В британской истории фамилия Маунтбеттен носит особый, почти сакральный, смысл. С ней связаны не только личные драмы членов королевской семьи, но и целый пласт европейской династической политики ХХ века.
Возникнув как «англизированная» версия немецкого княжеского рода Баттенбергов, фамилия Маунтбеттен стала символом мостов между континентами, династиями и эпохами. За ней — блестящий европейский аристократический фон, переплетение судеб между Англией, Германией, Россией, Румынией, Грецией.
Свадьба тогда ещё принцессы Елизаветы с молодым лейтенантом Филиппом Маунтбеттеном в 1947 году стала не только политическим, но и символическим событием. Филипп , принц Греческий и Датский, потомок сразу нескольких европейских династий, принял фамилию матери, адаптированную к британским реалиям.
Лишь спустя несколько лет, в 1960 году, появилось двойное имя рода Маунтбеттен-Виндзор, как компромисс между монархической традицией и уважением к династии Филиппа.
История о том, кто и почему должен был дать свою фамилию будущим наследникам британского престола, была не так проста, как кажется. После восшествия Елизаветы на престол её дети по традиции должны были носить «Виндзор». Филипп расценивал это как личное унижение, его собственная родовая линия исчезала в тени британской короны.
Только вмешательство самой королевы и изменения в 1960 году позволили части членов семьи официально носить фамилию Маунтбеттен-Виндзор, что стало особым знаком уважения к Филиппу.
Особая фигура британской истории Луис Маунтбеттен, дядя Филиппа и один из ключевых архитекторов поствоенной Европы.
Лорд лейтенант, последний вице-король Индии, советник королевской семьи, крестный отец и наставник принца Чарльза. Он влиял не только на политические решения, но и на характерную атмосферу королевского дома, поддерживал свежую дискуссию о традициях и переменах.
Для Чарльза лорд Маунтбеттен стал вторым дедом, советником в непростых подростковых вопросах, примером дипломатии и одновременно личной человеческой трагедии.
Их переписка, сохранившаяся до наших дней, раскрывает все нюансы отношений — доверие, сочувствие, наставничество. Именно он, по ряду свидетельств, подталкивал Чарльза к обдуманным решениям в вопросах брака и самоидентификации.
Мало кто знает, что семья Маунтбеттенов оказалась вписана в мировую культуру даже на страницах Агаты Кристи. Любовь к загадкам, прогрессивные взгляды и активное участие в общественной жизни сделали их персонажами и советниками для многих писателей, политиков и реформаторов.
Трагической точкой в истории семьи стала гибель Луиса Маунтбеттена в 1979 году в Ирландии , взрыв лодки, устроенный Ирландской республиканской армией, потряс не только Англию, но всю Европу.
Эта потеря стала символом конца целой эпохи, ушёл человек скреплявший династии и эпохи, генерации и настроения.
Маунтбеттены продолжают оставаться заметной частью британской истории и современной монархии. Их влияние ощущается в династических решениях, образовании наследников, взглядах на общественную миссию королевского дома.