Наверное, получится большой текст без картинок. Но, как обычно, я пишу это не только для читателей, но и для себя. Иногда бывает важно заякорить какие-то важные моменты и сделать выводы.
И еще сразу оговорюсь. В статье я привожу пример другого ребенка, чья мама ведет блог о его обучении и воспитании. Я не осуждаю другую позицию. Мы все в этом деле тыкаемся как слепые щенки, ищем свои подходы и методы. Просто параллельно у нас произошла схожая, но удивительно контрастная по эмоциям и результату ситуация. Собственно, она и заставила меня в очередной раз задуматься о том, что значит мотивация в обучении.
Я знаю, что у нас есть общие подписчики. Очень прошу комментировать корректно. Ну вот на этом предисловие закончилось
Поехали!
Отсутствие мотивации - это глобальная проблема, с которой столкнулись мы в самом раннем детстве нашего Егора.
Ее не было совсем. Еще в период, когда у нас не было диагноза (а он появился в семь лет), все наши попытки развивать речь, навыки самообслуживания и прочие необходимые ребенку вещи разбивались об это.
У нас семья педагогическая. Все бабушки и дедушки моего сына - преподаватели разных уровней. Покупалось большое количество разных книг по воспитанию, логопедии, развитию речи и пр. Я перечитала столько литературы, что была уже сама в состоянии читать курс педагогики. И все это просто не работало. Совсем. Никак.
Потому что для того, чтобы запустить процесс обучения, нужно привлечь внимание, удержать его, показать образец и каким-то образом добиться повторения. А сын ничего не хотел повторять. И никакие стимулы не работали.
Все занятия с дефектологами, психологами и логопедами сводились к тому, что специалисты пытались добиться от сына каких-то осознанных целенаправленных действий, но у них ничего не получалось. В итоге занятия сводились к тому, что педагоги показывали мне, как я должна делать это с ребенком. На мои жалобы, что у меня тоже ничего не получается, они разводили руками. Мы меняли специалиста, и все повторялось заново.
Но некоторые навыки удавалось поставить благодаря собственному интересу ребенка. Например, ему очень понравилось считать ступеньки в подъезде. Жили мы на третьем этаже без лифта. Благодаря этому, Егор уже в трехлетнем возрасте освоил счет до десяти. Потом стал считать просто так для удовольствия до тысячи и обратно.
Но таких интересов, за которые можно бы зацепиться, было крайне мало. И как вытягивать что-то полезное из выстраивания игрушек в ряд и бегания по кругу было непонятно.
Однако потом мы встретили замечательного педагога. Егор называл ее почему-то только по отчеству: "Михална". Та улыбалась и соглашалась на это прозвище.
Она долго, много занятий, позволяла ему просто валять дурака в ее кабинете. Все брать, переставлять. Но он неизменно брал машинку и начинал катать ее по периметру кабинета. В один из дней она поставила препятствие перед машинкой, потом горку из кубиков, потом еще что-то. Она смогла заставить Егора признать ее право быть включенной в его игру. И он ее заметил. Еще несколько уроков мы платили деньги за то, что Егор катает машинку вдоль плинтуса. Но я уже понимала интуитивно, что вот оно.., это самое, при помощи чего можно хоть как-то менять поведение сына.
Так заложилась база для нашего дальнейшего взаимодействия. Два правила, которые я формулирую только сейчас.
1. Исходим из интересов аутичного ребенка. Цепляемся за любую возможность.
2. Подстраиваемся под него медленно, поощряя и воспитывая в нем понимание связи между действием и вознаграждением.
Да, это похоже на дрессировку животных. Но в том и дело, что мы не можем добиться от собаки или кошки, чтобы они делали то, что мы хотим. Дрессировщики изучают своих питомцев, находят какие-то присущие только им игровые действия и стимулируют их к повторению.
Можно иначе? Думаю, да. Наверное, через принуждение, вопреки сопротивлению тоже можно. Просто я сама не способна вынести такое долго.
Мы пробовали развить много разных интересов. Но либо они оказывались мимолетными, либо мы не находили специалистов, способных их развить. Так, Егор, например, очень музыкален. У него отличная музыкальная память. И хороший вкус. Но нам не удалось найти подходящего педагога по фортепиано. Как знать, может быть, все еще сложится.
