Когда-то он боготворил её до мурашек. Теперь же каждый его комментарий — как укол. История отношений музыкального критика Сергея Соседова и Примадонны российской эстрады Аллы Пугачёвой — словно трагикомедия на фоне перемен в отечественном шоу-бизнесе.
Что же случилось с этим фанатским обожанием, которое в итоге трансформировалось в почти навязчивое осуждение?
Музыка спасла от одиночества
Сергей Соседов — человек яркий, эксцентричный и, что уж скрывать, по-своему ранимый. В детстве, по его словам, он чувствовал себя чужим: слишком «не такой» для советской реальности. Ни спортивного задора, ни типично «мальчиковых» интересов — только музыка, книги и бесконечные размышления. Его голос, походка и манеры стали поводом для насмешек сверстников, а спасением — мелодии Чайковского и… песни юной Аллы Пугачёвой.
Именно «Арлекино» стала для Соседова тем рубежом, после которого эстрада больше не казалась пустой и поверхностной. Алла была для него воплощением артистки с большой буквы — эмоциональной, непредсказуемой, сильной. Настоящая дива. И он, как мог, подражал ей, в том числе в стремлении к сцене — только в роли критика.
Критик с лицом провокатора
Сергей ворвался в шоу-бизнес в 1990-е, когда на ТВ еще позволяли говорить то, о чём сейчас даже анонимные блогеры боятся шептать. Передача «Акулы пера» стала его взлётной площадкой: он громил артистов, не жалея слов. Кто-то считал его хамом, кто-то — пророком. Но равнодушных не было.
Он проходился по Кормильцеву, Салтыковой, рокерам, поп-звёздам и даже мэтрам. И только одну фигуру он всегда ставил выше остальных — Пугачёву. Она была для него не просто певицей, а символом эпохи, эталоном вкуса и таланта. В эфирах «Х-фактора» он вручал её песни участникам как золотой стандарт. Её хитами он восторгался почти по-детски. До поры до времени.
Что пошло не так?
Первые нотки раздражения в голосе Соседова прозвучали примерно в 2013 году. Всё началось с безобидной критики: мол, Примадонна почти не выступает, а зрители скучают. Потом пошло по нарастающей. Он начал намекать, что её слава — вовсе не плод гения, а результат удачного пиара и брака с режиссёром Александром Стефановичем. Мол, без него Пугачёва бы так и осталась в ряду многих талантливых, но незаметных артисток.
Потом Соседов и вовсе заявил, что певица «сыграла на публике», искусственно создав свой образ. И хотя раньше именно эта стратегия вызывала у него восхищение, теперь он называл её манипуляцией.
«Была и ушла»: почему Сергей обиделся на Примадонну?
Критик неоднократно говорил, что Алла Борисовна обязана своей популярностью не только себе, но и своим поклонникам. И, конечно, ему лично — ведь он продвигал её песни, восхищался, рассказывал о ней на всю страну. Однако, по его словам, в ответ — ни приглашения на чай, ни благодарности, ни даже упоминания. Особенно обидно ему стало после того, как Филипп Киркоров подтвердил: Пугачёва действительно следила за эфирами, знала, как её хвалят, но никак не отреагировала. Это и стало, похоже, последней каплей.
С тех пор Сергей будто сломался. Он начал говорить о Примадонне в тоне, в котором раньше отзывался о её недоброжелателях: мол, голос у неё ушёл, наряды смешные, а брак с Галкиным — не любовь, а «театр».
Личное разочарование или честная критика?
Можно было бы списать всё на типичную звездную обиду. Но, если копнуть глубже, за обвинениями Соседова чувствуется разочарование почти подросткового масштаба. Он искренне любил Пугачёву — как идола, как символ, как своего внутреннего проводника в мир искусства. И когда этот идол «не оправдал ожиданий», фанат превратился в самого ядовитого критика.
Кто-то скажет: «Мелко». Кто-то — «Смело». А я скажу — по-человечески. Это как история любви, где один верил, а другой просто жил своей жизнью. И когда один понял, что был только зрителем, а не участником, началась ревность.
Постскриптум
Алла Пугачёва, скорее всего, даже не думает о Соседове. А он продолжает жить её образом, комментировать её поступки, анализировать её одежду и мимику. В этом — своя печальная поэтика: Примадонна давно ушла в новую жизнь, а её бывший фанат — остался в прошлом, где она была его вдохновением.