11 августа 1932 года скончался Максимилиан Волошин, русский поэт и художник.
Кто бывал в Коктебеле (поселок на берегу Черного моря неподалеку от Феодосии), тот знает: если от дома Волошина посмотреть на запад, увидишь погруженную в воду скалу с профилем поэта. В его лице действительно была какая-то монументальность, создававшая ощущение затаенной силы, духовной щедрости и мудрости. Сходство скалы с портретом странное и удивительное, но, наверное, не зря так распорядился Господь, увековечивая его память задолго до его рождения в 1877 году.
Среди русских поэтов он более других был философом. Много ездил по России, по Европе и даже по Азии. Вот его жизненный девиз:
Всё видеть, всё понять, всё знать, всё пережить,
Все формы, все цвета вобрать в себя глазами,
Пройти по всей земле горящими ступнями.
Всё воспринять и снова воплотить.
Его причисляют к поэтам Серебряного века, но все же он стоит от них далековато: если большинство тех поэтов лиричны, то Волошин – философичен, и в восприятии жизни, и в творчестве. Причем у его философии была крепкая основа – православие. Именно вера и глубокое понимание Евангелия давали Волошину критерии, которыми он оценивал происходившее с Россией в начале ХХ века.
Волошин родился в 1877 году в Киеве. Детство прошло в Таганроге, Севастополе и Москве – отец его был членом судебных палат в разных городах. После гимназии учился в Московском университете, но из-за участия в студенческих волнениях дважды был арестован и выслан из Москвы: первый раз на год, второй раз – до «особого распоряжения». Тогда Волошин первый раз уехал в Европу, учился в Париже. И после бывал там часто.
9 января 1905 года Волошин стал свидетелем «кровавого воскресенья». Написал очерк, в котором назвал эти дни «мистическим прологом великой народной трагедии». В его стихотворении «Ангел Мщения», написанном в 1905-м, звучат слова, которые через двенадцать лет станут реальностью:
Кто раз испил хмельной отравы гнева,
Тот станет палачом иль жертвой палача.
Во время революции и Гражданской войны он увидел в Крыму и палачей, и жертв. Там, где земля была буквально пропитана кровью десятков тысяч русских людей, он создал поэму «Протопоп Аввакум». Волошин постоянно обращался к библейским образам и сюжетам. В 1919 году, в предисловии к «Видению Иезекииля», напишет: «Во время Войны и Революции я знал только два круга чтения: газеты и библейских пророков. И последние были современнее первых...»
Когда началась Первая мировая, Максимилиан Волошин (ему было уже 37 лет) написал письмо военному министру Владимиру Сухомлинову с отказом от военной службы. Он был в числе немногих, понимавших, какие тяжелейшие последствия ждут Россию:
Бед
И ненависти колос,
Змеи плевел
Взойдут в полях безрадостных побед,
Где землю-мать
Жестокий сын прогневил.
Революции не принимал – ни февральскую, ни октябрьский переворот. Называл их «великим абсурдом»:
Ни свечи не засвечены,
К обедне не звонят,
Все груди красным мечены,
И плещет красный плат.
По грязи ноги хлюпают,
Молчат… проходят… ждут…
На папертях слепцы поют
Про кровь, про казнь, про суд.
Немногие в России понимали суть Гражданской войны. Волошин был один из тех немногих, понимавших: «Пламя, в котором мы горим сейчас, – это пламя Гражданской войны. Кто они – эти беспощадно борющиеся враги? Пролетарии и буржуи? Но мы знаем, что это только маскарадные псевдонимы, под которыми ничего не скрывается. Каковы же их подлинные имена? Что разделило их? На это я пытался дать ответ в стихотворении «Гражданская война»:
В тех и других война вдохнула
Гнев, жадность, мрачный хмель разгула, –
А вслед героям и вождям
Крадется хищник стаей жадной,
Чтоб мощь России неоглядной
Размыкать и продать врагам!
Однако Волошин считал эти безумные, страшные, кровавые события не наказанием, а искуплением. Гибель старой России, страдания людей – через все это надо было пройти, по мнению поэта.
Нам ли весить
гнев Господний?
Все поймем, все вынесем, любя, –
Жгучий ветр полярной преисподней,
Божий бич, приветствую тебя!
Это была молитва о России, охваченной пламенем Гражданской войны. Он писал в статье «Русская бездна»: «Воистину вся Русь – это Неопалимая купина, горящая и несгорающая сквозь все века своей мученической истории». Вот последние строки его поэмы «Китеж»:
Молитесь же, терпите же, примите ж
На плечи крест, на выю трон.
На дне души гудит подводный Китеж –
Наш неосуществимый сон!
Однажды, в 1919 году, у себя дома в Коктебеле Волошин спрятал большевика, которого искала белая контрразведка. Ее начальник попрекнул поэта, что он, мол, поддерживает коммунистов. А Волошин сказал: «Если вас будут преследовать красные, я сделаю то же самое».
И вот еще одна цитата из сборника статей Максимилиана Волошина, написанных в 1917-1927 годах: «Мой единственный идеал – это Град Божий. Но он находится не только за гранью политики и социологии, но даже за гранью времен. Путь к нему – вся крестная, страстная история человечества».