Вы помните эти пронзительные, колдовские зелёные глаза? Глаза Серафимы Клычковой, или просто Пистимеи, из культовой саги «Тени исчезают в полдень». Женщины с дьявольской красотой и ангельским лицом, которая стала символом целой эпохи. Её сыграла Александра Завьялова – актриса, которой прочили славу первой красавицы советского кино, наша ответочка Голливуду. Ей восхищались, её обожали, ей подражали.
Но это лишь фасад, глянцевая обложка. Мало кто знает, что за ослепительной улыбкой кинозвезды скрывалась бездна отчаяния, а её жизнь – это не просто драма. Это страшная, методичная история уничтожения человека системой, завистью и тотальным одиночеством.
История о том, как можно, будучи на вершине Олимпа, рухнуть в такую пропасть, откуда нет возврата. Ведь все помнят её красавицей-Пистимеей, но почти никто не знает, что последние десятилетия она провела в жуткой нищете, борьбе с тяжелейшей депрессией и была трагически убита… рукой собственного сына.
Как же это случилось? Как одна из самых ярких звёзд погасла так страшно и незаметно?
Зеленоглазая богиня с тамбовскими корнями
Началось всё как в сказке. 4 февраля 1936 года в глухой деревне под Тамбовом родилась девочка Саша. Казалось бы, откуда в простой крестьянской семье взяться такой неземной, породистой красоте? Но в их роду все женщины были красавицами, и Саша унаследовала всё лучшее. Окончив школу, она, своенравная и дерзкая, сбежала от размеренной деревенской жизни в Ленинград. И с первой же попытки, сшибая с ног своей нездешней красотой приёмную комиссию, поступила в престижный театральный институт.
Её карьера – это был не взлёт, это был прорыв. Режиссёры были очарованы. Это редчайшее сочетание аристократической холодности, почти надменности, и спрятанного где-то глубоко внутреннего огня сводило с ума. Уже первые роли в кино – "Люди на мосту", "Ждите писем", и особенно "Алёшкина любовь", где она сыграла с Леонидом Быковым, – сделали её всесоюзной знаменитостью.
Мужчины теряли голову. Миллионы советских женщин копировали её причёску "бабетта" и рисовали такие же выразительные стрелки. Она была настоящей иконой стиля, негласной "советской Мэрилин Монро".
В 1963-м она вышла замуж за талантливого ленинградского художника Дмитрия Бучкина, вскоре родила дочь Татьяну. Семья, слава, обожание. А ведь ей было всего 27 лет. Вся жизнь впереди. Казалось, ничто не может разрушить эту идиллию.
Но судьба уже готовила первый удар. И удар этот имел имя, фамилию и американский паспорт.
Роковой роман с "врагом народа"
Шёл 1964 год. В Москве проходил международный кинофестиваль. На одном из приёмов, где блистала Завьялова, к ней подошёл импозантный иностранец. Это был Отелло Черезолли – совладелец крупной судоходной компании, по некоторым данным, адмирал ВМС США в отставке. Он был гораздо старше, женат, но, увидев русскую красавицу, потерял голову.
А она… она просто влюбилась. Влюбилась как девчонка, без оглядки на последствия. В СССР 60-х годов, в разгар Холодной войны, связь с американцем, да ещё и такого ранга, была равносильна государственной измене. За ними тут же установили плотную слежку. Каждый шаг, каждый взгляд, каждый вздох фиксировались людьми в серых костюмах.
Их роман был бурным, страстным, но отчаянно коротким. Всего две недели, которые перечеркнули всю её жизнь. Итог был предсказуем: Черезолли объявили персоной нон грата, обвинили в шпионаже и в 24 часа выслали из страны.
А на Александре Завьяловой поставили жирное, несмываемое клеймо. "Неблагонадёжная".
Клеймо КГБ и дорога в лечебницу
Для неё захлопнулись все двери. Ледяное молчание телефонного аппарата стало её главным спутником. Режиссёры, которые ещё вчера наперебой предлагали роли, теперь трусливо отводили глаза или переходили на другую сторону улицы. Муж, Дмитрий Бучкин, не выдержал. Бесконечные допросы жены в КГБ, косые взгляды коллег, шёпот за спиной – всё это разрушило их брак. Он подал на развод.
