На изображении представлен символ, который напоминает руну Одал, но с добавлением дополнительных элементов, таких как огненные языки пламени и ромбовидные фигуры. Руна Одал в традиционной интерпретации символизирует наследие, родственные связи и имущество. Однако в данном случае её оформление может быть связано с фантастическим или художественным контекстом, возможно, с элементами магии или силы.
©Совместное авторство ИИ Нейросеть Алиса и Николая Рукмитд- Дмитрук
Символ на изображении представляет собой стилизованную руну Одал, которая окружена природными элементами, такими как дерево, горы, луна и птицы. Руна Одал традиционно символизирует семейные ценности, наследие, гармонию и связь с предками. В данном случае добавление природных элементов усиливает её значение, связывая её с природой, цикличностью жизни и духовным наследием.
Дерево в центре символизирует рост, силу и связь с землёй. Луна и птицы добавляют мистический и защитный аспект, указывая на покровительство высших сил и гармонию с окружающим миром. Этот символ может быть интерпретирован как оберег, который помогает сохранить семейные традиции, обрести внутреннюю мудрость и защиту от жизненных трудностей.
Этот арт-объект есть не просто визуальная композиция, а полноценное пространство для взаимодействия со зрителем, вызывающее глубокие эмоции и размышления о темах протеста и свободы, заложенных в стихотворении Пёс. Совместное авторство ИИ Нейросеть Алиса и Николая Рукмитд- Дмитрук
Пёс
Говорить, конечно, надо небезгрешно.
Рвя зубами спешно,
что черно... небрежно.
Матом несуразным.
Антикуртуазным
словом безобразным...
В кость кулак и в харю.
Враз... под нож всю стаю.
Так я понимаю...
Не сидите тихо,
А гоните лихо.
Ссученого стиха.
А придёт их много...
Пса спустите злого...
Чтя меня такого.
Говорить, конечно, надо небезгрешно.
Рвя зубами спешно,
что черно... небрежно.
Перелистывая небо
Николай Рукмитд-Дмитрук
Город спит, грустя со мною.
Мысли тусклых фонарей.
Пахнет лоно лебедою
Запрокинутых полей.
У дорог в следах от бога
Звёзд небесность, ночь – реки…
Ризы белые Сварога
В чёрных струпьях чердаки.
Перелистывает небо… смотрит
Жизни в снах воды…
С лунно-огненного крепа
Звёзды падают в сады.
Лает в шорохи собака.
Тенью птица облаков.
Ветхо-млечная рубаха
Старца ветра куполов…
Листья, сорванные в травы,
Обронённые в росу.
В гуще полночи канавы.
Прах, опавший на слезу…
Дня, тоскующего тоже,
Весь нечесанный в меня.
И вселенная моложе,
В рай влюблённая, как я…
Искры каплющего сока
На ладонь души миров.
Бог, глядящий одиноко
Земли русских батраков…
Всё-то знает… как иначе.
Рвань носка, одна туфля.
Не печалься, святый старче,
Босый, в рубище и я….
На, возьми мою рубаху.
Пять копеек… всё что есть.
Ты на кол, а я – на плаху
О душе созвездий петь…
Город спит, грустя со мною.
Мысли тусклых фонарей.
Пахнет лоно лебедою
Запрокинутых полей.
У дорог в следах от бога
Звёзд небесность, ночь – реки…
Ризы белые Сварога
В чёрных струпьях чердаки…
Лолита-Анабель
На музыку Эннио Мориконе - Ladies and GentIemen…
Смотришь в дали огней одиноко,
ты в дрожании света зари,
звёзднокаплей древесного сока
увлажнёные губы твои...
Сном ночным увлечённая в травы,
обнаженная в солнце луна.
В пыль колосьев склонённые главы,
Слёз вселенной души глубина.
Угасание белых созвездий
в серебре млечношага ветров.
Огнепады небесных мистерий,
Ниспадающей ночи покров...
В солнце лона целующий ветер,
В сердце счастьем целующий бог.
В обмирающем отсвете клевер
преднебесно янтарных дорог...
* * *
Смотришь в дали огней одиноко,
ты в дрожании света зари,
звёзднокаплей древесного сока
увлажнёные губы твои...
Сном ночным увлечённая в травы,
обнажённая в солнце луна.
В пыль колосьев склонённые главы
Слёз вселенной души глубина...
Альтернативная сказка
В.- Здравствуй, красная шапочка.
Вижу... одна в лесу.
К.- Я красная тряпочка...
Щас... как дам... по носу...
В.- Фу ты, злобная девочка...
Я же добрый щенок.
К.- Ещё соври, что белочка...
На... под жопу пинок...
В.- Тише, тише... скаженная...
Ладно, наврал... прости.
Я сирота бездомная.
Хочешь меня спасти?
К.- Щас... как спасу... не вытянешь...
Понял... сраный волчок.
Ходишь тут... бродишь... зыркаешь?
Вот тебе в лоб... щелчок.
И не заглядывай в глазки...
В.- Ты откуда, дитя?...
К.- Из альтернативной сказки,
Где сожрали тебя...
«Выпитой эры дно»
Николай Рукмитд-Дмитрук
Время в каждом течёт рекой.
Выпитой эры дно.
Ты один, и ещё за тобой
Чьё-то окно.
Стальное небо - в осколки.
Цвет звёздный - ситро.
Надпись футболки:
"Метро".
Верю в пришествие духа
Ранних систем.
Жизни лагерной шлюха -
Мой суть тотем.
Что-то ещё от дали
И высоты.
Запах скуренной шмали,
Пьяная ты.
Чёрным начёрканы солнца
Детской рукой.
В снулой строке стихоложца
Образ пустой.
Имя забытого взгляда
Чьей-то судьбы.
Выбит первым из ряда
Плюнувший в лбы.
И батальоны смерти...
Стылость квартир.
Киллер по кличке Верди.
Спикер по кличке Шекспир...
Время в каждом течёт рекой.
Выпитой эры дно.
Ты один, и ещё за тобой
Чьё-то окно.
Зульфи
Шала из платка... в папиросу.
Мечети. Афганская ночь.
Созвездий увядшую розу
Рабыни сорвавшая дочь.
Истерзаны белые плечи -
Хозяин желает любви.
За косами след от картечи,
И имя чужое - Зульфи.
Орлицею бьётся и ланью,
В глазах непокорность и боль.
На ложе прикрытое тканью -
Богиня, отвергшая роль...
Белеющий след от картечи,
Прикрывшая перси коса.
Истерзаны белые плечи,
Поднятые к звёздам глаза...
*Шала - конопляный лист.
Звёздный блеск в твоей руке
Миг рожденья, жизнь и смерть.
Лет прошедших проповедь,
всё странно.
День, клонящийся к ночи.
Дым оплавленной свечи,
прохладно.
Звёздный блеск в твоей руке.
Лунный отсвет на виске,
цвет злата.
Синих глаз твоих печаль.
За окном мерцаний даль,
то свято.
Эта нежность наших встреч.
Я касаюсь твоих плеч,
сна явность.
Обернувшаяся ты,
Дочь рассвета и звезды,
губ сладость.
Мир видений неземной.
Ночь, ведомая звездой,
то главно.
Листьев трепет на ветру.
Твою вижу красоту,
как славно.
Чистота твоей любви.
Бог тебя благослови,
мне в радость.
В душу льющийся покой,
я, склонённый над тобой,
слов страстность…
Трепет огней жёлтых
Искры, летящие веером,
дым табачный.
Я, как и вечер, в сером,
тоже невзрачный.
Трепет огней жёлтых -
на рукав плаща,
Бликов приворотных
лунная вожжа.
Ветра неопрятность,
чем-то огорчённый.
Брошенная бранность,
лепет отвлечённый.
Лохматов заплаты,
грязные запястья.
Исподлобья взгляды -
верно, на ненастье.
Затворилось солнце
вдали за грядою.
Ночь глядит в оконце
бледною звездою…
К распростёртой над миром ночи
Грешный мир распахнул мне врата.
Я пришёл в него святый, как бог.
Родила меня мать у костра,
В чистом поле, меж пыльных дорог.
Нежно так спеленала в подол,
Поднимая глаза в немочи.
Всё молилась на звёзд ореол
К распростёртой над миром ночи.
