Я всегда любил старые книги. В них есть что-то особенное — пожелтевшие страницы, потрёпанные переплёты, едва уловимый запах времени. Но та книга, которую я нашёл в букинистическом магазине на окраине города, была не такой, как все.
Она лежала в самом дальнем углу, на полке, заставленной пыльными фолиантами. Тонкий переплёт из потертой кожи, потускневшие золотые буквы на корешке — название стёрлось, и разобрать его было невозможно. Когда я взял её в руки, по пальцам пробежал странный холод, будто от прикосновения к льду.
Продавец, сухопарый старик с мутными глазами, даже не взглянул на меня, когда я протянул ему деньги.
— Берите, если хотите, — пробормотал он, — только не говорите потом, что я не предупреждал.
Дома я устроился в кресле, зажёг лампу и открыл книгу. Страницы были испещрены мелким, почти неразборчивым почерком, но чем дольше я вглядывался, тем чётче становились слова. Это был дневник. Чей-то личный, сокровенный, полный записей о вещах, от которых кровь стыла в жилах.
Первые страницы рассказывали о простых событиях — прогулках, встречах, незначительных происшествиях. Но чем дальше, тем мрачнее становился текст. Автор писал о тенях, которые преследовали его по ночам, о шёпоте, доносящемся из пустых комнат, о том, как предметы в его доме начинали двигаться сами по себе.
А потом появились рисунки.
Сначала — схематичные наброски, потом всё более детализированные. Лица с пустыми глазницами, искажённые гримасой ужаса. Комнаты с неестественными пропорциями, в которых двери вели в никуда. И самое страшное — существо, которое автор называл «Оно». Длинные конечности, слишком много суставов, лицо, состоящее из одних ртов...
Я хотел закрыть книгу, но не мог. Какая-то сила заставляла меня листать страницу за страницей, пока я не дошёл до последней записи.
«Оно здесь. Оно смотрит на меня прямо сейчас. Я вижу Его в углу, там, где тень гуще, чем должна быть. Оно шепчет моё имя. Оно знает, что я написал о Нём. Оно не простит...»
На следующей странице был лишь один рисунок — комната, очень похожая на мою. И фигура в углу.
Я резко захлопнул книгу. Сердце бешено колотилось, а по спине ползли мурашки. В комнате было тихо, но я чувствовал — что-то изменилось.
Я положил книгу на полку, но на следующий день её не было на месте. Я обыскал всю квартиру — тщетно. Казалось, она просто испарилась.
Но с тех пор по ночам я стал просыпаться от ощущения, что за мной наблюдают. Иногда мне кажется, что в углу комнаты, там, где свет лампы не достаёт, кто-то стоит. И шепчет...
И самое ужасное — я начинаю вспоминать слова из той книги. И понимаю, что они не чужие.