ДОМ СЕСТРЫ (40 ЧАСТЬ).
Снова самолёт. Теперь уже обычный. Внутренний рейс, набитый простыми американцами. Ирка с любопытством разглядывала их. Жека сказал, что здесь не принято пялиться на людей, мол они могут воспринять это как оскорбление или сексуальное домогательство. Ирка только рот раскрыла. Ну и ну, за посмотреть легко можно угодить под суд. Джесс болтала без умолку. Рассказывала про коллег по госпиталю, какую-то подружку Трипси, у которой затяжная депрессия из-за бывшего мужа, который мало того, что не уделял жене должного внимания, так ещё и оттяпал у неё при разводе полдома и собаку породы бернский зенненхунд. У Ирки от её болтовни уже болела голова. "Боже, она доконает меня за пару дней, если не замолчит. Боюсь она и во сне разговаривает" –подумала Ирка.А вот Еве болтливая тётушка нравилась. Она смотрела на неё с удивлением и любопытством ребёнка познающего мир. После еды Ева осоловело засыпала под её стрекотание. Видимо дочь Ирки воспринимала Джесс как интересную звуковую игрушку.
В аэропорту их встречал бойфренд Джесс, Роб. Невысокий, худой парнишка, чьи предки явно были ирланцами,а иначе как объяснить его любовь к зеленому цвету. Машина Роба была тёмно зелёная, брюки Роба были зелёные и даже стрижка Роба напоминала скошенный газон, жухлого, соломенного цвета.
Он подошёл к Джесс и обнял её в том месте где у обычных людей талия, поцеловал ту в щёку. Сводная сестра Ирки расплылась в улыбке. Очень даже искренней улыбке. Сразу было видно, что она влюблена в своего ирландца.
Джесс представила ему Ирку и Жеку. "О, милый, это моя сестра Ирен из России с мужем Юджином(так звучало имя Жеки на американский манер) и их очаровательная дочь Ева. Ты должен поближе познакомиться с женщиной, чей рассказ прославит тебя и сделает богатым" –затарахтела Джесс. Роб шутливо поклонился Ирке.
Дом сестры находился в самом близком пригороде города Нью-джерси. Не самый фешенебельный район, но и не трущобы. Небольшие, аккуратные домики , выкрашенные в традиционный для американцев цвета серый и белый. Правда иногда попадались домики нежно-голубого цвета, но это больше исключение, чем правило. Одноэтажная школа, церковь, супермаркет, закусочная–заправка, бар и здание пожарной части. Вот пожалуй и все строения в пригородной части Нью-джерси.
Так как Ирка и Жека прилетели в декабре, то все улицы, дома, супермаркеты были украшены рождественской тематикой. Здесь это смотрелось более-менее гармонично, чем в Лос –Анджелесе среди высоких пальм и тропической жары.
Марии не было дома. У неё магазин, не оставишь. Джесс проводила супругов Молдавских в гостевую комнату, выдала полотенца, показала где кухня и велела не стесняться, брать в холодильнике всё, что захочется. Сама же укатила с Робом в город. Ей нужно было посетить стоматолога. Запись ко врачу была огромной и пропускать ну ни как нельзя. Семейство Молдавских решило прогуляться по улице, размять ноги. Просто гулять в Америке не принято. Празношатающиеся люди казались американцам подозрительными. Единственное исключение –утренняя пробежка и то только по своему району. В остальном все передвигались на машинах, даже если проехать нужно было две минуты, ни один американец не пойдет пешком.
Пока Ирка и Жека с Евой на руках разминали ноги, любопытные соседи выходили поглазеть на незнакомцев. Один раз их окликнул пожилой джентльмен и спросил кто они такие. Жека объяснил ему кто они и к кому приехали. Джентльмен кивнул, он знал славную владелицу букинистического магазинчика, Марию. Так же пригласил на рождественскую ярмарку. Вся выручка шла в фонд местной церкви. Жека ответил, что они рады приглашению, но им нужно будет вернуться домой через пару дней. Джентльмен махнул им рукой и скрылся в доме.
