Камилла плачет, и весь мир задается вопросом: насколько болен король Карл? А журналист Том Сайкс резко критикует позицию Дворца, требующего от прессы замалчивания этого вопроса и угрожающего журналистам.
Король Карл III и королева Камилла 15 августа посетили национальную поминальную службу в Национальном мемориальном дендрарии в Алривасе, Стаффордшир.
Она была организована Королевским Британским легионом совместно с правительством в честь 80-летия Дня победы над Японией, который знаменует собой объявление о принятии Японией условий Потсдамской декларации 15 августа 1945 года, что фактически ознаменовало окончание Второй мировой вой.ны.
Камилла разрыдалась, а король Карл заметно прикусил руку и судорожно сглотнул, чтобы тоже сдержать слезы, после того как 105-летний капитан Явер Аббас, служивший в 11-м сикхском полку 14-й армии, прервал свою подготовленную речь, чтобы поприветствовать короля и сидевшую рядом с ним королеву.
Держа в руках свой военный дневник, который, по его словам, "с любовью сохранила" его покойная жена, Аббас сказал:
"Я не приношу извинений за то, что ненадолго отклонился от сценария, поскольку хочу поприветствовать моего храброго короля, который находится здесь со своей любимой королевой, несмотря на то, что он находится на лечении от рака."
Это был невероятно трогательный момент, и слезливая реакция Карла и Камиллы на слова Аббаса стала редким свидетельством того чрезвычайного давления, которое испытывает пара с тех пор, как в прошлом году король объявил, что у него рак.
Но, как комментирует этот момент журналист Daily Beast Том Сайкс:
"Насколько он болен? Должны ли мы быть готовы к плохим новостям?
Согласно моим источникам, рак короля действительно является источником беспокойства для его близких и помощников. Это тяжело и неизлечимо, но в целом есть оптимизм в отношении того, что король сможет прожить еще много лет. Источником наибольшего воодушевления для его друзей является тот факт, что сам он на удивление позитивно относится ко всей ситуации, веря в то, что нужно просто продолжать работать и делать то, для чего он был рожден, изо всех сил.
Дворец отказался сообщить, какой именно вид рака у него обнаружен. Любой британский репортер, которому вы зададите этот вопрос, скажет вам, что у него рак мочевого пузыря, но надежные источники сообщили мне, что это не совсем так.
Однако на страницах ведущих британских газет вы не найдете ничего, кроме самых мимолетных упоминаний о его здоровье. Действительно, как сообщил в прошлом месяце Том Латчем из нашего издания The Daily Beast, Дворец открыто угрожает журналистам, чтобы они хранили строгое молчание в связи с любым откровенным обсуждением состояния здоровья короля.
The Telegraph и другим газетам сообщили, что им будет запрещено передавать брифинги об " Операции Лондонский мост" - так называются планы относительно похорон короля - после того, как пресс-служба короля выступила против сообщения в The Telegraph о том, что [принц] Гарри будет приглашен на похороны короля и будет "в центре внимания".
Три месяца назад меня исключили из группы для журналистов в дворцовом WhatsApp после того, как придворный обиделся на то, что я использовала термин "неизлечимый" для описания рака Карла.
Конечно, королевская пресс-служба имеет право поступать со средствами массовой информации так, как они считают нужным.
Однако отказ от сотрудничества с таким уважаемым СМИ, как The Daily Beast, из-за того, что вы находите заголовок "безвкусным" (по их словам), в то время как фактическая правдивость того, что я написал, не оспаривается, кажется мелочным.
После прочтения и осмысления статьи Латчема и общения с коллегами из королевской пресс-службы я теперь думаю, что мое собственное исключение из международной группы журналистов в WhatsApp было на самом деле гораздо более зловещим, чем то, что королевской команде по связям с общественностью надоела наглость одного конкретного негодяя-писаки, перепачканного чернилами.
Теперь я полагаю, что это было задумано как способ предостеречь других журналистов от написания статей о последствиях смерти короля.
Я знаю, что по крайней мере еще одному королевскому журналисту сказали, что меня выгнали из группы. Сначала я думал, что это была просто попытка дискредитировать меня в связи с конкретной историей, над которой работал журналист, но теперь я думаю, что в игре было что-то более расчетливое; я считаю, что из меня сделали пример в попытке запугать и принудить СМИ соблюдать требования Дворца об абсурдной фантазии о том, что король Карл здоров и жизнерадостен, и у него нет никакого неизлечимого - делайте все, что в ваших силах, ребята! - рака.
Рискуя показаться напыщенным, я думаю, что с моей стороны было бы упущением и предательством по отношению к моим читателям поддаться давлению Букингемского дворца в этом вопросе. Я хочу подчеркнуть, что мои редакторы в The Daily Beast, особенно босс Джоанна Коулз, не сделали ничего, кроме как призвали меня продолжать сообщать о состоянии здоровья Карла как можно полнее и откровеннее.
Британская общественность заслуживает, по крайней мере, откровенного обсуждения вопросов о здоровье Карла и престолонаследии. Если традиционные СМИ не могут найти в себе смелости рассказать об этом, это сделаем мы".
Вам может быть интересно: