Наконец, я справляюсь с растерянностью, связанной с заявлением о моей мужской неполноценности, и принимаю решение поддержать моё мужское Эго.
– Ант прав, мы любим Стива! Проверь и провели много ночей с ним, – подмигиваю ему. – И не только ночей!
– Девушка, прости, но ты лжёшь! Он несчастен. Я в этом убеждён, – Мигард упрямо сопит.
– Да почему?! – меня просто бесит это. Откуда он всё это взял?
– Потому, что Стив – гениальный архитектор, а строит для людей.
Опа! Да что же их всех мой проект так задевает?! Красиво же!
– О чём ты говоришь? – пристаёт к нему Ант. – Ты же сам человек! Поясни внятно! Только не надо придумывать. Всё честно и прямо!
– Здесь, это… – мгновение Мигард молчит, и на лице мелькают: печаль, обида и возмущение. Ему очень трудно говорить, и он закрывает глаза. – Думаешь, почему в школе Стив со мной дружил?
– И почему? – мне становится горько.
Как я не заметил, что Мигард мучился такими проблемами? Как они возникли? Он, как и я, жил с дедом, и никогда не рассказывал, как погибли его родители. Может, это важно?
Бросаю взгляд на Сержа, тот кивает, и что-то начинает искать в своём планшете. Серж поднимает голову и смотрит мне в глаза. Я подключаюсь к его открытому сознанию. Ага, родители Мигарда погибли в пожаре. Так-так, а я и не знал этого! Интересно, а сам-то Мигард знал? Его дед был почти человеком, и я не помню, чтобы он страдал от этого. Он часто у нас бывал в гостях. Классный математик.
В школе Мигард был веселым и открытым. Значит, этот комплекс возник позже. Почему? Сколько со мной работает ребят, у которых матери из людей, и их совершенно это не беспокоит. Я поэтому напираю:
– Так почему с тобой дружил Стив?
– У него для этого были причины, – бормочет Мигард.
– Да неужели? Неужели ты считаешь, что у него были корыстные цели? – мне очень обидно, и я не смог этого скрыть.
– Что ты? – Мигард искренне возмущается. – Стив был классным, но дружил со мной, потому что сам был получеловек.
– Почему это получеловек? – теперь настораживается Клей, и, судя по тому, что по его лицу скользят золотистые блики, он не только говорит, но и следит за информационным полем. – Разве ты не знаешь, что расовые признаки определяются числом доминантных генов? Он асур!
– Все асуры – маги высокого уровня, а Стив мог только минимум, как ребенок двадцати лет. Убеждён, он страдал.
– Да почему?! Он же строитель! – возмущаюсь я. – Зачем ему боевая и прочая магия?
– Ну и что? Я химик, но любой эльф был лучше меня, а уж о болотных эльфах вообще говорить нечего. Они меня в упор не видели! – он хмурится и сердито смотрит на меня.
– Неужели? – Клей очень серьёзен. – Тебе в лицо это говорили? Помнится, твой второй дед – из горных эльфов. Тебя как-то называли, это обидное прозвище или что? Типа получеловек? Говори. Мы должны понять!
– Они… Нет, в лицо они мне этого не говорили. Да и не говорили мы об этом никогда! Однако… – Мигард закрывает свои большие печальные глаза, минута проходит в полном молчании. Мигард сжимает кулаки. –Да что уж! Хранитель Времени все мои проекты привёз мне обратно. Абсолютно все! Он очень извинялся. Сказал, что Совет Магов не рассматривает проекты полукровок. Представляете? Я тогда просто обалдел.
Герцоги угрюмо переглядываются.
– А ты знаешь, что Совет Магов вообще не занимается научными проектами? – Клей остро смотрит на него.
– Что?! Понимаете, я верю! – Мигард в недоумении. – Но почему?
– Удивлен, что ты этого не знаешь, – чуть хрипло говорит Клей. Я вижу, что он взволнован и забывает про свой образ розовощекого старикана. Мигард с восхищение смотрит на Хранителя информационных потоков, который становится асуром. Клей говорит спокойно и тяжело. – Да потому что этим занимается Научный совет каждого города и передаёт это в соответствующие отделы для применения! Почему ты не обратился к ним? Почему сразу послал изобретение в Совет Магов?
Мой одноклассник пожимает плечами. Я переглядываюсь с Мортом, что-то здесь не то! Как это парень из Ванкура не знал, куда обратиться с научными разработками? Клей слушает мои мысленные сомнения и сердито пыхтит. Я прошу:
– Давай, Клей! Что-то тут не сходится. Как он это мог не знать? Неужели там, где он работал ему лгали?
