Сибирские татары — одна из самых жарких тем, которые сегодня обсуждаются в Тюменской области. Это наименее многочисленный в регионе тюркский народ, однако он уже успел укорениться.
Сибирские татары — одна из самых жарких тем, которые сегодня обсуждаются в Тюменской области. Это наименее многочисленный в регионе тюркский народ, однако он уже успел укорениться. В таких условиях буквально все превращается в площадку боя за идентичность — история, религия, имена и даже памятники. Разберемся, с какой целью и кто пытается переписать историю татар в Тюмени?
Недавно вокруг желания установить памятник Сузге разгорелся настоящий скандал. Он не только подсветил пробелы в памяти общества, но и продемонстрировал: определенная часть общества в своем прошлом, оказывается, не вполне уверена. Татары в Тюмени нередко формируют собственную идентичность, опираясь на мифы, которые, в свою очередь, основываются на влиянии извне — в частности, через Всемирную ассоциацию тюркской культуры (ТЮРКСОЙ). Ее влияние конкретно в Сибири проявляет себя через активистов, которые принимают участие в форумах в зарубежных странах. А еще — через поддержку, которую получают культурные проекты. И через интеграцию, пусть пока и символическую, в так называемое «тюркское пространство». Впрочем, в регионе татары свою историческую идентичность создавали вне этой концепции, и сближение по такому принципу становится предметом споров.
Кому нужна память
Можно обратиться к историческим источникам, однако их нет. Поэтому обратимся к легенде. Итак, Сузге Ханым — дочь Шигая. Кучум в честь свадьбы преподнес ей презент — небольшой город возле Искер, столицы. Он попал в осаду в XVI столетии, во время сибирского похода атамана Ермака. Чтобы не попадать в плен к казакам, Сузге Ханым убила себя ножом в сердце. То есть, сюжет вполне распространенный, и что-то подобное можно найти практически в каждом эпосе.
Однако именно Сузге Ханым, о которой даже точно не известно, существовала ли она вообще, решили поставить памятник. И с этой инициативой выступили тобольские активисты под предводительством главы региональной общественной организации «Наследие» Луизы Шамсутдиновой.
Власти, впрочем, к этой инициативе отнеслись без энтузиазма, и памятник установить не разрешили. Издание «Наш город» направило в региональное правительство запрос и получило ответ, в котором указано: документов по поводу памятника от Луизы Шамсутдиновой никто не получал.
Сама Шамсутдинова довольно известна и в Тюменской области, и особенно в Тобольске. Она добивается, чтобы сибирских татар признали коренным населением области и активно продвигает идею, согласно которой нужно восстановить память о хане Кучуме. Инициативы активистки часто вызывают общественный резонанс. К примеру, пять лет назад она протестовала против памятного креста Ермаку и заявляла, что авторы этой инициативы ни много, ни мало занимаются разжиганием межнациональной розни.
Власти Тюмени были вынуждены были провести проверку активности Шамсутдиновой, а на просьбы о финансировании ее проектов ответили отказом. Как рассказал Владислав Чернов, председатель регионального комитета по делам национальностей, в беседе с корреспондентом URA.RU, активистка на научно-практические конференции приглашала даже тех татар, у которых было явно экстремистское мировоззрение. Чернов тогда заявил, что проекты, нацеленные против дружбы между людьми разных национальностей, получать поддержку не будут.
По словам Александра Безделова, политолога, уже несколько десятилетий в Тюменской области действует паритет. Согласно ему не устанавливаются памятники ни Кучуму, ни Ермаку. Как отмечает эксперт, такое решение приняли, чтобы не давать почву для явно искусственных противоречий между народами. А появление самой темы монумента представителю династии Кучума, считает Безделов, может осложнить взаимоотношения.
Историки предполагают, что «оккупантом» Сибири был вовсе не Ермак, в чем убеждены активисты движения «Наследие», а как раз хан Кучум. Он с юга пришел в Сибирь, заручившись поддержкой Бухарского ханства. Егор Холмогоров, историк и публицист, считает: общественную активность в регионе полностью заблокировала «маленькая агрессивная группа», которая добивается установки памятника супруге Кучума.
По мнению Холмогорова, целесообразнее звучало бы предложение поставить памятник Едигею. После того, как с подачи Кучума было отторгнуто Сибирское ханство, именно Ермак воссоединил Сибирь и Россию. Историк убежден: происходит подготовка почвы для отчуждения Сибири и России. Русским людям, говорит он, фактически навязывают мысль: «вы тут чужие». И в рамках правового поля, подчеркивает Холмогоров, это необходимо пресекать.
