Марина проснулась с особенным предвкушением. Сегодня ей исполнялось пятьдесят пять, и впервые за много лет она чувствовала, что этот день может стать по-настоящему особенным. За окном светило мартовское солнце, и даже проталины на дворе казались праздничными.
Виктор уже встал, она слышала, как он возится на кухне. Наверное, готовит завтрак. За тридцать лет брака он никогда не забывал её день рождения, хотя подарки его часто расстраивали своей практичностью. То пылесос подарит, то набор кастрюль. В прошлом году вообще вручил сертификат в хозяйственный магазин.
— Мариночка, вставай, именинница! — позвал муж из кухни.
Она натянула халат и вышла. На столе стояли её любимые сырники, свежезаваренный чай в красивой чашке, которую берегли для особых случаев. Виктор улыбался, держа за спиной что-то небольшое.
— С днём рождения, дорогая! — он торжественно протянул ей сложенный лист бумаги.
Марина развернула его и не поверила своим глазам. Перед ней лежал самый обычный список покупок, написанный мужниной размашистой рукой: молоко, хлеб, картошка, лук, морковь, курица, гречка, масло растительное, стиральный порошок.
— Витя, это что? — она старалась сохранить спокойствие, но голос предательски дрожал.
— Твой подарок! — он лучился гордостью. — Я целый месяц думал, что тебе подарить такого, чего у тебя ещё не было.
— Список покупок у меня не было, это правда, — Марина медленно опустилась на стул. — Но объясни мне, пожалуйста, в чём суть подарка?
Виктор сел напротив, потёр руки.
— Понимаешь, я заметил, что ты стала забывчивая. Идёшь в магазин, а потом звонишь: что купить, что купить? Вот я и решил тебе помочь. Составил список самого необходимого. Теперь будешь носить с собой, и никогда ничего не забудешь.
Марина смотрела на мужа и чувствовала, как внутри всё холодеет. Неужели за все эти годы он так её и не понял? Неужели не знает, что она мечтает о цветах, об объятиях, о красивых словах, а не о напоминании, что нужно купить стиральный порошок?
— Витя, мне пятьдесят пять лет исполняется. День рождения у меня.
— Ну да, и что? Подарок же полезный. Практичный. Ты же сама всегда говоришь, что от цветов толку никакого, увянут и выбросишь.
— Говорю, — тихо согласилась она. — Говорю.
Завтрак прошёл в молчании. Виктор уехал на работу, напомнив, что вечером придёт Светка с внучкой и нужно что-нибудь приготовить повкуснее. Марина осталась одна с листком бумаги в руках.
Она долго сидела на кухне, рассматривая мужнин почерк. Ровные, уверенные буквы. Никаких помарок, всё аккуратно. Видно, старался. Может, действительно думал, что делает доброе дело?
Телефон зазвонил около полудня.
— Мамочка, с днём рождения! — это была Света, её дочь. — Как дела? Папа подарок подарил?
— Подарил, — Марина не знала, смеяться ей или плакать. — Список покупок.
— Что-что?
— Список покупок, Светочка. Молоко, хлеб, картошка...
На том конце провода повисла тишина, потом дочь выдохнула:
— Мам, он серьёзно?
— Серьёзно. Сказал, что я стала забывчивая.
— Господи, ну папа даёт! Мам, не расстраивайся. Я сейчас приеду, привезу тебе нормальный подарок.
— Не надо, Света. Всё хорошо.
Но дочь уже отключилась. Марина знала её характер – упрямая, как отец, но более чуткая. Сейчас примчится и устроит скандал Виктору.
Через час Света ворвалась в квартиру с огромным букетом тюльпанов и коробкой конфет.
— Где этот придурок? — она была явно взбешена.
— Света, не ругайся. Он на работе.
— Мам, ну как можно? День рождения жены, и подарить список покупок! Да у него совести нет!
Марина взяла дочь за руки.
— Светочка, успокойся. Папа не хотел меня обидеть. Он думает, что делает полезное дело.