– Ты забыл представиться, – скрипит Клей, превращаясь в толстенького старикана. – Как нам к тебе обращаться? Ты ведь пришел, как Стив.
– Мигард.
– А где же ты работал?
Мой одноклассник чуть дергает плечом, его раздражает этот допрос.
– Я люблю биохимию, и сразу после школы уехал на Молурские болота. Там находится институт Биохимии растений.
– И ты хочешь сказать, что в вашем институте не знали, кто занимается научными разработками? Не сердись, но в это сложно поверить, – скрепит сердито Клей. – Мы немедленно займёмся проверкой!
Посерев, одноклассник шепчет:
– Нет, не надо никаких проверок! Видите ли… Эти разработки запрещены много веков назад.
– Вот как? – глава ОРПС переглядывается с Мортом. – Некромантия?
– Это не некромантия! – мой однокашник багровеет от едва сдерживаемого раздражения.
– А почему же ты думаешь, что твои исследования могли запретить? – Клей смотрит на него, не отрываясь.
Мигард хмурится. Ещё бы! Учёному признаться, что он некромант, это как расписаться в своей несостоятельности. В мире долгоживущих некромантия изжила себя.
– Люди извратили некромантию. Она же очень разная была! Её просто отшвырнули, а это неправильно! Там были очень интересные направления, которые много дали бы для понимания химии и биохимии. Я много читал старинных рукописей и поэтому решил поработать в одном из направлений. Мой проект предлагал изменить взгляд на это направление в развитии магии. Этим должен был заняться Совет Магов!
– Ты прав. Именно этим занимается Совет! – Дед встаёт и начинает ходить кругами по комнате.
Меня удивляет волнение Деда. Мигард же прав! Ведь Совет занимается анализом развития социумов, биосферы, сил, информационных потоков, общего поля планеты, и в том числе возможностями развития новых направлений магии. Что же тревожит Деда? Ага, он анализирует потоки силы и что-то не понимает.
Обалдеть! Дед, Хранитель Границ, и не понимает?! Это невозможно!
– Объясни, почему ты обратился только к одному из членов Совета? – тихо спрашивает Клей.
– Он же полноценный член Совета. Зачем же ему лгать?
– Действительно! – Клей скептически поджимает губы. – Может, ты как-то необычно описал свой проект? Может, там звучало понятие расы?
Мигард хмурится, пытаясь переварить вопрос. Я смотрю на Сержа, тот закатывает глаза в недоумении.
Я неожиданно вспоминаю старый спор герцогов, при котором случайно присутствовал лет семьдесят назад. Они праздновали какой-то свой личный праздник у Деда в пещере. Тогда Клей сказал, что ОРПС пора заняться некоторыми социологическими проблемами, а Серж возразил и сказал, что ОРПС работает с явными проявлениями преступления, а мотивацией должен заниматься Совет Магов. У ОРПС и так дел хватает.
Вот где закавыка! Мы привыкли полагаться на Совет, вот этим и воспользовался Хранитель Времени. Остаётся понять зачем?
– Он говорил, только о полукровках с кровью людей, или о любых полукровках? – уточняю я.
– Странно, но когда он говорил… Как же это я? Хм… Хотя… – Мигард мнётся. – Да, он прямо сказал это! Он сказал: «Никто не будет рассматривать проекты, создаваемые людьми и их полукровками.»
– Он это как-то мотивировал? – Клей хмурится.
– Нет, он просто сообщил это, как факт. Я спросил, при чём тут химия, а он сказал, что это сегодня никого не интересует. Главное то, что я получеловек и занимаюсь тем, что обычно интересует только людей, – Мигард мнется и добавляет. – Он говорил очень обыденно, поэтому я поверил, тогда.
– Вот как! Он людей связал с некромантией? – мой Дед мрачен, как грозовая туча.
Я, наверное, выгляжу ещё хуже, хорошо хоть иллюзия скрывает.
– Да! – Мигард на секунду замолкает, но продолжает. – Хранитель Времени сказал, что восхищён моими исследованиями в области некромантии людей. Сказал, что увлекается истории и поэтому оценил мой труд. Поверьте! Он был неправ, это не некромантия! Это совершенно иное! Хотя первые, кто стали работать в этом направлении, были некромантами. Их интересовали следы физиологии и биохимии человеческих тел, и не мёртвых, а живых, но, когда самих тел нет.
