В нулевые в Перми действовала компания, производившая вещество, из которого впоследствии производили наркотики. Небольшой, но высокопроизводительный заводик с Урала снабжал сырьём нарколаборатории Европы на протяжении многих лет — причём его основатель утверждал, что «крышевали» предприятие силовики, которые сперва сделали его монополистом, а потом с помпой «накрыли» преступную сеть. Сам мужчина (блистательный химик с регалиями) сбежал из страны, а вот его сын, замешанный в поставках сырья, получил внушительный срок. Подробнее о международной криминальной истории — в материале АиФ-Пермь.
Международный наркосиндикат из Перми
История, в кратком пересказе поразительно напоминающая американский сериал «Во все тяжкие», началась ещё в 90-е, когда Павел Кудрявцев — талантливый химик и начинающий бизнесмен — создал компанию, которую впоследствии зарегистрировал как ООО «Научно-производственное предприятие “Тривектр”». Она занималась синтезом самых разных химических веществ, имела многочисленные госконтракты (в том числе выполняло и Гособоронзаказ), а сам Кудрявцев даже какое-то время возглавлял Торгово-промышленную палату Прикамья.
Среди соединений, производством которых занимался «Тривектр», был 1-фенил-2-пропанон — или бензилметинкетон, это название обычно сокращают как БМК. В 2010 году это вещество запретили к обороту на территории России: дело в том, что оно может использоваться как прекурсор (то есть сырьё) для производства наркотиков — амфетамина. И именно так использовался БМК, производимый компанией Павла Кудрявцева.
Именно расследование деятельности пермского ООО в конечном счёте позволило раскрыть международную (речь идёт не только о Белоруссии и Армении, но и о Литве, Эстонии, Латвии, Польше, Нидерландах, Норвегии и Германии) преступную наркогруппировку — так, во всяком случае, формулировал ТАСС, рассказывая о приговоре двум её участникам в 2016 году. Тогда на скамье подсудимых оказался исполнительный директор «Тривектра» Илья Кудрявцев, старший сын Павла Кудрявцева, и ведущий химик предприятия Александр Недугов, отвечавший, по версии следствия, за производство запрещённого вещества.
Сам основатель компании, конечно, тоже был обвиняемым — но на скамью подсудимых так и не попал. Павел Кудрявцев вместе с женой и младшим сыном Николаем (тоже химиком, кстати) уехал в Израиль. Впрочем, несмотря на его международный розыск, он вовсе не «исчез с радаров», а продолжил не только вести научную работу, но и давать комментарии о своём уголовном преследовании для российских СМИ. И история в его изложении звучит совсем не так, как в решении суда.
«Крыша» наркоконтроля?
Через пару дней после того, как Павла Кудрявцева приговорили к 17 годам лишения свободы за производство БМК для транснациональной преступной группировки, его отец — уже из Израиля — дал небольшое телефонное интервью КП-Пермь.
Химик утверждал, что вся деятельность «Тривектра» по производству БМК целиком и полностью контролировалась ФСКН — Федеральной службой Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков, упразднённой в 2016 году (буквально за пару месяцев до приговора Кудрявцеву-младшему). Якобы именно силовики указывали, кому и когда продавать прекурсор — причём клиентами были только российские юрлица, а вырученные деньги он «авоськами таскал в ФСКН».
Более того, ещё в 2013 году Павел Кудрявцев в разговоре с «МК» настаивал, что сотрудники наркоконтроля намеренно сделали его предприятие монополистом — единственным производителем БМК в стране — чтобы отслеживать распространение прекурсора до нарколабораторий. По его словам, на встречи с покупателями он приходил с ног до голову обвешанный «прослушкой», а оперативники ФСКН устанавливали отслеживающие GPS-маячки в бочки с БМК, пока клиент ждал отгрузки.
Интересно, что директор «Тривектра» даже получил почётную грамоту от ФСКН — за содействие в борьбе с наркопреступностью. То же самое ведомство впоследствии до своей ликвидации успело раскрыть транснациональную наркогруппировку, производившую амфетамин из сырья, поставляемого компанией Кудрявцева. По данным «Ъ», пермский БМК отличала уникальная чистота — около 99% — так что отследить цепочку не составляло труда.
По версии следствия (в изложении «Ъ»), когда стало ясно, что основной продукт компании — то есть тот самый БМК — вот-вот запретят в России, Павел и Илья Кудрявцевы решили организовать его производство на территории Армении. Дело о поставках прекурсора в эту страну возбудили в 2014 году — к этому моменту основатель «Тривектра» уже покинул Россию, а его сын уже был осуждён на три года лишении свободы за мошенничество из-за пропажи двух тонн прекурсора (они парадоксальным образом были оставлены ему на ответственное хранение как улика по другому уголовному делу).
9 лет спустя
Как отмечало издание «КП-Пермь», ещё во время расследования дела «Тривектра» в отставку ушли несколько высокопоставленных сотрудников регионального управления ФСКН, включая его руководителя Юрия Ганьжина, а также были уволены двое сотрудников краевого ФСБ. По словам самого Павла Кудрявцева, эфэсбэшников обвинили в том, что они якобы получили от него взятку за освобождение сына из СИЗО.
Сам Кудрявцев-младший освободился из колонии строгого режима в 2022 году. По данным РБК-Пермь, неотбытый срок (8 лет 2 месяца и 8 дней) ему заменили на принудительные работы. По информации АиФ-Пермь, он переехал в Москву.
Павел Кудрявцев после отъезда из России стал шеф-редактором израильского журнала Scientific Israel — Technological Advantages, опубликовал несколько научных работ (некоторые — в соавторстве с сыном Николаем). По данным АиФ-Пермь, несмотря на признание банкротом в 2013 году, он вплоть до 2025 года судился департаментом земельных отношений администрации Перми из-за нескольких миллионов рублей, которые он решению суда оказался должен городу за пользование земельным участком — там располагалось его химическое производство.
По подсчётам следствия, благодаря произведённому на пермском предприятии прекурсору интернациональная наркомафия обогатилась на 54 миллиарда евро.
Автор: Александр Пастухов