовых войн. В конечном счёте они красной нитью по всем своим произведениям проводили мысль о страхе, страхе перед чуждым. Один писал о том, что страх чуждого приводит к его познанию, собственному исчерпанию в этом познании и медленной духовной смерти, окостенению, слиянию с застывшей природой. Другой же говорил об ужасах этой природы, которые сведут нас с ума.
Я же скажу: бойтесь... бойтесь смерти и творите великие смыслы