Пройдя километра три, они вышли к церковной площади, посмотрели иллюминацию на столбах, фигурки Марии ,младенца Иисуса, волхвов и животных, сцена рождения Иисуса и развернулись в обратную сторону.
Не успели они зайти в дом Джесс и Марии, как в двери постучали. Жека сказал Ирке подниматься в их спальню , а сам открыл дверь. За порогом стояли полицейские, вызванные соседями. Они попросили документы и спросили, что он делает в доме. Жека объяснил, но стражам порядка не понравился его ответ. Они велели Жеке вытянуть руки вперёд, защелкнули наручники на его запястьях и усадили того на диван. Один из патрульных обследовал помещения и обнаружил Ирку, кормящую грудью дочь. Он потребовал у неё спокойно опустить ребёнка и поднять руки вверх. Ирка испугалась не на шутку, но не закричала, не вскочила с кровати, а выпучила на полицейского глаза и застыла как изваяние. В голове толпились английские слова, но она никак не могла собрать их в кучу, чтоб объяснить, что она не воровка, не нарушительница, а просто приехала в гости к сестре.
Неизвестно чем бы дело кончилось, но тут прибыла Джесс с Робом. Джесс увидела мужа сестры в наручниках и запричитала, заохала–"О, господин полицейский это же мои родственники, только что из России! Что они натворили? Влезли в чужой дом? Это мой дом и я сама их впустила. Позвонили соседи? Ох, это моя оплошность! Надо было сообщить им о приезде гостей. Мне так неловко. Может быть желаете кофе?"
Жеке сняли наручники. Он сказал, что наверху второй полицейский, а там его жена с ребёнком. Джесс уже было собралась идти на второй этаж, но коп остановил её, передал по рации, что всё в порядке. Второй полицейский убрал оружие в кобуру и молча вышел. Пока Джесс объяснялась с полицией, Жека влетел наверх и застал жену в истерике. Ирку трясло, по щекам текли слезы. Она напугалась не на шутку. Ева лежала у неё на коленях и кричала, мамочка оторвала её от груди, не дав наесться вдоволь. Жека взял дочь на руки, обнял жену и прижал к себе. "Ириша, маленькая моя, всё хорошо. Напугалась сладкая. Всё, всё, тихо, тихо, успокойся. Я рядом" –заговорил он ласково. Ирка уткнулась ему в плечо, он гладил её по голове. В комнату заглянула Джесс.
"О, милая моя, ты испугалась? Крошка, тебе надо выпить тёплого молока с корицей и поспать. Бедняжечка" –запричитала сестра. Она убежала на кухню, погрела молоко, добавила немного корицы с сахаром и принесла Ирке.
Ирка замотала головой, но Джесс была настойчива и Ирке ничего не оставалось, как выпить предложенное. От каких либо таблеток Ирка отказалась. Джесс забрала Еву и унесла вниз, прикрыв дверь гостевой спальни.
Жека обнял Ирку , прижал к себе. Он шептал ей на ухо милые глупости и шутил, что чуть сам не разревелся когда на него надели наручники. Ирка фыркнула, хрюкнула и засмеялась сквозь слёзы. Представила Жеку в наручниках пускающего слезу. Её отпустило.
Вечером приехала Мария. Джесс рассказала, что произошло. Мария закатила глаза и потрясая бесконечными браслетами сказала–"Мама мия, иногда забота соседей переходит всякие границы. Напугать бедную крошку! У неё же молоко может пропасть!" –и следом она протянула руки к ребёнку –"О, Господи! Это самая красивая девочка, которую я когда-либо видела! У неё черты Алекса. Неправда ли? "
Через час умытая Ирка спустилась вниз, под руку с мужем. Мария вскочила, подлетела к Ирке и застрочила со скоростью пулемёта, обнимая её –"Доченька, как ты? Дай я на тебя посмотрю! Господи Иисусе! Ты вылитая Алекс. Мой дражайший супруг столько лет скрывал от меня, что у него есть дочь в России! А это твой муж? Боже мой, детка, у тебя красивый муж! А уж доченька какая милая! Когда она вырастет, то разобьёт не одно мужское сердечко! Я так рада, что вы приехали! Вы непременно должны остаться на Рождество! И я познакомлю вас с соседями. Они отличные люди. Слишком бдительные, но по другому нельзя. Как иначе? Ирен, ты должна их простить и не сердиться на них"
Ирку маленько укачало от бурной энергии Марии. Она тарахтела без умолку. Ирка и половины не понимала, что Мария говорит.
