Олеся стоит у зеркала и слышит знакомый голос в своей голове. Тот самый, что двадцать восемь лет твердит одно и то же.
— Опять растолстела, — шепчет она, повторяя мамины слова. — Кому ты такая нужна?
Телефон молчит уже третий день. Андрей не звонит, не пишет.
А внутри всё горит от стыда и пустоты.
Она открывает холодильник и достаёт бутылку вина. Вчерашнюю, наполовину пустую.
Или наполовину полную? Какая разница.
Олеся наливает в чашку — бокалы давно разбились о стены в приступах ярости на саму себя.
Первый глоток жжёт горло, но заглушает этот проклятый голос.
Мама звонит ровно в девять утра каждую субботу. Как по расписанию.
— Олеся, ты хоть работу нашла нормальную? А то сидишь в своём интернете...
— Мам, я фрилансер, я...
— ФРИЛАНСЕР! — голос матери становится пронзительным. — Это не работа, это блажь! В твоём возрасте пора уже...
Олеся отключает телефон и наливает ещё. И ещё.
Тишина становится оглушительной.
Пустая квартира, полная призраков
Квартира-студия в старом доме пахнет одиночеством и дешёвым вином. Олеся считает шаги от кровати до окна.
Двенадцать. Всегда двенадцать.
Она делает это каждое утро, как ритуал. Или как проверку реальности.
За окном — серый двор, серые дома, серые люди.
Соседка сверху снова орёт на детей. Голос пронзительный, знакомый по интонации.
— Сколько раз говорить! Руки помыл? Игрушки убрал?
Олеся вздрагивает. Этот голос живёт внутри неё уже столько лет.
Мамин голос, который стал её собственным.
Который судит, критикует, обесценивает каждое её движение.
Она включает ноутбук и пытается работать. Статья про красивую жизнь для глянцевого сайта.
"Как создать уют в доме". "Секреты счастливых отношений".
Слова противны, как кислое молоко. Она пишет про то, чего у неё никогда не было.
И никогда не будет.
Телефон молчит. Андрей исчез, как и все остальные.
Сначала они восхищаются её независимостью, потом устают от её боли.
И уходят. Всегда уходят.
А Олеся остаётся наедине с мамиными словами в своей голове.
Звонок в никуда
— Алло, мам? — голос Олеси дрожит от вина и отчаяния.
— Что случилось? Ты пьяная? ОПЯТЬ?
Слово "опять" разрезает тишину, как нож по стеклу.
— Мне плохо, мам. Очень плохо.
— А что ты хотела? Живёшь как попало, мужика нормального найти не можешь...
Олеся чувствует, как стягивается грудь. Воздуха не хватает.
— Может, приедешь? Побудем вместе?
— Мне некогда на твои капризы! У меня своих проблем хватает.
Гудки короткие, безжалостные.
Олеся смотрит на телефон и понимает: она совсем одна.
Она набирает номер Андрея. Сброс. Ещё раз. Сброс.
В третий раз он берёт трубку.
— Олеся, хватит. Мы же обо всём говорили.
— Я изменюсь, — шепчет она. — Брошу пить, найду нормальную работу...
— НЕТ. Ты не изменишься. Ты даже не хочешь меняться.
Он отключается. И Олеся остаётся с пустотой внутри.
Пустотой, которую не заполнить ни вином, ни мужчинами, ни работой.
Мамино зеркало
Олеся смотрит на себя в разбитое зеркало в прихожей. Трещина проходит прямо по лицу.
Как символично.
Она видит мамины глаза, мамин рот, мамино недовольство.
— Ты — это я, — шепчет она отражению. — И я никогда от тебя не убегу.
Память выбрасывает острые осколки детства. Мамины слова:
— Не позорь меня перед людьми! Веди себя прилично!
— Почему ты такая неуклюжая? На кого ты похожа?
— Если будешь так себя вести, никто тебя любить не будет!
