Я наверно изрядно утомил моего читателя различными философскими и физическими статьями. Поэтому решил сегодня немного отвлечься и рассказать одну из моих армейских историй.
Оглядываясь назад, на своё прошлое, на то, что со мной происходило в жизни, не вериться, что это происходило со мной.
Эта история, чистая правда. Но если кто-то решит, что это просто ещё одна армейская байка, я не буду с ним спорить.
***
Итак.
Так уж получилось, что в армии я служить начал ещё при СССР. Тогда конечно было всё по другому, как говориться "и трава зеленее, и сахар слаще" были.
Но уже тогда в армии были проблемы с кадрами.
В нашей автороте, где я имел честь служить командиром авто отделения в звании сержанта, и где в среднем было не меньше сотни военнослужащих, и столько же единиц различного автотранспорта, офицеров было то всего трое.
Командир роты, почему-то всегда старший лейтенант. Их за мою службу сменилось аж четыре. Замполит - да, в советское время они тогда были обязательны. Кстати, самый ответственный, надёжный, понимающий, но иногда и суровый командир. Собственно рота на нём и держалась.
И ещё был командир первого взвода, такой похожий на какого-то популярного советского актёра, лейтенант, которого мы видели в лучшем случае раз в месяц.
Также конечно были прапорщики. Как же без них. Но всего два. Старшина, мой земляк, поэтому он мне помогал, как земляку во всём. На старшине держалось в роте всё хозяйство. И был ещё один прапорщик, которого я даже не помню, потому что в роте он появлялся ещё реже, чем командир первого взвода.
Я рассказываю всё так подробно, чтобы читатель понял всю глубину усталости и замотанности у нас четырёх молодых, неопытных, недавно прибывших в роту сержантиков, на которых свалилась вся служба и управление ротой, и днём и ночью, а также все хозяйственные вопросы, включая и ремонт.
А ещё, т.к. у нас была авторота и больше сотни единиц автотранспорта, то у нас был и автопарк. И несмотря на то, что по уставу, дежурство по автопарку могла возлагаться на сержантов, только в исключительных случаях, то эти исключительные были тоже каждый день.
Командиры у нас менялись часто, замполиту дежурить было не по должности, как впрочем и старшине. А остальные командиры появлялись случайным образом и не могли быть назначены без их наличия, то и парковая служба с обеспечением, ремонтом и порядком выезда техники тоже ложилась на наши сержантские плечи.
Как говориться, мы "стойко выносили тяготы солдатской службы".
Но иногда это так доставало, что хотелось просто исчезнуть с "лица Земли".
Так мы и делали.
Как-то в один из дней, после целой череды бессонных дежурств я попросил своего сослуживца, сержанта Юрку, который в этот момент заступил на службу по роте, спрятать меня куда-нибудь, чтобы я хоть немного выспался за те все дни, что дежурил.
Когда после стольких бессонных ночей и редких часов пересыпа, перестаёшь понимать, где ты в данный момент служишь, кто у тебя дневальные, день или ночь, в такие моменты можно всякого не хорошего наделать. Всё-такие это армия. А у каждого дежурного по роте (сержанта) всегда были ключи от оружейки, где хранились далеко не игрушечные автоматы.
Поэтому надо хоть немного выспаться. Только в роте выспаться не дадут. Обязательно раз десять будут дёргать по пустякам или бумажки какие-нибудь подсовывать на подпись на запчасти, кого отправлять на выезд и т.д.
Ну я и прошу с утра, после ночи:
- Юр, захавай меня куда-нибудь, да завали чем-нибудь, чтобы не слышно было ничего, а ключ потеряй.
Ну Юрка так и сделал. Определил меня в комнату, которая на время ремонта каптёрки, ею была, завалил бушлатами, да и запер на ключ. Договорились, что часа в два дня откроет и разбудит.
Какой же я был наивный! Нет, заснуть заваленным бушлатами было просто счастьем.
Но просыпаться под крики замполита, которого было слышно через всю казарму и эту толщу бушлатов - это совсем другое.
Сквозь сон и гору солдатской одежды, я вдруг услышал:
- Где этот .... ! Найду, а дизбате сгною. Но только после того, как с матерью повидается. Дневальный, где этот ...? - Дальше шёл далеко не литературный трёх этажный жаргон, перемешанный с ударами. Видимо кому-то от замполита сильно доставалось. Он мужчина был основательный, практичный и строгий.
После таких слов сон, конечно, рукой сняло. Я ни как не мог понять, какая у меня мать тут приехала. Насколько я помнил, мать мне не докладывала, что собирается приехать в Сибирь из наших краёв.
Освободившись от горы одежды, через щёлочку в двери я наблюдал "зверства" замполита и из-за его криков ни как не мог потихоньку дозваться одного из дневальных, который был от меня не далёко. Второго дневального не было видно.
Сам я объявиться явно так просто не мог, потому что замолит всегда держит своё слово. Поэтому я всё пытался дозваться единственного дневального, который в страхе вжался в стенку, рядом с моей дверью и ничего не слышал.
Где-то примерно через полчаса, замполит устал буянить и взяв за грудки дневального сказал, ему.
- Если через полчаса сержанта не найдёте, сами знаете что будет. - Дальше шли не передаваемые планы возмездия, которые здесь передавать не будем. - Где дежурный? Тоже нет? В самоходе?
