— Смотри, как она его обнимает — точно ведьма! — демонстративно сказала свекровь подруге на нашей свадьбе

Мы с Антоном познакомились случайно — в кафе, где я работала бариста. Он заказал капучино, а получил... моё сердце. Через четыре месяца он сделал предложение. Казалось бы, счастье! Но его мама, Галина Петровна, встретила эту новость фразой:

- Женишься только через мой труп!

Мы всё равно расписались — тихо, без лишних глаз. Я наивно думала: «Она же мать, она поймёт, мы же любим друг друга!». Как же я ошибалась...

На нашу свадьбу Галина Петровна пришла в чёрном. Не в переносном смысле — в самом прямом. Чёрное платье, чёрная шляпка, лицо, как на похоронах. Всё торжество она сидела в углу, буквально испепеляя меня взглядом. Когда мы с Антоном пошли танцевать, она громко сказала подруге:

- Смотри, как она его обнимает — точно ведьма!

Я же всё проглотила. Постаралась и виду не подать, что мне больно от ее слов. Но всё равно глубоко в душе ее слова засели намертво.

Антон не стал рисковать и приводить меня жить под одну крышу с его мамочкой. Вместо этого мы купили собственную квартиру. Думали, будем жить спокойно. Но нет! Каждую неделю к нам приезжала «посылка с заботой»: кастрюля борща, банка солений, пирожки. Антон радовался:

- Мама так любит меня!

А я чувствовала — это не забота. Это метка: «Мой сын. Не твой».

Однажды я решила поговорить с ней по-хорошему. Пригласила на чай, хотела найти общий язык. И услышала:

— Ты украла у меня сына и теперь настраиваешь против меня. Ты его приворожила, я точно знаю!

Тогда я поняла, что дело не во мне. Я нормально веду себя, пытаюсь ей понравиться. Всё дело в болезненной привязанности свекрови к единственному сыну. Любая девушка на моём месте была бы «врагом».

Спустя годы давление только усиливалось. Галина Петровна настраивала Антона против меня, шептала, что я ленивая, недостойная. А потом... придумала, что я не могу иметь детей.

Мы и правда долго не могли зачать. Но она разнесла это по всему городу: «Алина бесплодна! Род прервётся!». Антон, который всегда слушал маму, начал смотреть на меня с упрёком.

В один день я поняла: так жить нельзя. Мы с Антоном стали чужими. Всё, что он делал, спрашивал у мамы совета. Всё, что я делала, было неправильно. Такое чувство, что я была нужна ему только для постели...

Когда я подала на развод, Галина Петровна примчалась ко мне с криком:

— Не вздумай претендовать на его деньги! Всё, что у него есть, — это моя заслуга!

Но всё-таки Антон в самый последний момент решил дать заднюю. Сидя в ЗАГСе, он предложил съездить вместе в отпуск и там разобраться в своих чувствах. Мы сказочно провели две недели, а вернулась я домой уже с токсикозом.

Только тогда муж понял, что за счастье нужно бороться. Он будто отрезал от себя свекровь: перестал отвечать на звонки, поменял замки в квартире. А через месяц мы уехали в Питер... навсегда. Теперь Галина Петровна только голос в телефоне, чему я несказанно рада.