Он работал аудитором в одной из крупнейших компаний, где каждое утро пахло кофе и напряжением, а каждая неделя — просроченными дедлайнами и корпоративной усталостью. За спиной — двадцать лет опыта, на лице — постоянная тень недоверия к миру. Он не верил больше в символы, не верил в архитектуру, не верил в величие. Всё казалось манипуляцией. Пока не оказался в Риме — почти случайно, почти по ошибке, в отпуске, который сам себе не хотел позволить. Его занесло на площадь Святого Петра ранним утром — когда толпы туристов ещё не размазали священное напряжение этого места. Пространство было как будто вне времени. Колоннада Бернини обнимала его с такой идеальной пропорцией, что он впервые за многие годы почувствовал себя частью чего-то большого и одновременно живого. Прямо под его ногами — знак ветра на брусчатке, а над ним — взгляд Христа с вершины фасада собора. Всё было устроено так точно, так дерзко, так намеренно, что в этом вдруг ощутилась не религия, а проект.
И тогда его охватило ст