Каждое лето мы с друзьями уезжали из шумного города в глухую деревню, где, казалось, время останавливалось. Мы — это я, Леня, которого за глаза все называли МММ, Сашка и Лина. Четверо подростков, которые вечно искали себе приключений на голову. И, кажется, эти самые приключения нас находили сами. Тогда нам казалось, что мы — исследователи тайн, охотники за легендами. Одним из таких наших «исследований» стал заброшенный дом на окраине деревни.
Дом стоял на отшибе, одинокий и полуразрушенный. Его давно никто не посещал, а окна были заколочены изнутри. Местные поговаривали, что хозяин дома, некто Александр Анатольевич, уехал после того, как нашёл в подполе странные кости. Некоторые говорили — человеческие. Милиция тогда не приезжала, дело ничем не закончилось, но семья спешно съехала, и с тех пор в доме будто бы поселилось нечто.
Нам было интересно. В одно лето мы решили: пора проверить эту байку на прочность. Взяли с собой фонари, немного еды, даже попкорн — МММ настоял, что, мол, если призраков не будет, хоть перекусим. Сказали родителям, что остаёмся у Сашки на ночёвку — его родители как раз уехали — и отправились в дом.
Путь туда был коротким, но по мере приближения к дому нас окутывало странное ощущение. Не страх, нет. Что-то более вязкое, липкое — как будто невидимая тень обвивалась вокруг нас. Мы открыли входную дверь. Та скрипела так, словно вопила от боли. Внутри — пыль, паутина, старая мебель. Мы расчистили один угол и устроились поудобнее. Болтали, шутили, хрустели бутербродами. Смеялись. До полуночи.
Ровно в 00:15, когда мы уже начали зевать и размышлять, стоит ли ждать чего-то вообще, из подвала раздалось странное поскребывание. Скреб-скреб, словно кто-то длинными ногтями водил по внутренней стороне крышки люка. Все замолчали. Мы переглянулись. Кто-то нервно сглотнул. Первый порыв был — рассмеяться. Но звук повторился, на этот раз чуть громче, чуть ближе. Мы напряглись. Страх еще не окутал разум, но где-то на его пороге уже стоял.
После бурных споров и подсчёта шансов на выживание мы пошли к подвалу. Все вместе. Я взял нож — как будто он поможет от призраков. Сашка — железяку, найденную в пыли. МММ светил мощным фонарем, а Лина шла за нами. Подойдя к люку, мы прислушались. Тишина. Тогда Саня резко дёрнул люк, и фонарь осветил подвал. Пусто. Ни души. Мы облегчённо выдохнули. МММ показал на замок, который, покачиваясь, издавал тот самый звук. Смех снял напряжение, и мы пошли обратно.
Но когда вернулись в комнату… всё было перевёрнуто. Бутерброды раскиданы, фонари валяются кто где, один вообще лежит на столе. А ведь мы все выходили вместе. Скрип входной двери мы бы точно услышали — он был слышен на полдеревни.
С этого момента страх стал настоящим. Лина села первая, обняв колени. Мы — рядом. Договорились: что бы ни произошло, не разделяться и не ходить по дому. Вдруг, в соседней комнате — скрип стула. Кто-то, казалось, отодвинул его, чтобы сесть. За этим последовал глухой хлопок, будто закрылась дверца шкафа. Мы сидели, затаив дыхание. Потом — ощущение холода. Будто зима ворвалась в дом посреди лета.
Решили уходить. Когда подошли к выходу, услышали чьи-то шаги. Не просто шаги — шорох, будто кто-то передвигается на локтях или четвереньках. Мы замерли. Я прижался к двери из комнаты. За спиной — тяжёлое дыхание, как будто кто-то стоит с другой стороны и ждёт. Дверная ручка повернулась...
Мы сорвались с места и бросились к окну. Прыгнули, не глядя. Порезы, ссадины, сбитые колени — ерунда по сравнению с тем, что мы могли бы увидеть.
Ночь мы провели у Сашки, прижавшись друг к другу, лишь под утро смогли уснуть. А днём вернулись к дому. Открыли дверь — на пыльном полу рядом с нашими следами были другие. Как будто кто-то полз от двери к комнате. А потом — к погребу. Но люк, который накануне открывался легко, теперь был будто влит в пол. Не поддавался. Ни вдвоём, ни втроём.
Что это было — мы так и не знаем. Больше мы туда не ходили. Да и рассказывать особо не стали — кто поверит? Но мы помним, каково это — столкнуться с чем-то, что не объяснить. И до сих пор, проходя мимо этого дома, мы ускоряем шаг. А глаза сами ищут в окнах движение.