Вечером я еду домой из Зеленогорска одна, дочка осталась у бабушки. У меня с утра куча дел, и я планирую лечь пораньше. Сейчас сезон поисков, каждый день по два-три выезда, а я никуда не могу ездить, потому что постоянно с ребёнком. Я просто отключила оповещения тревожного канала, чтобы сердце не разрывалось на части.
Заезжаю в медицинский центр, чтобы пройти обследование для работы, делаю флюорографию – и то ли рентгеновские лучи на меня повлияли то, ли просто неутомимое желание помогать, но мне приходит в голову мысль «а что там в тревожке?». Выхожу из кабинета, открываю чат, последнее сообщение от Натальи (Безнаты): «Экипаж с Просвещения в 20:20». Сегодня сразу три поиска, Наташа едет в Приозерский район, где заблудился дедушка.
Не задумываясь, звоню ей, договариваемся о встрече, мчусь домой и понимаю, что рюкзака у меня нет. Я только сегодня вернулась из похода и оставила его у мамы. Звоню подруге: «У тебя есть рюкзак на одну ночь?». «Конечно, заходи». Моё спасение! Пулей забираю рюкзак, забегаю домой, хватаю поисковые ботинки, кидаю в рюкзак сменную одежду и термос с чаем. Одеваюсь, выбегаю, меня уже ждут Наташа, Регина (Лемби) и Василий (Мочалка). Начинаем наперебой разговаривать, все делятся впечатлениями с предыдущих поисков и сообщают мне, что нам ещё ехать за оборудованием и ориентировками. Странно: у нас выезд, а на месте нет оборудования? Оказывается, потерявшегося дедушку вышли искать столько его друзей и коллег, что навигаторов, раций и компасов просто не хватило на всех!
Приезжаем на место, передаём оборудование, переодеваемся. Старший на месте Антон (Тотошка) формирует смешанные группы из поисковиков и местных жителей и выдаёт задания. Получается, что все отрядные должны быть старшими в своих группах. Работа на отклик. Я тут же теряюсь: я не то что старшей не была, а я вообще ещё не участвовала в поиске при работе на отклик. В панике прошу Лемби напомнить мне правила, запоминаю по максимуму.
Все группы отправлены на задачи кроме моей и группы Лемби, произошла заминка. Подходим к Тотошке узнать, в чём дело, и оказывается, оборудования снова не хватает. Придется из наших двух групп сформировать одну. Лемби открыто радуется, я тоже довольна, что у меня есть возможность сначала посмотреть и прочувствовать работу на отклик. С нами в группе очень приятный мужчина Михаил, знакомый потерявшегося. Рассказывает, что тот очень честный, уважаемый человек, «всем дедушкам дедушка», его всем селом любят и ценят и очень переживают за него.
Лес сложный, мы то проваливаемся в болото выше колена, то пробираемся через заросли кустов. Да там весь лес – сплошные заросли. Смотришь и думаешь: а можно это обойти? Нет, нельзя, по задаче надо идти прямо. Работа на отклик каждые 200 метров, и каждые 200 метров воспринимаются как вечность.
Выходим на просеку, выдыхаем: наконец-то немного отдохнем от кустов. Вдруг недалеко от места привала Михаил замечает след, обувь большая – 45-46-й размер. Лемби замеряет сантиметром, так и есть, очень похоже на след пропавшего дедушки. Идём по нему. Отпечатки ног ведут прямо по просеке до речки; там видно, что человек потоптался у воды, не смог перебраться на другой берег и снова свернул в лес. На этом следы потеряны, дальше начинается чистейший сосновый лес, подарок измученному поисковику – далеко просматривается, идти легко, но... Следов-то больше нет…
Отмечаем на навигаторе место следов и возвращаемся туда, где свернули с маршрута по задаче. Продолжаем работу на отклик...
Дедушку мы так и не находим. Огорчаемся. Возвращаемся в штаб к шести утра. Мой экипаж меня не дождался и уехал, а я снова застряла в лесу. Дожидаемся из леса последнюю группу и отправляемся домой. В тревожном чате читаю сообщение: «Штаб свернут. Поиск продолжается»...
Анна (Далми), доброволец «ЛизаАлерт»
P.S. Этот поиск закончился хорошо. На следующий день дедушку нашли живым. О том, как это было, читайте здесь и здесь.