- Что вы товарищ старший лейтенант, сейчас второй дневальный за ним побежал и его приведёт. Он наверно в парке или на заправке. - Как обычно следовал стандартный ответ.
И действительно, в нашем автопарке, а тем более на заправке пропадала, хоть и не бесследно, не одна рота солдат.
- Смирно! Шагом марш на тумбочку. Я в офицерской. Жду пол часа. Что встал как столб? - Только начавший остывать замполит, начал опять возбуждаться не исполнением его команд.
Я понял, что мои желания дозваться до дневального, останутся только желаниями. Всё-таки интересно было узнать, что за мать ко мне приехала.
Дневальный зашагал на тумбочку. Но только замполит скрылся за дверями офицерской, решил бегом добежать до моей двери.
Только он добежал до двери и начал рассказывать, что случилось, как замполит снова выскочил из офицерской с громким криком:
- Дневальный!...
Запалились по полной.
Сейчас это кажется забавным, а тогда было почему-то жутко страшно.
- Дневальный! Я что сказал? Через полчаса если не будет ваших командиров (то есть нас с Юркой), все у меня на губу пойдёте. - И дальше снова шли не исполнимые в принципе, но страшные угрозы.
Но русскому солдату не привыкать изворачиваться не только в бою, но и перед страшным начальством.
Ну и дневальный, набравшись смелость, отчитался:
- Товарищ старший лейтенант, пол часа ещё не кончились.
- Ты будешь мне ещё указывать?
- Ни как нет, товарищ старший лейтенант.
Где-то минут на пять воцарилась тишина, после которой я услышал поворачивание ключа в двери, у которой я стоял.
Дверь распахнулась и за ней оказался взмыленный замполит.
И чтобы было слышно на всю казарму, прокричал:
- Так, вот где сержанты дрыхнуть любят. Что, кровать не нравиться? Позже мы с тобой разберёмся! - Так же громко продолжал он.
И тут же на минутку прикрыв дверь за собой тихо мне проговорил:
- Увольнительную я подписал. На столе в офицерской. И там же тебя ждёт мать. Но чтобы к 18:00 к разводу был на плацу. Ясно?
- Так точно, товарищ старший лейтенант. Разрешите идти?
Замполит открыл дверь и прокричал:
- Бегом!
Что я и сделал.
В офицерской было так, как сказал замполит.
На столе лежала увольнительная на меня, а на стуле сидела совершенно не знакомая женщина, которая встала и поздоровалась.
Вошёл замполит и тут же всучив мне увольнительную, стал меня выпихивать из роты вслед за уходящей женщиной.
Так я познакомился со своей второй "мамой". А после того, как мы покинули КПП, у узнал две истории, которые произошли чуть ранее.
***
Первая случилась значительно раньше.
Моя настоящая мать, пытаясь хоть как-то мне помочь и облегчить мне мою солдатскую участь (не знаю, кто и что ей наболтал про армейские будни), в разговоре с моей учительницей русского языка и литературы (у нас посёлок маленький и все про всех всё знают) выяснилось, что в Красноярске у моей учительницы живёт подруга. Ну и мать попросила как-нибудь её подругу навестить меня.
Сказано - сделано. Учительница позвонила подруге и та охотно согласилась. Подруга была одинокая и без детная, поэтому ей не сложно было выполнить эту просьбу.
И вот в тот день эта женщина и пришла. А замполит, поняв всю ситуацию, представил её, как мою мать, чтобы не было ни у кого лишних вопросов, ни у солдат, и уж тем более у начальства. Я же говорил, замполит был хоть и буйным офицером, но Офицером с большой буквы, понятливым и справедливым.
Я так благодарен этой женщине, что она так смело взяла на себя роль матери и до конца моей службы в этом замечательном городе, помогала мне во всём, сделав свою квартирку, фактически для меня вторым домом.
И в редкие дни, когда я всё-таки не был на дежурстве, совершенно официально, конечно при помощи замполита, выходил в город к себе "домой". Для простого солдата побыть в домашней обстановке, поесть домашней еды было за великое счастье.
А ещё, я как любитель чтения, для великой своей радости узнал, что эта женщина была ещё и библиотекарем, что позволило мне ещё и прочитать не мало хороших книг во время ночных бдений.
И из неё дома я отправился, в сохранённой в её доме, моей парадной форме, в свой настоящий дом.
А ещё я полюбил Красноярск.
***
А другая история была более короткая и прозаическая, хоть и не менее удивительная.
Юрка, когда закопал меня в новых бушлатах и закрыв меня на ключ, зная, что эти четыре часа до обеда обычно дежурных не ищут, т.к. они должны спать, решил сходить в город в самоход, наказав дневальному, чтобы если шухер, то он быстро бы его нашёл и вернул в расположение. А вот ключ Юрка по забывчивости, вместо того, чтобы отдать дневальному, унёс с собой.
Собственно так и произошло.
Если бы не моя вторая мать, всё бы прошло тихо.
Но бывают в жизни исключения.
Как результат, бедный дневальный, пока второго "мучил" замполит, менее чем за два часа в этом огромном городе ухитрился найти Дежурного и вернуть в часть. Причём очень тихо и незаметно.
Это сейчас нам кажется, что это просто не возможно за такой короткий срок.
Но русскому солдату любая задача по плечу.
Вот такая история.