Найти в Дзене
Sergio Dilario

Посылка кошмаров

Пролог: Запретная покупка Курсор завис над кнопкой "BUY". Сто долларов. Сто чертовых долларов за "адреналин в коробке". Мои подписчики истерили: "Закажи! Это будет огонь!". Даркнет. Темная паутина, где продают всё: от ворованных наушников до костей неопознанных существ. Я вошел через Tor, сменив IP, как опытный сталкер. Ссылки от подписчика вели в лабиринты черно-красных сайтов, где всплывающие черепа грозили эпилепсией. "Жуткая посылка от маньяка. Гарантирован леденящий ужас" — гласил заголовок. Восемь лет назад стая бродячих псов чуть не разорвала меня на свалке. После этого меня не пугали страшилки. "Ладно, ради контента", — пробормотал я, нажимая кнопку. Глава 1: Лес теней Координаты привели на заброшенный военный полигон в тридцати километрах от города. Сумерки сгущались, небо плакало мелким дождем. Идеально для съемки. В багажнике "Гольфа" лежали лопата, топор, непромокаемый плащ и коробка с "подстраховкой": колбами с мутной жидкостью и бутафорскими пальцами. На гол

Посылка кошмаров
Посылка кошмаров

Пролог: Запретная покупка

Курсор завис над кнопкой "BUY". Сто долларов. Сто чертовых долларов за "адреналин в коробке". Мои подписчики истерили: "Закажи! Это будет огонь!". Даркнет. Темная паутина, где продают всё: от ворованных наушников до костей неопознанных существ. Я вошел через Tor, сменив IP, как опытный сталкер. Ссылки от подписчика вели в лабиринты черно-красных сайтов, где всплывающие черепа грозили эпилепсией.

"Жуткая посылка от маньяка. Гарантирован леденящий ужас" — гласил заголовок. Восемь лет назад стая бродячих псов чуть не разорвала меня на свалке. После этого меня не пугали страшилки. "Ладно, ради контента", — пробормотал я, нажимая кнопку.

Глава 1: Лес теней

Координаты привели на заброшенный военный полигон в тридцати километрах от города. Сумерки сгущались, небо плакало мелким дождем. Идеально для съемки. В багажнике "Гольфа" лежали лопата, топор, непромокаемый плащ и коробка с "подстраховкой": колбами с мутной жидкостью и бутафорскими пальцами. На голове — камера 4K, в руках — фонарь, режущий тьму алмазным лучом.

Машина уперлась в ржавый шлагбаум, поросший репейником. Фото из письма показывало: "Ищи у дерева с корнями-щупальцами". Лес встретил меня шепотом мокрых ветвей и криком невидимой птицы. Земля под ногами хлюпала, как губка, пропитанная кровью. И тут я их увидел — десятки самодельных крестов, торчащих из земли, будто кости мертвецов.

Камера включена.

Ребята, вы только гляньте! — мой голос дрожал от азарта. — Продавец — гений. Настоящее кладбище для "посылочки"!

Последний крест отличался. На нем висела табличка:

"Роман Попов. 2012–2018. Тьма поглощает слабых".

Глава 2: Гроб в земле

Лопата вонзилась в глину. С каждым ударом сердце колотилось громче. "Только не настоящий гроб, только бутафория…" — шептал я, но земля выдавила на поверхность маленький деревянный ящик. Детский гроб. Темный лак, запах тлена и сырости. Мурашки побежали по спине.

Камера крупным планом:

Видите?! Это жесть! Но что внутри...

Крышка поддалась лопате с жутким скрипом. Внутри — опилки, пахнущие хвоей и плесенью. Перчатки, приклеенные скотчем. Я натянул их на влажные ладони и полез в стружку.

Глава 3: Артефакты ужаса

Предметы выкладывались на камеру один за другим:

1. Скальпель. Холодный, блестящий, с заточенным до бритвы лезвием.

2. Фото. Дверь, исцарапанная до кровавых прожилок. На обороте: "Он скребся, как вшивая псина".

3. Солдатик. Пластмассовый, с отгрызенной головой и следами зубов на теле.

4. Список. "Хлеб, молоко, мука" — детский почерк, кривые буквы.

5. Варежка. Вязаная, с бурым пятном. Внутри — что-то твердое...

Я вытряхнул содержимое. На стол выпали пять детских пальцев. Ссохшиеся, с обломанными ногтями, обрывками кожи и черными запекшимися сгустками у срезов. Рядом — зип-пакет с осколками зубов. Клыки, резцы, покрытые желто-коричневой слизью.

Если это бутафория — я сниму шляпу! — выдавил я, но желудок скрутило спазмом. Камера зафиксировала мою бледность.

Картина сложилась сама:

Ребенок. Голод. Игрушка, обгрызенная до пластика. Дверь, исцарапанная в кровь. И кто-то... отрезавший пальцы.

Глава 4: Ночной гость

Я выключил камеру. Мысли путались: "Звонить в полицию? Но если это розыгрыш — опозорюсь..."

Сон оборвался в 3:00. Тихий голосок доносился из гостиной:

Раз, два, три, четыре, пять...

Я взял биту (подарок подписчика!) и крался на звук. В темноте угадывался силуэт мальчика. Он стоял, заложив руку за спину, и шепелявил:

Этот пальчик землю рыл,

Этот пальчик гроб открыл,

Этот резал, этот ел,

А последний лишь глядел.

Свет включился.

Лицо ребенка: землисто-серое. Глаза — мутные шары в паутине лопнувших сосудов. Правая рука — культя в грязном бинте. Рот — черная дыра с обломками зубов.

Дядя... Отдай мои пальчики? — его дыхание пахло гнилью.

Удар биты. Хруст. Теплые брызги на лице. Тело рухнуло, растекаясь алой лужей по полу.

Глава 5: Бегство

Кровь липла к рукам. "Призраки не истекают кровью... Я убил. УБИЛ". Мысли метались: "Спрятать тело? Бежать?"

Я схватил паспорт, деньги (всё, что копил на новую камеру) и рванул в ночь. "Гольф" мчался по мокрому шоссе. В голове — кадры:

- Полицейская сирена.

- Решетка камеры.

- Статья: "Блогер-убийца".

Через два дня в вонючем мотеле я нашел новость:

"Розыгрыш блогера обернулся убийством".

Подписчики подстроили "адскую посылку". Сценарий: мальчик-инвалид (актер) должен был испугать Ивана Самарова. Скрытая камера зафиксировала смерть подростка от удара битой...

Я выбежал во двор. Рвало желчью. Телефон разбил камнем. Машину бросил в лесу. Теперь только поезда, попутки и страх в глазах прохожих.

Эпилог

Гребаные шутники. Вы подарили мне вечный кошмар. Надеюсь, ваш смех стоил детской жизни.

P.S. Если читаешь это — знай: твой "прикол" сломал две жизни. Ты тоже проклят.