Джесс тем временем вышла на улицу и обошла ближайших соседей, объясняя, что у них гости из России и не стоит милым соседям тревожиться.
Мария накрыла стол. По пути домой она заехала в супермаркет и купила оливье для дорогих гостей. Здесь этот салат называли русским салатом и многие американцы находили его очень вкусным, что не скажешь о гречке и селёдке. Ирка попробовала и чуть не выплюнула . Невероятно солёный, заправленный литром майонеза, а майонез в Америке оказался на редкость невкусным, больше похожим на растопленный маргарин в перемешку с яичным белком. Мария подпихивала им салат, но Жека сказал, что он им дома надоел и они хотели бы отведать традиционный американский ужин, а именно пюре, зелёный горошек и запечённую буженину.
Мария пообещала приготовить им лазанью по семейному рецепту. Ирка в ужасе подумала, что если это будет лазанья из коробки, посыпанная базиликом, то пожалуй она посидит на диете.
После ужина в дверь постучали. Мария удивилась–"Кто так поздно?"
Пришла пожилая соседка. Та самая, что вызвала копов. Она услышала от Джесс, что у них нет люльки для младенца и прикатила кроватку своего сына ,заставив больного подагрой мужа лезть за ней на чердак. Пожилая миссис Стивенсон помыла кроватку, обтёрла её насухо, взбила матрасик и с тарелкой покупного черничного пирога пришла знакомиться с русской родней Марии.
Старушка с удовольствием пообщалась с Жекой. Ирка только улыбалась и иногда кивала головой. Мария сидела тут же с Евой на руках. Ирка заметила, что Мария просто не отпускает её дочь с рук. Она вспомнила, что вторая жена её папочки имеет итальянские корни, а все итальянцы боготворят детей. В первый же вечер она подарила Еве серебряную погремушку, которую маленькой Джесс в свое время подарил отец Марии. Ирка хотела отказаться от подарка, но Мария и Джесс настояли. Пришло время Ирке вручать подарки.
Она поднялась в спальню, достала пакеты с дарами и спустилась в гостиную. Марии она подарила павловопосадский платок насыщенного синего цвета с цветами по полю и кистями. Марии подарок пришёлся по душе. Она вертела платок, накидывала на плечи, примеряла на голову, повязывала на талию.Джесс подарила золотую цепочку с подвеской из аметиста, объяснила как смогла, что этот камень добывают на севере России, где полгода лежит снег. Джесс тут же надела украшение и сказала, что прям чувствует холодок от сиреневого камня и ей это нравится. Соседке миссис Стивенсон достался хрустальный штоф в виде кремля, который должен был бы подарен продюсеру, но Ирка об этом даже не вспомнила. Ещё был русский шоколад, купленный в дьюти фри, набор открыток с видами Санкт-Петербурга, льняные полотенца с вышивкой. Всё это Ирка преподнесла Марии. Она бы хотела купить подарки подороже, но Жека её остановил, сказав, что родственники её небогатые люди, судя по тому, что сестра работает медсестрой, а Мария держит букинистический магазинчик и не стоит их смущать дорогими подарками. Сам Жека на вопрос чем он занимается сказал, что он шеф-повар, а о том, что у него свои рестораны умолчал. Ирка сказала, что она офисный клерк и всех, всё устроило. Середняки такие же как и они.
Пожилая миссис Стивенсон, унося с собой хрустальный штоф и плитку русского шоколада, на утро рассказала соседям о милых русских родственниках Марии и Джесс. В дом потянулись любопытные соседи, лишенные других развлечений кроме телевизора.
Продолжение следует...