Олеся была послушной дочкой. Она старалась, пыталась, ломала себя.
Но мамины слова впитались в кожу, в кости, в душу.
Стали её голосом.
Теперь она сама себя разрушает мамиными руками.
Телефон снова звонит. Мама.
— Я подумала... может, ты права. Приеду завтра.
Олеся замирает. Неужели?
— Привезу тебе нормальную еду, приберу в этой свинарне...
И она понимает: мама приедет не утешать.
Мама приедет продолжать то, что начала двадцать восемь лет назад.
Вино не помогает
Бутылка опустела быстрее обычного. Олеся лежит на полу и смотрит в потолок.
Пятна от старых протечек похожи на карту несуществующей страны.
Страны, где её любят просто так. Где не нужно оправдываться за каждый вдох.
Но эта страна не существует.
Голова кружится, но мамин голос не замолкает:
"Алкоголичка. ПОЗОР семьи. Ничего из себя не представляешь."
Олеся встаёт и идёт в магазин за новой бутылкой.
На улице холодно, люди проходят мимо, не замечая её.
Она прозрачная. Невидимая.
Кассирша в магазине смотрит осуждающе. Олеся опускает глаза.
— Пакет нужен?
— Нет, спасибо.
Она обнимает бутылку, как спасательный круг.
Единственное, что не уходит, не осуждает, не бросает.
Дома она наливает и понимает: завтра будет хуже.
Завтра приедет мама. Завтра начнётся настоящий ад.
Но завтра — это завтра.
А сегодня у неё есть вино и иллюзия забвения.
Завтра мама
Олеся убирает квартиру лихорадочно, как перед инспекцией. Моет посуду, прячет пустые бутылки.
Меняет постельное бельё, хотя мама всё равно найдёт, к чему придраться.
Покупает продукты, которые мама считает правильными.
И ждёт приговора.
Звонок в дверь разрывает тишину.
— Олеся! Открывай!
Голос властный, знакомый до боли.
Олеся открывает дверь и видит мамино лицо — красивое, ухоженное, холодное.
— Ну что, посмотрим на твою жизнь.
Мама входит, сканирует взглядом каждый угол.
— Грязь. Беспорядок. И воняет вином.
— Мам, я убиралась...
— УБИРАЛАСЬ? Это ты называешь уборкой?
Олеся чувствует, как сжимается в комочек. Ей снова семь лет.
Она виновата во всём: в грязной посуде, в пыли на полках, в том, что не смогла стать той дочкой, которую хотела мама.
В том, что дышит.
— Садись, — говорит мама. — Поговорим.
И Олеся знает: разговор будет долгим и болезненным.
Как хирургическая операция без наркоза.
Финальный диагноз
— Ты разочарование, — говорит мама спокойно, как озвучивает прогноз погоды.
— Я потратила на тебя лучшие годы жизни. А ты что?
Олеся молчит. Слов нет. Есть только пустота и тупая боль.
— Пьёшь, мужиков меняешь, работать нормально не можешь.
Мама достаёт из сумки лекарства.
— Вот, попей. Для печени. Хоть что-то от меня полезное получишь.
Олеся смотрит на упаковку и понимает: даже забота матери ощущается как упрёк.
"Ты больная. Ты неправильная. Ты нуждаешься в лечении."
— Я старею, Олеся. Скоро умру. И что останется после меня? Ты?
Слово "ты" звучит как диагноз.
Олеся встаёт и идёт к окну. За стеклом тот же серый мир.
Никого нет. Никого не будет.
Мама уходит через час, оставляя список того, что нужно исправить в жизни дочери.
Олеся смотрит на исписанные листы и наливает вино.
Завтра она попробует стать лучше.
А послезавтра поймёт, что ничего не изменилось.
И мамин голос в её голове будет звучать вечно.
А вы слышали голос матери в собственных мыслях?
Делитесь своими мыслями в комментариях! И подписывайтесь на канал, что бы не пропустить новые увлекательные материалы.