— Полезное дело! — Света фыркнула. — Мам, ты что, всю жизнь будешь его оправдывать? Он же тебя за прислугу держит!
— Не говори так. Он хороший человек, просто... не очень понимает женскую душу.
— Не понимает! Тридцать лет женат, а не понимает! Мам, а ты ему когда-нибудь говорила, что хочешь получать нормальные подарки?
Марина задумалась. Говорила ли? Кажется, нет. Всегда благодарила за любые подарки, даже если внутри разочаровывалась. Воспитание не позволяло показать недовольство.
— Я не помню, чтобы говорила прямо.
— Вот! А потом удивляемся, что мужчины нас не понимают. Мам, ты должна с ним серьёзно поговорить.
— О чём говорить, Света? Мне уже пятьдесят пять. Поздно что-то менять.
— Поздно? — дочь присела рядом на диван. — Мам, ну что ты говоришь? У тебя ещё столько лет впереди! Неужели ты хочешь провести их, получая в подарок списки покупок?
Вечером пришла вся семья. Света с мужем Андреем и десятилетней Катей, сестра Марины Лена с букетом роз. Виктор накрыл стол, купил торт, даже вино откупорил.
— Ну, за именинницу! — он поднял бокал. — За мою дорогую жену, которая тридцать лет делает наш дом уютным и тёплым!
— За маму! — подхватила Света, но Марина заметила, как дочь покосилась на отца.
— Бабуля, а что тебе дедушка подарил? — спросила Катя.
— Список покупок, — честно ответила Марина.
— Что? — Лена чуть не подавилась вином.
— Витя! — это был уже крик. — Ты с ума сошёл?
— А что такого? — Виктор искренне не понимал, почему все на него смотрят как на идиота. — Полезная вещь. Марина постоянно что-то забывает в магазине.
— Виктор Петрович, — вмешался Андрей, — а вы подумали, что жена может захотеть получить что-то красивое? Цветы, украшение, духи?
— Цветы завянут, украшения у неё есть, духами она не пользуется. Зачем тратить деньги на ерунду?
Светлана резко встала.
— Папа, ты правда не понимаешь, или притворяешься? Женщине важно чувствовать себя любимой! Важно, чтобы о ней заботились не как о домработнице, а как о жене!
— Я забочусь! Зарплату домой приношу, не пью, не гуляю. Чего ещё надо?
— Внимания надо! Нежности! Романтики!
— Романтики, — буркнул Виктор. — В нашем возрасте какая романтика.
Марина слушала спор и вдруг поняла, что устала. Устала оправдывать мужа, устала делать вид, что всё хорошо, устала быть благодарной за крохи внимания.
— Хватит, — сказала она тихо, но все услышали. — Хватит ругаться.
— Мам...
— Света, не надо. Виктор, спасибо за подарок. Очень... необычно.
— Ну вот видишь, — обрадовался муж. — Марина понимает.
После ухода гостей Марина долго мыла посуду. Виктор сидел в гостиной, смотрел телевизор. Обычный вечер обычного дня. Только вот день был необычный — день рождения.
— Витя, — позвала она из кухни.
— Что?
— Подойди сюда.
Он нехотя оторвался от экрана, зашёл на кухню.
— Витя, ты меня любишь?
— Что за глупые вопросы? Конечно, люблю. Тридцать лет женат.
— А как ты это показываешь?
— Как? — он растерялся. — Ну... обеспечиваю семью, помогаю по дому. Не пью, не гуляю.
— А ещё как?
— Не понимаю, к чему ты клонишь.
Марина вытерла руки полотенцем, повернулась к мужу.
— Виктор, когда ты в последний раз говорил мне, что я красивая?
— Красивая? — он смутился. — Ну... мы же не молодые уже.
— Когда в последний раз обнимал меня просто так, без повода?
— Обнимал... на Новый год, по-моему.
— Когда покупал цветы не на Восьмое марта?
— Зачем цветы без повода? Деньги на ветер.
Марина села на стул, сложила руки на коленях.
— Витя, а ты знаешь, какой мой любимый цвет?
— Любимый цвет? — он задумался. — Не знаю. Разный носишь.
— Синий. Я люблю синий цвет. Уже много лет.
— А... хорошо. Буду знать.
— А какие книги я читаю?
— Какие-то женские. Про любовь всякую ерунду.
— А о чём я мечтаю?
Виктор стоял посреди кухни и явно чувствовал себя неуютно.
— Марина, что это за допрос? Что случилось?
— Случилось то, Витя, что я поняла: ты меня совсем не знаешь. За тридцать лет брака ты так и не удосужился узнать, что я люблю, о чём думаю, чего хочу.
— Но я же... я стараюсь...
— Ты стараешься быть хорошим мужем по своим понятиям. Приносишь деньги, не пьёшь, не изменяешь. Это хорошо, Витя. Но этого мало.
— А что ещё нужно?
— Нужно видеть во мне женщину, а не домработницу. Нужно интересоваться моими чувствами. Нужно иногда говорить комплименты, дарить цветы, обнимать.
— Но ты же никогда не жаловалась...
— А должна была жаловаться? Витя, любовь — это не только обязанности. Это ещё и внимание, и нежность, и забота о душе, а не только о теле.
Виктор сел напротив жены, потёр лысину.
— Я не умею всё это. Меня так не воспитывали.
— Научиться можно, — мягко сказала Марина. — Если захочешь.
— А ты... ты меня любишь? — неожиданно спросил он.
Марина посмотрела на мужа. Полысевший, постаревший, с морщинами вокруг глаз. Но родной. Отец её дочери, спутник тридцати лет жизни.
— Люблю, Витя. Но устала быть невидимой.
— Невидимой? Как это?
— Ты меня не замечаешь. Не как женщину. Я для тебя — функция. Постирать, приготовить, убрать. А то, что у меня есть душа, что мне тоже хочется слышать ласковые слова, получать знаки внимания — этого ты не видишь.
Виктор молчал, переваривая услышанное.
— И что теперь делать? — спросил он наконец.
— Учиться жить по-новому. Если хочешь.
— Хочу, — он кивнул. — Только не знаю, как.
— Начнём с малого. Завтра купишь мне цветы. Просто так, без повода.
— Хорошо.
— И скажешь что-нибудь приятное. Комплимент.
— Какой комплимент?
— Любой. Что в голову придёт. Что волосы красиво лежат, или платье идёт, или просто что я хорошо выгляжу.
— А если не хорошо выглядишь?
Марина засмеялась.
— Витя, комплименты говорят не только когда всё идеально. Их говорят, чтобы порадовать человека.
— Понятно. Буду учиться.
— И ещё, — Марина встала, подошла к мужу. — Обнимай меня чаще. Просто так. Потому что любишь.
Виктор неловко обнял жену.
— Вот так?
— Крепче. И не так быстро отпускай.
Он послушно прижал её к себе. Марина закрыла глаза. Когда в последний раз они обнимались дольше двух секунд?
— Мне нравится, — прошептала она.
— И мне, — признался Виктор. — Просто как-то не привык.
— Привыкнем.
Утром Виктор ушёл на работу, но через час вернулся с букетом тюльпанов.
— Это тебе, — торжественно вручил он цветы. — Просто так.
— Спасибо, — Марина зарылась лицом в жёлтые бутоны. — Очень красиво.
— И ещё... — Виктор покраснел, как школьник. — Ты сегодня... очень хорошо выглядишь. Платье тебе идёт.
— Правда? — она улыбнулась.
— Правда. А теперь я на работу опоздал из-за этих цветов, — проворчал он, но видно было, что доволен собой.
Марина поставила тюльпаны в вазу, достала злополучный список покупок и посмотрела на него. Потом аккуратно сложила и убрала в ящик стола. Не выбрасывать же — всё-таки подарок. Пусть лежит на память о том дне, когда её жизнь начала меняться к лучшему.
В магазин она пошла без списка и ничего не забыла.