Не думайте, пожалуйста, про меня, что я такая осознанная и идеальная мама. Во-первых, я через четыре года после рождения Егора, родила двойняшек. Мы переезжали в другую квартиру, разводились с первым мужем, я долго жила одна с тремя детьми, и, соответственно, была вынуждена много работать. Так что идеальной системы воспитания не было.
Но оставлся базовый принцип, который, как я убеждена, должен быть положен в основу любого обучения любых людей. Учеба должна приносить удовольствие. Иногда сам процесс, иногда результат. Но должен быть где-то кайф, радость, удовлетворение. Какое-то позитивное подкрепление. Причем важно, что это должно быть прямым удовольствием. Похвала родителей или признание коллег тоже работают, но гораздо хуже.
И теперь ситуация, которая сподвигла меня на написание этого опуса. Зимой я писала о нашем подарке Егору на день рождения. Мы купили взрослый трехколесный велоипед с тележкой.
Я очень переживала, что сын не сможет/не захочет его освоить. Но он сел и поехал. Я даже выкладывала видео с самой первой прогулки. Кто не видел, посмотреть можно здесь.
Сейчас катание на велике - это одно из самых любимых занятий сына. Мы ездим в магазины и на рынок за покупками. Ему нравится, что он приносит пользу. А еще мы просто катаемся по нашему маленькому городку: сын на трехколесном, я на двухколесном. Днем здесь движение слабое, поэтому вполне справляемся. Егор научился притормаживать перед поворотом, разъезжаться с попутными и встречными транспортными средствами, объезжать пешеходов, останавливаться, в случае появления маленьких детей. Движение по дороге - это тоже коммуникация с окружающим миром. Плюс у нас появилось общее с сыном хобби. Это сближает. В конце прогулки мы обычно едем по прямой наперегонки. Я даю ему возможность выигрывать иногда. И у него появляется чувство победы.
Все это я считаю важным. И очень радуюсь достижениям. Хотела бы я, чтобы Егор освоил двухколесный велик? Да, несомненно. Но для этого нужна более безопасная зона, какой-нибудь парк. Не представляю, как я буду учить его на улице, где ездят турецкие водители.
Иная ситуация с ведосипедом у другого аутиста. Его мама хотела купить трехколесный велик, но потом решила, что нужен двухколесный. Они долго учились удерживать равновесие, толкаясь ногами. Сын бастовал, истерил. Но в итоге парень поехал. Пою оду терпению мамы! Но потом узнаю, что ее сын не полюбил катание, хоть и освоил. И она поставила ему задачу кататься едедневно в течение 50 дней, за что сыну было обещано денежное вознаграждение.
Видимо, была надежда на то, что за это время он привыкнет или полюбит кататься. Но этого не случилось. Ребенок обрадовался, когда последнее число было перечеркнуто. Ура! Больше не будет велика!
Меня, реально, очень опечалило это известие. Да, конечно, благодаря стараниям мамы, мальчик продвинулся во владении своим телом значительно. Нам и не снилось такое. Но мне его, почему-то, очень жаль.
А еще немного спустя выходит статья того же автора про наказание. И про то, что мама и себе придумала наказание, видимо, чтобы сыну не было обидно.
Эээээ... А почему обязательно должны быть наказания? Может быть, все же поискать позитивную мотивацию?
Я перекладываю на себя. Знаю, что ругать меня бесполезно. И обижать тоже. Я не становлюсь от этого лучше. У меня, наоборот, включается упрямство. И в тех редких случаях, когда я вынуждена прогнуться перед человеком, от которого завишу, чувствую себя очень скверно.
Поэтому не люблю сама ни ругать, ни наказывать. Но, я думаю, что воспитание Егора очень сильно наложило отпечаток на меня как на преподавателя. Маленьким он не понимал ни позитивной, ни негативной мотивации. Он просто не мог установить связь между этими двумя событиями. Между его поступками и вознаграждением/наказанием. Поэтому наказания были столь же бессмысленны, как и награды.
И пришлось приложить огромное количество услилий многих людей, чтобы закрепить эту, такую важную способность - мотивацию.
А если мы прикладываем столько усилий к формированию отсутствующей изначально способности, то почему бы не выбрать более приятный знак "+"?!
Это не означает, что я полностью отрицаю принуждение. Но, впрочем, это уже повод для следующей статьи.
Всем добра!