Лариса сидела на скамеечке возле института и горько рыдала.
Не поступила в сельскохозяйственный.
Только сюда, в это учебное учреждение согласилась отпустить её мать - с прицелом на обязательное возвращение в поселок.
"Становиться массажисткой глупо! Намнешься за день массажей, а кто мне по хозяйству помогать будет?"
Мимо Ларисы проходили стайками абитуриенты, и вдруг подсела к ней женщина, видимо, сотрудница института.
- Ты чего так убиваешься, не поступила?
- Не поступила...
- Не беда, на следующий год поступишь, - сказала она.
Лариса посмотрела на женщину.
Та была в годах, полная, и, судя по весёлым морщинкам, добрая.
- Да как вы не поймёте... нельзя мне домой! Мать меня отговаривала поступать, говорила, куда ты, такая дур.очка, в город суёшься.... А дома кошмар. Работы нет… Отчим со странностями. Подстерегать начал. Он пьет, как бы чего плохого не вышло...
Женщина задумалась.
- Как тебя зовут?
- Лариса Соловьёва...
- Ну, вот что, Лариса Соловьёва. Есть у меня одна родственница, которая нуждается в домработнице. Дама она весьма специфическая. И, к тому же, больная. Не ходит почти. Год занятости точно получится.
- Я согласна! - вскрикнула Лариса.
- Да постой ты соглашаться….У неё несдержанный язык. Она бывшая актриса. Тебе приходилось знаться с бывшими актрисами? Даже я с ней в ссоре... Не знаю, зачем помогаю...
- Нет, актрис я раньше на знала, - несмело ответила девушка, боясь сорвать шанс.
Женщина тяжко вздохнула.
- Ты из посёлка, верно?
- Да.
- Скажу честно. Тебе придётся тяжко. Она будет придираться не только к качеству работы, но и к тому, как ты говоришь, во что одеваешься и что делаешь.
- Я согласна! Это лучше, чем вернуться к отчиму.
*************
...Вот так Лариса оказалась в огромной квартире Леокадии Семёновны, наполненной статуэтками, картинами разных мастей и бра.
Актриса боролась с последствиями инсульта и порядком подзапустила дом.
- Ну, и где ваша хвалёная домработница? - знакомство началось с этих слов.
- Это я.
- Вы? - театрально завысила голос больная. - Позвольте! На какой свалке вас отыскали?
- Почему на свалке? - опешила Лариса.
- Потому что, приличные люди так ужасно не одеваются! Сколько вам лет, милочка, 40?
- 18 стукнуло на той неделе...
- О, Боже, “стукнуло”, - простонала Леокадия Семёновна. - Если твоё невежество простирается так же глубоко, как ты выглядишь, то я задам своей кузине трёпку… Проходи, убогая.
После такого приветствия Лариса боялась шагу ступить.
Леокадия Семёновна вела себя абсолютно несносно.
Сидела на кровати или лежала, по дому не передвигалась, кричала или без конца звенела колокольчиком, он стоял на на тумбочке актрисы.
На третий день у Ларисы лопнуло терпение.
На фоне этой ведьмы уже и отчим не выглядел так ужасно...
Вечером, когда объём придирок достиг немыслимого масштаба и Лариса начала упаковывать сумку, Леокадия Семёновна смилостивилась.
- Да ты не дуйся. Ноги у меня крутит до такой степени, что чудом кости из кожи не торчат.... От болезни я такая вредная стала. Если кто будет говорить тебе, что болезнь укрепляет дух, не верь. Она разрушает в нас самое лучшее…
- Так давайте, я сделаю массаж…
- А ты умеешь?
- Люди говорят, умею. Я хотела массажисткой быть, но мать не разрешила.
Девушка нанесла крем и начала мягкими, поглаживающими движениями массировать ноги Леокадии Семёновны.
Постепенно боль притупилась, а затем, и вовсе затихла.
- А что за техника? - изумилась актриса.
- Я не знаю, - ответила Лариса. - Мне сердце подсказывает, что делать, куда жать. А сердцу велят ваши ноги. Они диктуют.
С тех пор придирки актрисы прекратились. Ну, почти…
На тумбочке рядом с колокольчиком стоял портрет красивого молодого мужчины с серыми глазами.
- Ваш сын? - поинтересовалась Лариса в момент потепления.
Актриса не ответила.
Назавтра портрет исчез.
************
… Девушка по лицу научилась распознавать, когда Леокадии Семёновне плохо.
Как-то вечером они разговорились.
- Лариса, у тебя парень есть?
- Есть, Митька. Обещался меня ждать, когда выучусь.