История с новыми подробностями
Тюменская область находится на территории Сибирского ханства. И на протяжении всей истории это место считалось нестабильным и полиэтничным. В XVI столетии Едигер, татарский князь, заключил союз с московским царем — точно так же, как в свое время поступили башкиры. Условием союза был обмен: автономия на поддержку. Позднее власть перешла выходцу из династии Шибанидов хану Кучуму. Едигер был им убит, затем началась война с Москвой, а население хан насильно обратил в ислам.
Сегодня в Тюмени это часто называют «героическим сопротивлением». Историки же считают иначе и называют его так, борьба элиты, которая появилась на территориях извне. Получается, что татарские активисты в Тюмени себя отождествляют вовсе не с союзниками России, а с захватчиками, точнее — их потомками. Так что любые инициативы, которые связаны с семьей Кучума или с ним самим, вызывают протест и среди историков, и среди общества.
Откуда влияние?
Вадим Трухачев, политолог, отмечает: движение за «национальное пробуждение» тюменских татар нередко берет начало извне. И стоит за ним, подчеркивает историк, Турция. В некоторых странах мира она продвигает идеи пантюркизма, и теперь она «работает» и с российскими регионами.
В издании Inkazan публиковалось исследование, и в нем подробно описывалось, к чему потенциально может привести усиление влияние в Татарстане Турции. В статье отмечается: многие республиканские религиозные деятели обучались в Турции, а в Россию возвращались уже «агентами влияния». Последствия такого «образования» разгребать приходится до сих пор. Трухачев напоминает: стоит вспомнить, как вело свою работу Духовное управление мусульман (ДУМ) России. Сейчас это едва ли не главная общественная организация в России, которая занимается продвижением исламистских нарративов. К примеру, глава управления Равиль Гайнутдин свое духовное образование получил именно в Стамбуле. Открываются татаро-турецкие лицеи, в которых преподают турки, а выпускникам таких заведений предлагают продолжать получать образование в Турции, то есть, перенимать местные культурные ценности. Турция, как отмечается в статье, смотрит на перспективу. Если в России политическая ситуация начнет дестабилизироваться, то будет возможность оказывать на население воздействие для продвижения территориальной экспансии.
Как ведет свою работу Турция? В том числе, через ТЮРКСОЙ — эта организация своих «наблюдателей» заявляет в некоторые регионы России. Например, в Башкортостан, Татарстан, в Хакасию и в Туву, в Якутию и на Алтай. В ответ на запрос издания «Проспект Мира» в пресс-службе хакасского правительства сообщили: республика не состоит в организации, членские взносы не платит. То же самое ответили и в администрации Татарстана в ответ на запрос от журналистов Inkazan. Что выходит? Сами регионы отрицают свое членство в ТЮРКСОЙ, однако организация настаивает, что они в ней состоят.
Влияние Татарстана на территории Тюменской области велико. И именно казанские специалисты особенно активно занимаются продвижением идеи о некой единой татарской нации, причем от Сибири до Волги. И неважно, что культурно и лингвистически сибирские татары ближе не к Казани, а к Западной Сибири и ее тюркским народам. Все чаще на тюменских конференциях можно увидеть казанских академиков и услышать их идеи об «общетатарском культурном пространстве».
По мнению Трухачева, Турция может и прямо влиять на активистов из Тюмени. Он предполагает, что в этом принимает участие и Британия, причем, не без участия татарских элит — в первую очередь через НКО, от которых тобольские активисты получают средства. В руководстве Татарстана многие политики еще с 90-х годов тесно связаны с турками. Переписыванием истории занимаются и в Казани — разумеется, с антироссийским уклоном. Однако, считает Трухачев, в Тобольске и Тюмени турки работают именно напрямую. В беседе с изданием «Наш город» эксперт отметил, что Кучумом занимается пусть и небольшая, но достаточно активная группа, состоящая из «общественников». И она очевидно тесно связана с внешними центрами силами.
Резонансные дела, такие, как монумент Сузге Ханым — только маркеры, указывающие на историческую и социальную путаницу, достаточно серьезную. Не имея исторической экспертизы, без конкретного диалога о прошлом очень просто попасть в сети мифов и спекуляций. А татар Тюмени, очевидно, уже пробуют поставить перед выбором — или вернуть связь с настоящей историей, или отказаться в пользу мифов от корней. А мифы эти основаны на идеологической сепаратистской платформе, а также на том, что транслируют внешние политические центры.