– Ты именно так написал в своем проекте? – уточняет Клей.
– Нет! Я написал проект использования сложных растворов для усиления некоторых свойств носителей магии. А его так и не стали рассматривать. Жаль, это бы дало скачок в развитии структурной химии!
– Тебе солгали, – бурчит Клей.
– Зачем? – Мигард опять хмурится.
– Не знаю. Каждый выбирает поведение по себе, и не может объяснить, почему он так выбрал. Откуда мы знаем почему иногда лгут? У каждого свои причины. Иногда отвратительные причины, но это их выбор, – Дед улыбается. – Может, поэтому мир так интересен?!
Эта улыбка освещала всё моё детство и вселяла уверенность, что я сделал правильный выбор. Дед поднимает брови и растроганно шмыгает носом, но не успевает ничего сказать, так как Мигард заявляет:
– Стиву очень повезло с родственниками! Его всегда поддерживали. Я знаю, что ты, Хранитель, поддержал решение Стива стать строителем. А ведь многие наши ровесники мечтали попасть в ОРПС.
Торк сердито фыркает.
– Глупости! Я когда учился и заканчивал школу, то не хотел работать в ОРПС.
– Кем же ты хотел стать? – Мигард с сомнением смотрит на Торка.
– Ювелиром, но стал работать в ОРПС, – Торк сопит. – Изготовление украшений теперь для меня просто хобби.
– Ювелиром?! Подумать только, ювелиром! – зрачок Мигарда расширяется, а потом сужается. – Тогда почему же ты работаешь в ОРПС?
Вот как?! Мигард взволнован, но тщательно это скрывает. Я смотрю на всех. Ожидаемая реакция, все смотрят на Торка, и он не разочаровывает нас.
– Чтобы мир стал лучше. Я и теперь ювелир, но всего Мира в целом. Оттачиваю прекрасное.
Мигард явно опечален.
– Это, правда? А я так хотел попасть в ОРПС, но туда брали только магов.
– Ты ошибаешься или тебе опять солгали. Здесь работают и не маги, – возражает Серж. – Да половина математиков и программистов во многих отделах ОРПС – не маги.
– Я не знал. Да и обсудить было не с кем. Стиву это было не интересно, он хотел только строить, а с другими я как-то не общался. Если честно, то я никогда не понимал Стива, и в молодости думал, что он просто так скрывает боль от того, что не маг. Однако вокруг него быстро собрались такие же, как и он.
Дед кивает ему.
– Они даже кружок строителей организовали в средних классах.
Мигард растерянно улыбается.
– Я помню. Знаете, я сначала думал, что они все не маги, но ошибся, среди его ребят были и маги, но для них это было не главное. Им было интересно строить.
– Да! – Дед улыбается. – Помнишь, как он с друзьями полностью перестроили тренажерный зал?!
– Помню! Так красиво и удобно, что не хотелось оттуда уходит. Даже заниматься тренировками там было в радость. Ребята из других школ часто приходили к нам, так им там нравилось. Однако, я так понял, что он работал последнее время в ОРПС? – Мигард внимательно смотрит на нас.
– Стив никогда не хотел напрямую работать в ОРПС, – возражает Морт. – Кстати, и сейчас Стив занялся пожарами только потому, что ему мешали строить.
– Ничего не понимаю! – мой одноклассник мучительно морщит лоб. – Зачем Хранитель Времени мне лгал? Он мне сказал, что Стив был в отчаянии. Сказал, что он погиб в одном из пожаров, после гибели его единственной подруги, которая его принимала таким, какой он есть.
Хм…Что-то он путается, то я одинок и девственник, то у меня есть подруга. Я немедленно говорю ему:
– Ты же сказал, что у Стива проблема с женщинами. Откуда подруга?
– Ой! – Мигард замолчал, потом признаётся. – Действительно путаница. Как я это проглядел?
У Морта появляются крылья. Уверен он, как и Дед, он что-то не понимает.
– Мы разберёмся. Но я уверяю тебя, что Стив жив, – Морт спокоен. – Мигард, а что ты предлагал?
– Я очень страдал, от того, что моя магия только на базовом уровне, но обнаружил, если использовать смывы с тела мага… – он резко замолкает. Морт угрюмо смотрит на него, Мигард вздыхает, но продолжает. – У меня были страстные любовницы, и после секса с ними я усиливал свою магическую мощь. Понимаете? Она поднималась выше базового уровня в два раза, особенно если интимные отношения были в ванной. Мне удавалось то, что раньше не получалось.