- Не "обещался", а "обещал" надо говорить. Выкинь его из головы.
- Почему?
- Из какой он семьи? Мать-отец пьют? Какое образование, какая профессия у них? Ярмо он тебе на шею, а не Митька.
Лариса молча поняла, что Митька ярмо и есть.
- Я так и знала.... А в тебе запрятан потенциал. Ты обучаема, ты внимательна, у тебя есть телесный талант, понимаешь? Это не всякому дано. Ты умудряешься находить болезненные точки и лишать их боли.
Это нужно развивать.
- Да на что мне это развивать?
- В смысле "зачем" или "на какие средства"?
- Я про деньги. Их нет. Мать отказалась оплатить мне курсы массажистов. В сельхозинститут послала учиться, чтобы я ей с хозяйством помогала.
- Какое хозяйство, милочка? С твоими-то руками? Ты их убь.ешь! Такой талант один на миллион! Значит, так. Никуда ты обратно не едешь. Что мать, что Митька - не твой коленкор. Средств оплатить курсы массажа и дальнейшее обучение в этой области у меня достаточно. Жить будешь здесь, отрабатывай новые приёмы на мне, а в перерывах, помогай по хозяйству, идёт? И запомни. Задавать вопросы про моего сына нельзя.
- Хорошо.
- И ещё... не лги мне... что я сама пойду без ходунков.
- Пойдёте.
- Ты посмотри на неё! Распоясалась! - злобно сверкнули глаза Леокадии Семёновны. - Не люблю я ложных надежд и обещаний, сыта этим по горло...
****************
…Устроилась Лариса на курсы массажистов. Созваниваясь с родными, неизменно говорила, что учится в институте. Живёт в общежитии. Жизнь в городе дорогая, приехать пока не может.
Подходил к концу год проживания у Леокадии Семёновны.
Массажи Ларисы творили чудеса.
Женщина сама уже передвигалась, придерживаясь за стеночку.
У неё наладился аппетит и сон.
Лицо порозовело и даже характер стал не таким желчным.
...Как-то раз, весенним майским вечером, когда Леокадия Семёновна и Лариса нюхали коллекцию духов - для Ларисиного образования, - в замочной скважине повернулся ключ.
С дорожной сумкой в квартиру влетел импозантный мужчина лет 35.
Тот, с портрета.
Он был бы невероятно хорош собой, если бы не портящая худоба и взгляд…
Именно по нему Лариса сразу поняла, что он опасен.
От мужчины пахло дорогим алкоголем и… ацетоном.
- Матильда! - поставленным голосом начал он. - Это я, ваш Дон Батист!
- Это Артём... - бесцветным голосом сказала Леокадия Семёновна и беспомощно посмотрела на Ларису.
- Ваш сын?
- Да.
Артём подошёл к матери, оглядел её, обнял и сказал:
- А ты великолепно выглядишь! Я думал, ты лежишь...Хм... Духи? Это сильно.
Глаза его были холодными, как у окуня во льду.
- Я даже уже хожу. Какими судьбами? Думала никогда не навестишь старушку-мать. Или ты хоронить меня приехал?
Артём зацокал языком.
- Тихо-тихо, мать, это всё домыслы… Я всего лишь приехал справиться о твоем здоровье.
- Лекарства где?
На этих словах Лариса деликатно скрылась у себя в комнате.
- Какие лекарства? - не понял Артём.
- Ну, когда люди приезжают справляться о здоровье, обычно заранее спрашивают, что привезти из лекарств.
Повисла пауза.
Артём занервничал.
- Ты же знаешь, мать, где я был!
- Знаю. И наслышана ещё, что ты давно оттуда вернулся. Полгода уж как. И про несколько приводов в полицию знаю, и про череду твоих увольнений...
- Что ты начинаешь? Я в баре вступился за девушку. А начальниками ставят одних ослов...
- Ты не меняешься. Все вокруг виноваты, один Артём - ангел в белых крылышках. Не всем удается в этой жизни встать на ноги, сын.
Мужчина ужасно обозлился.
Разговор не клеился.
- Я уже не имею права приехать мать повидать? Или моё место заняли? Кем? Вот той деревенщиной с носом-картошкой? Ну так пусть выметается! Сам буду за тобой ухаживать! Или поздно? Ты ей квартиру отписала? - внезапно вырвалось у него.
Леокадия Семёновна встала и резко влепила сыну пощёчину.
- Выметайся, подлец!
Её трясло.
Сын несколько секунд постоял, посмотрел поверх материнской седины пустыми глазами и ушёл хлопнув дверью так, что крест со Спасителем вылетел вместе с гвоздиком...
