Владимир Маяковский вошёл в историю как поэт-громоглас, символ русского футуризма и бунтарь эпохи. Но даже самые мощные голоса когда-то были услышаны впервые. Тот, кто поверил в Маяковского и поддержал его на старте творческого пути, был не редактор и не мэтр литературы.
Это был художник — Давид Бурлюк.
До того, как стать символом эпохи, Маяковский был студентом Московского училища живописи, ваяния и зодчества (МУЖВЗ), только ищущим свой голос. Именно Бурлюк заметил его, помогал материально, звал к участию в поэтических чтениях, ввёл в круг футуристов. Но их связь не ограничивалась началом творческого пути. Бурлюк был соратником, идейным единомышленником и настоящим «промоутером» нового искусства. Он представлял поэта публике, поддерживал участие в литературных вечерах, защищал от нападок и враждебной реакции.
Их тандем стал сердцем футуристического движения в России. Один говорил словами — другой формами и красками. Они не просто создавали искусство, а формировали культурную среду, в которой оно могло быть услышано и воспринято. Через выступления, манифесты, совместные поездки по городам они строили не только облик футуризма, но и его публику.
Бурлюк был не просто наставником. Это художник с собственным методом, ярким стилем и ясной позицией. Его идеи стали опорой для русского футуризма — как в поэзии, так и в живописи. В 1912 году Бурлюк стал одним из авторов манифеста «Пощечина общественному вкусу», подписанного вместе с Маяковским, Хлебниковым, Каменским и Крученых. Это была дерзкая декларация, призывающая освободиться от академизма и искать новое искусство.
Именно там прозвучала фраза, ставшая лозунгом для нового поколения художников:
«Сбросить с парохода современности Пушкина, Достоевского, Толстого и проч.»
Это был не отказ от классики, а вызов художественной инерции. Манифест поднимал вопрос: как быть современным и создавать не копии прошлого, а язык новой эпохи? Бурлюк умел формулировать идею будущего. И сегодня, когда картины художников той эпохи становятся важной частью антикварного рынка, его имя звучит особенно актуально.
В начале XX века, когда большинство художников стремились к выразительности через цвет, Бурлюк пошёл дальше. Он сделал акцент на фактуре: краска в его работах стала не просто средством изображения, а самостоятельным выразительным элементом. Этот подход стал основой его художественной философии и отличал его среди представителей русского авангарда. Он описывал мазки как «занозистые», «крючковатые», «землистые». Его полотна объёмны, рельефны, почти лепные. «Фактура краски — первичней формы», — утверждал он.
Это особенно заметно в одной из его работ, представленной в нашей антикварной коллекции. В ней — движение, ритм, сопротивление материала. Картина будто просится быть не только увиденной, но и прочувствованной. Такая живопись органично впишется в интерьер, где важна энергия настоящего искусства.
После эмиграции в 1920 году Бурлюк жил в Японии, затем в США. Он продолжал работать, выставляться, издавать журналы, формировать художественное сообщество. Его энергия не угасала даже вдали от родины.
В Америке Бурлюк разработал концепцию «малых полотен» — выразительных, но компактных работ, которые могли бы висеть в домах самых обычных людей. Он говорил: «Каждый должен иметь возможность смотреть на картины своих великих современников». Искусство, по его замыслу, должно было стать не элитарным объектом, а живым участником повседневной жизни — доступным, осязаемым, настоящим.
Одна из таких картин — в нашей коллекции. Это подлинник, созданный не для музейной витрины, а для жизни. Он может стать частью частного собрания, дополнением к интерьеру или значимым подарком для ценителя искусства.
Позже Маяковский посвятит Бурлюку отдельную главу в своей автобиографии — и назовёт её «Прекрасный Бурлюк». Маяковский писал: «Мой действительный учитель — Бурлюк сделал меня поэтом… Выдавал ежедневно 50 копеек. Чтоб писать, не голодая».
Это не просто признание. Это — благодарность. Бурлюк раскрывал таланты, объединял творцов и влиял на культуру своей эпохи. И сегодня его картины — не просто эстетическая ценность, но и важная часть антикварного наследия XX века.
Наш антикварный магазин предлагает только подлинные произведения с историей — и работа «Девушка, выгуливающая коричневую корову» Давида Бурлюка среди них.
Все детали — в нашем Telegram-канале https://t.me/antique_buro_moscow