Александра осталась одна, с маленькой дочкой на руках, без работы и с репутацией "подстилки американского шпиона". Для её тонкой, ранимой психики это был нокаут. Началась глубокая, затяжная депрессия. Годами она почти не выходила из дома, лежала, отвернувшись к стене, и тихо плакала. Она оказалась в полной изоляции, в вакууме.
А потом был страшный 1975 год. Её, в состоянии полного нервного истощения, отправляют на принудительное лечение в психиатрическую клинику. Это был ад наяву.
Мне не давали спать. Делали укол со снотворным, а потом будили. Детей ко мне не пускали, – с ужасом вспоминала она позже в одном из редких интервью.
Годы, проведённые там, окончательно сломали её. Она вышла оттуда другим человеком – с потухшими глазами и официальным диагнозом, который навсегда закрывал ей дорогу в профессию.
Пистимея. Последний взлёт и долгое забвение
Именно в этот момент, когда казалось, что всё кончено, произошло чудо. Режиссёры Валерий Усков и Владимир Краснопольский, работая над экранизацией романа "Тени исчезают в полдень", искали актрису на сложнейшую роль Серафимы Клычковой (Пистимеи). Они помнили ту, прежнюю Завьялову. На свой страх и риск, обойдя все запреты "Госкино", они вызвали её на пробы.
Когда она вошла, мы ахнули, – вспоминал позже Усков. – Перед нами стояла тень былой красавицы. Но глаза… эти глаза горели прежним огнём.
Они рискнули. И Завьялова их не подвела. Она сыграла гениально. Вложила в этот образ всю свою боль, всю свою ненависть к тем, кто её сломал, и всю свою нерастраченную любовь. Её Пистимея получилась не просто картонной злодейкой, а глубоко трагической фигурой. Эта роль стала её триумфом. И её проклятием.
Страна снова влюбилась в Завьялову. Но после этого… снова тишина. Десятилетия полного забвения. В 40 лет она, одинокая и отчаявшаяся, родила сына Петра.
От кого – до сих пор тайна, которую она унесла с собой. Бывший муж, Дмитрий Бучкин, проявил невероятное благородство: чтобы у мальчика не было проблем, он усыновил его и дал свою фамилию. Но это не спасло ситуацию. Вскоре после родов у Александры случилось новое обострение, и она снова попала в больницу. Маленького Петю отдали в дом малютки. Этот факт навсегда остался травмой для них обоих.
Страшный финал в нищете
Последние десятилетия своей жизни одна из красивейших актрис СССР прожила в старой, запущенной квартире в Санкт-Петербурге. В бедности, граничащей с нищетой. Соседи рассказывали, что в квартире царил жуткий запах, а сама она иногда выходила на улицу в странной, грязной одежде. Она жила на крошечную пенсию, которую, по слухам, часто отбирал пьющий сын.
Сын Пётр, так и не сумевший найти себя в жизни, с юности пристрастился к алкоголю. Их совместная жизнь превратилась в ежедневный ад, в череду пьяных скандалов и драк. Она – больная, измученная женщина, он – озлобленный на весь мир, спивающийся мужчина.
Трагедия произошла 3 февраля 2016 года, за один день до её 80-летия. В пьяном угаре, во время очередной ссоры, Пётр схватил кухонный нож и ударил мать. Удар оказался смертельным.
Позже на следствии он будет говорить, что ничего не помнит, но вину свою признает. Его приговорили к восьми годам колонии строгого режима.
Вот так, в одиночестве и грязи, в собственной квартире, оборвалась жизнь женщины, чьей красотой когда-то восхищался весь Союз. Её нашли только через несколько дней. "Русская Мэрилин Монро" ушла, забытая почти всеми, преданная самыми близкими.
История Александры Завьяловой – это горькое напоминание о том, как хрупка человеческая жизнь и как беспощадна бывает слава. Это зеркало, в котором отразились все тёмные стороны той эпохи: страх перед системой, предательство коллег и страшное одиночество, которое приходит, когда гаснут софиты. И глядя на её судьбу, понимаешь, что иногда тени действительно не исчезают. Никогда.