Лариса не сразу отважилась подойти к Леокадии Семёновне.
Та сидела и всхлипывала в кресле.
Сын разрушил её. Плечи поникли, глаза потухли.
- Такова правда жизни. Я сама виновата, что он стал таким… Строила карьеру, а сыну нужна была мама...
Лариса погладила женщину по спине.
- Ромашкового чаю? - спросила она.
- Да. На то мы и люди, чтобы друг другу помогать, верно? Ты мне помогла встать на ноги. Я тоже тебе помогу встать на ноги. Принеси-ка мне записную книжку...
Лариса выполнила просьбу.
- Борис Аронович, голубчик. Сколько лет сколько зим?…
- Ба! Рад слышать ваш голос в добром здравии, Лео!
- Вы ещё заведуете клиникой? У меня есть одна перспективная девушка. Божественно делает массаж….Не пожалеете.
Разговор шел нужное количество времени и прекратился.
Судьба Ларисы была решена, но радовалась сейчас одна девушка.
Леокадия Семеновна прошептала:
- Он ещё вернётся.
**************
И оказалась права.
На следующий день Артём явился и выгнал Ларису.
Пока толкал её в спину, вниз по лестнице, несколько раз спросил, отписала ли ей мать квартиру.
- Нет! - отвечала она, но Артем не верил. Толкнул ее на улицу.
Такого унижения Ларисе никогда ещё терпеть не приходилось. Её буквально выкинули взашей.
Она поднялась с брусчатки.
Колготки на коленях были порваны.
****************
….Никакие протесты Леокадии Семёновны не помогли избежать такого исхода.
Она была слабее сына во много раз, а ещё и ударила его.
Он такого не мог простить.
Хуже всего было то, что женщина не знала, где искать Ларису. Не взяла у нее контактов…
Лариса сняла первую попавшуюся комнатку в коммунальной квартире, и радовалась хотя бы договоренности о будущей работе в клинике.
Но, после звонка Артёма в клинику Бориса Ароновича, Лариса лишилась и этой возможности.
Артём наговорил ему, что тот собирается зачислить в штат аферистку без медицинского образования, которая хотела оставить его мать без квартиры.
Ситуация была хоть плачь.
Леокадия Семёновна оказалась в заложницах у собственного сына.
И тут Лариса вспомнила о доброй женщине, которая дала ей телефон стареющий актрисы.
Оставалось только найти её, не зная, кем она работает и как ее зовут…
****************
Очень скоро выяснилось, что Лариса разыскивает институтскую библиотекаршу, Анастасию Владимировну Круглову.
Она приходится кузиной Леокадии Семёновне.
- … тут явился Артём и выгнал меня, - закончила она свой рассказ. - Решил, что я претендую на квартиру…. Какая чушь!
- Грустно, - вздохнула Анастасия Владимировна. - А ещё хуже то, что он наркоман после курса лечения за границей! И находится сейчас один на один со своей матерью…
Лариса вспомнила его пустые глаза.
Вот оно что...
Анастасия Владимировна начала звонить сестре, много раз, но связи не было.
- Нашей Леокадии угрожает опасность! - объявила она Ларисе.
***************
Ближайший час она произвела серию срочных звонков мужу и зятю, работавшим в органах, и направила в квартиру сестры полицию.
За это время Артём успел привести домой своего нотариуса, и заставить маму подписать завещание на выгодных условиях…
В дверь настойчиво стучали.
Артём как раз пытался заставить мать выпить горсть таблеток, якобы, витаминов, но она плотно зажимала рот.
Он хотел её ударить, и группа захвата ворвалась в квартиру.
Артёма взяли на месте.
Проверка таблеток показала, что это было сильнодействующее снотворное. Пяти таких было бы достаточно, чтобы Леокадия Семеновна больше никогда не проснулась…
Лариса кинулась обнимать свою подопечную со словами:
"Жива, жива!".
Анастасия Владимировна стояла рядом, утирала слёзы.
- Лео, хоть мы с тобой и не ладили в последнее время, но я рада тебя видеть живой!
- Спасибо, родные мои! - бормотала Леокадия Семёновна в слезах.
- Девочка, а ведь это ты спасла её! - поняла библиотекарша. - Ты!
*********
Вскоре после произошедших событий, Леокадия Семёновна изъявила желание продать свою огромную квартиру.
Из этих денег она купила две квартиры на одной лестничной клетке: двухкомнатную себе и однокомнатную Ларисе.
Оставшуюся часть денежных средств она завещала своей сестре Анастасии.
С теплом, Ольга.
Друзья, подписывайтесь на канал, здесь душевно.