Автор текста ШИВ@. Начало тут:
С утра позвонили из гольф клуба и попросили срочно приехать. Договорились о том, что Быков поедет в «Свежий ветер», а Михаил поговорит в больнице с Глуховым.
Евгений Александрович лежал в закрытом корпусе Военной Академии. Тепляков порадовался, что Илья не пошел с ним, пропуск был оформлен только на одного человека. Старший следователь прошёл в здание и попал в совершенно обычную палату.
Мужчина в возрасте с приятными чертами лица, немного полноватый, встретил старшего следователя вполне радушно.
- Здравствуйте Михаил, мне сообщили что Вы придете.
Тепляков кивнул и присел на стул у кровати.
- Как Ваше самочувствие? – поинтересовался молодой человек.
- Спасибо всё хорошо, задеты только мягкие ткани, врач сказал, что, по сути, это просто царапина. Знаете, за почти пятнадцать лет работы в совете директоров на меня несколько раз покушались, но Бог миловал. Теперь вот, кому-то удалось - он нахмурил брови и пристально посмотрел на старшего следователя - это очень неприятное чувство.
Глухов задумчиво уставился в одну точку.
- Могу представить, что сейчас происходит в гольф клубе «Fresh Wind». Безопасность клиентов, это очень серьезно. Коля Лисицын, наверное, в шоке, мы знакомы очень давно.
- Верно.
Тепляков видел перед собой очень воспитанного и умного человека.
- У Вас нет предположений, почему это произошло?
- Нет… - Глухов серьезно посмотрел на Михаила - из последних инцидентов, самым неприятным, пожалуй, был разговор на повышенных тонах с Паутовым. Иногда он жульничает, когда играет.
Старший следователь не стал комментировать.
- Вообще-то, Эдуард хороший игрок - продолжил Глухов - выдержанный, вдумчивый, и очень правильный, но иногда на него находит. Не знаю, что это.
- Я тоже заметил, мы с ним играли.
- Неужели и что он сделал, расскажите.
Они проговорили еще с полчаса, и Михаил вернулся в Отдел.
Посреди тренировочной площадки стоял здоровенный детина с живописной бородой и орал что есть мочи на бесцветного и абсолютно спокойного Паутова.
Быков выбрался из кара, и посмотрел на обоих спорщиков.
- Что происходит?
- Это недопустимо - кричал бородатый - по правилам гольф клуба этот человек должен быть немедленно отчислен, он мухлюет. Рядом стояли два кедди и ждали, пока гольфисты вдоволь наорутся. Проезжающие на карах немногочисленные посетители с тревогой косились на обоих. В таком месте подобные сцены были непостижимы и невозможны.
Лисицын, вместе с которым приехал Быков, со всей силы вцепился в руку следователя.
- Это уже длиться пару часов. Мне позвонил Юрий.
Он поволок Быкова к ругающимся гольфистам. Илья еще издалека приметил Паутова, вторым был Иван Прокопьевич Телегин, гениальный как говорили в узких кругах художник-авангардист.
- Иван, я еще раз повторяю, я не двигал мяч, а если вам что-то не нравиться мы можем закончить партию.
Паутов выглядел сонно, кажется его совершенно не трогали крики Телегина.
Иван Прокопьевич сделал удар, и все четверо переместились на место около лунки. Лисицын нервно дернул Илью за рукав.
- И что я по-вашему должен сделать? - спросил следователь - достать табельное оружие и арестовать Паутова. Я-то с удовольствием - Быков не скрывал своей неприязни к Эдуарду - но что мы ему предъявим? Тут даже хулиганку не пришьешь.
Лисицын плаксиво нахмурился.
- Николай Данилович, а кто у вас в гольф клубе имеет право на ношение оружия? - спросил Илья.
- Только частная охрана, Вы их видели на входе - не на секунду не задумываясь бросил владелец гольф клуба.
Увидев рядом зрителей, Телегин театрально выкрикнул:
- Это просто невозможно - он бросил клюшку на газон и поспешил к Николаю Даниловичу.
- Я прошу это зафиксировать. Нарушение правил. Просто немыслимо.
После этих слов он устремился к кару, вслед за ним бежал расстроенный кедди. Паутов проводил художника скучающим взглядом. Лисицын занервничал, Эдуард Валентович был серьёзным клиентом. Быков разрешил ситуацию.
- Поговорите с Паутовым, а я успокою Телегина - проговорил он и направился вслед за обиженным гольфистом.
Они сидели в баре. Цены тут были аховые, а Телегин пил уже третий стакан виски, и судя по всему, за счёт Ильи.
- Господин следователь, спрашивайте, только быстрее пожалуйста, у меня много дел - он одним глотком влил в себя содержимое и постучал донышком о стойку.
Илья нервно дернулся, а потом решил плюнуть на все беспокойства.
- Вы же не работаете, Иван Трофимович? – нагло заявил Быков - и торопитесь сейчас кажется явно не туда.
Он прикрыл ладонью стакан Телегина и отрицательно замотал головой бармену.
- Я художник, и у меня ненормированный рабочий день.
- Объясните, что сейчас произошло? - спросил Быков.
- Я бы сказал, что Эдуард переступил некоторые границы, которые в нашем обществе не приняты.
Художник выделил фразу «в нашем» и по тому, как он ее сказал, Быков понял, что он как раз к этому обществу, не относится.
- Можно попонятнее, я в гольфе ничего не понимаю.
- Он грязно играет. Вы знаете - в голосе художника чувствовалась уже некая алкогольная расслабленность - мне Камалов две недели назад жаловался, потом говорят Глухов…
Телегин пораженно замер.
- Неужели... - шепотом проговорил он.
Быков смотрел на удивленное лицо художника.
- Это он, я понял.
Было видно, как в мозгу у Ивана Прокопьевича, идет активная деятельность. Он трудно думал.
- Я следующий - внезапно выпалил он и стал быстро собираться – простите, мне правда, уже пора - он заторопился к выходу.
По пути он встретил седовласого невысокого мужчину и перекинулся с ним парой слов.
У незнакомца удивленно вытянулось лицо, и он проводил испуганным взглядом, почти бегущего, прочь Телегина.
Продолжение тут: ========== Глава 8 ==========