– А не влиял ли на твои способности сам секс? – Морт задумчиво переглядывается с Клеем. – Ведь в это время тело буквально кипит гормонами. Ты проверял уровень гормонов в твоей крови?
– Нет! Я получил тот же эффект, если купался в этой ванне один… Кхм… Много позже. Потом, когда они уходили. Вот поэтому я исследовал химический состав воды из ванной.
– Судя по твоему лицу, ты нашёл что-то невероятное, – подбадривает его Морт.
– Да! Важен не только химический состав, но и структурный. Я, знаете, обнаружил, что если секс был в ванной с пузырьками, то магический эффект такой воды отсутствовал. Не поверите, но я долго проверял. Очень долго! – Мигард говорит всё это с невероятным воодушевлением. – Я поэтому и залез в старые исследования, и оказалось, что раньше этим занимались люди-некроманты. Я там нашёл очень забавные названия: мёртвая и живая вода. Вы знаете, что это?
– Знаем, – кивает Ант. – знаем, что она бывает разной.
– Да-да! Я рассчитал различие в структуре, создаваемой электромагнитными полями клеток живого организма, умирающего и умершего. Ведь после того, как организм погиб, многие клетки ещё живут. Обнаружил массу упущений в прежних исследованиях. Они не учитывали время изготовления, время смерти, массу организма и так далее. Короче, стал читать работы древних некромантов, и потом начал изучать влияние солнца и лун на стабильность растворов, – у Мигарда заалели щёки от волнения. – Ведь можно построить специальные артефакты, ну и многое другое.
Герцоги переглянулись, понимая, что перед ними исследователь чистой воды. Удивительно, что мой однокашник не нашёл поддержки в институте! Ведь действительно – это новое направление в магии! Хотя, что это я! Он же скрывал свои исследования, потому что стеснялся некромантии.
– Ты это всё рассказал Хранителю? – уточняет Морт.
– Конечно! Я хотел доложить на Учёном Совете нашего института. Написал письмо в Совет Магов, и Хранитель Времеени специально прибыл для того, чтобы сделать заключение по моим исследованиям. Он, собственно, из-за возможного непонимания решил предварительно обсудить со мной, эту работу. Он рекомендовал мне не спешить с докладом в институте, – Мигард горько морщится.
– Он всё рассчитал, именно поэтому ты попался в ловушку своих сомнений, – рокочет Торк.
Мигард, волнуясь, смотрит на нас, и я увидел это. Мне ли не узнать этого выражения – я часто видел его в глазах моей Ягодки. Она не верила себе, сомневалась в своей привлекательности, но верила мне и моей любви. Ягодка, где же ты можешь быть? Что с тобой сделала эта мерзавка?
Опа! Мигард сочувствует? Но как он почувствовал? Сейчас мои мысли никто не мог услышать. Я же закрылся, значит он заметил реакцию моего тела. Какую?
Обалдеть! Он увидел, а Дед – нет?! Нет-нет! Это что-то другое. Что же может рассказать тело? Что?! Понял! Запах! Небеса! Как я мог забыть, он же химик?!
– Мигард, у меня очень резкие духи?
Хорошо спросил, потому что у всех мгновенно взметнулись брови, а мой бывший однокашник смущается.
– Ты женщина, а у твоих духов присутствует яркая мужская нотка. Не обижайся!
– Вот так-так, – бормочет Ант и ныряет в планшет, а потом спрашивает. – А не влияет ли аура мага, на запах?
– Эх! Я этого тогда не проверил. Конечно, аура влияет и на запах. Ну почему же я не доверял своим ощущениям? Эх, кpeтин! – Мигард кривится. – А ведь Хранитель Времени это знал, но не умел…
– Что не умел? – почти шепчет Морт, а мы замираем.
– А? Нет-нет, это так, размышления. Я бы тогда мог догадаться, но… Кстати, Хранитель был в восторге от моих исследований. Он уже имел массу информации, потому что, когда я сказал, что структура воды поддерживается аурой мага, то он не согласился. Эх! Я ведь тогда не увидел, что он… – Мигард закрывает глаза.
Похоже, парень понял, как его обманули.
– Вы с ним много говорили? – спрашивает Дед. – Нет-нет, мне не нужны подробности, но ведь ты ему доверился!
Мигард кивает.
– Он же предложил мне работать вместе. Я засомневался в его компетенции, ведь таким сотни лет никто не занимается. Он рассказал мне, что однажды видел, как вода сохранила ауру новорожденного ребенка. Он сумел эту ауру сохранить на долгие годы.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: