Часть 1: Наследие
Я похоронил деда неделю назад. Шестьдесят семь лет – не возраст для смерти. Здоровый, крепкий мужик, только на поясницу иногда жаловался – гантели уже не мог поднимать, как в молодости. Уснул и не проснулся.
Мы жили далеко друг от друга, виделись редко. Теперь я жалел об этом каждый день.
Работа дала мне две недели отпуска на оформление документов и разбор вещей. Квартиру решил продать, но пока – сдать. А еще был гараж, забитый хламом. Туда я и отправился в первый же день.
Часть 2: Гараж
Гараж пахнул бензином, мазутом и пылью – точь-в-точь, как в детстве. Когда-то здесь стоял дедов «Урал» с коляской. Он возил меня на нем, а я, маленький, разглядывал блестящие детали, пытаясь понять, как эта железная махина вообще едет. Потом мотоцикл сломался окончательно, и его продали на запчасти.
Я надел дедовы джинсы и клетчатую рубашку – чтобы свои не пачкать. От ткани пахло табаком и дешевым одеколоном – тем самым, от которого я воротил нос в детстве. «Шипр» или «Саша», что-то такое. Я всегда дарил деду нормальные духи, но он так и не открыл ни одного флакона.
Запах ударил в нос, и вдруг стало нечем дышать.
Ничей я теперь внук. Ни-чей.
В гараже я нашел кое-что интересное – старый бинокль в кожаном футляре. Одна линза слегка запотела, но в целом – рабочий. Вышел на улицу, проверил. Видно отлично: верхушки деревьев, двор, даже кот, крадущийся под балконами.
Часть 3: Наблюдение
Вечером, после уборки, я сидел у окна с биноклем. Во дворе было тихо – только ветер шевелил листья, да редкие машины гудели вдалеке.
А в окнах дома напротив кипела жизнь.
На первом этаже пожилая женщина танцевала у плиты, покуривая сигарету. На втором – мужчина курил на балконе и вдруг резко посмотрел прямо на меня. Я отпрянул, но через минуту снова поднял бинокль.
И тогда я увидел её.
Девушка лет двадцати, светловолосая, в тонкой майке. Она улыбалась, смотрела что-то смешное по телевизору, потом легла читать книгу. На бедре – татуировка, но разглядеть не удалось.
Я смотрел на нее до тех пор, пока она не выключила свет.
И тогда увидел тень.
Она скользила по стене дома, поднялась к ее окну – и просочилась внутрь.
Часть 4: Тени
На следующий вечер я снова наблюдал.
Девушка выглядела больной – бледная, с потухшим взглядом. Она сидела перед телевизором, сутулясь, будто на нее давила невидимая тяжесть.
А над ней, на потолке, висела тень.
Та самая, что я видел прошлой ночью.
Я перевел бинокль на другие окна.
Старик на втором этаже – его не было видно, только помехи на экране. А на стене – нечто, похожее на длинную ящерицу. Оно тянуло к полу щупальце.
В квартире молодой семьи горел свет, дети бегали, кричали. Там теней не было.
А в комнате девушки – пустота.
Часть 5: Скорая
На следующее утро к дому подъехала скорая. Потом – полиция.
Через час они вынесли тело, накрытое белой простыней.
Я разглядел в бинокль светлые волосы и босые ноги.
Часть 6: Ночь
Я лег спать, но не мог уснуть.
Вдруг вспомнил – окно в комнате приоткрыто.
Я рванулся закрыть его, но тело не слушалось. Паралич.
Рядом с ухом – шорох.
На потолке, возле люстры, расползалась черная тень.
Она тянулась ко мне, обволакивала лицо, залепляла глаза...
Часть 7: Побег
Утром я собрал вещи и сбежал.
В автобусе мне снился кошмар: дорога, пустой салон, а за окном – черные смерчи, которые пытались утащить меня обратно.
Очнулся от толчка – тетка рядом ворчала:
— Наркоман, чего разбухался?
Я улыбнулся.
Автобус увозил меня все дальше от того дома.
От теней.
От смерти.
Последняя мысль:
Не оставляйте окна открытыми на ночь.