И под шёпот усталый листвы,
При мерцанье хрустальной выси,
Осыпая росою с травы,
Прижимала, целуя к груди.
И вздыхала полночь о любви,
И катилась звезда за леса.
Отблеск дивный у края земли
Проискрил на её волосах…
Души недосказанность эта
Души недосказанность эта...
Исписан измятый листок...
Обрывки творений поэта...
Стихи мной написанных строк:
.........................
Утомилось солнце белое.
Дня херувим угасающий.
Вечер - дыхание цвелое -
С богом в ладонь разговаривающий.
Листьев отсветы червонные.
Звёздность сердолик струящая.
Ночи глаза влюблённые.
Россыпью с трав слезящяя…
.............................
Ты, обняв свои колени,
Смотришь вдаль, где свет луны.
От берёз большие тени
Ускользают за бугры.
На твои накину плечи
В мыслях звёздное шитьё.
Милый друг мой, эта встреча..
Как же долго ждал её…
............................
На тепло земли лист падающий.
Леность дня.
В руку зевающий
Также я.
Шёпот бессвязный в дали дорог.
Златом вкраплённый звёздный порог...
..........................................
Звёзды упали на плечи росой, звёзды упали.
Небо так близко достать бы рукой, только едва ли.
Свет от луны и трава в серебре – искры.
Ветра шаги по зелёной листве быстры.
Так же покойно, словно в раю,словно.
Шепчет мне полночь повесть свою - сонно…
...................................
Серой пылью окурен день.
Тихий ропот обветренных сосен.
Жёлтым стеблем обвитый плетень,
Грустным скрипом приветствует осень…
........................................
Белизна незашторенных окон.
Трепет звёзд, убранство ночи.
До земли золочёный локон,
Девы нежной синие очи…
........................................
Ночь уронила звезду в воды тихой реки.
Я стою на мосту, у дороги красные маки…
..........................................
Ветер трав не волнует.
Лёг на листву ракит.
Вечер о чем-то тоскует,
В синюю даль глядит…
.............................
Меж ухабов затёрты дороги,
Чёрным шлейфом закрытый простор.
В перекликах зазвёздные боги
Загасили небесный костёр…
...................................
Как могу описать всю твою красоту?
То глубокое, что я не в силах излить.
И напрасно искать в небе этом звезду.
Не одна не способна тебя отразить…
........................................
Звёзд мерцанье, дыхание неба.
Лунным светом залита дорога.
На копнах золочёного хлеба
Ночь прикрыла уснувшего Бога…
.........................................
Звёзд мириады, заполночь влекущая.
Дымные сады тишь убаюкивающая.
Свет исцелованный ветра лобзания.
Я зачарованный – все трепетание…
......................................
По ярам ночные огни бежевые.
День отброшен.
Скрадены ветром запахи смешанные.
В дали стреножен…
.............................................
Там где небо с землёй воедино.
При звезде, что воздета в выси,
Ангел светлый, склонившись у тына,
Песню пел синеокой Руси…
..............................................
Даль, звенящая в тиши в тайном свечении том.
В небо упёртые крыши звёздным задеты крестом.
Выстланы бисером тропы, явленный лунью узор
*Дымов небесных холопы вшили в полночный простор.
Древнеславянское дымы – дворы.
...................................................
Мерцанием бледным дрожащей слезой.
Ты манишь в безмолвную даль.
Таинственность эта.. И этот покой.
Звезда – ты рождаешь печаль…
.......................................................
Сменит ночь алым всплеском заря.
День погасит вечерний закат.
Дева-полночь, молчанье храня,
Вновь явит свой таинственный взгляд…
....................................................
Искренье астралов, переливы ночного схожденья.
Лунно-небесных яров видимых звёзд скопленья.
Солнца вращение. Планетарные светоблики.
Златоструение. Метагалактики. К далям земным…
Казнь Остапа
Он шёл в побоях, скованный цепями.
В лицо ему плевали старики.
А он молчал и лишь скрипел зубами,
Прикрыв рукой разбитые виски.
В крови, в пыли измазана рубаха,
Виднеются порезы на груди.
Но сердце больше не питает страха.
Теперь ему нельзя свернуть с пути.
Толпа кричит, кляня в словах Остапа,
И с силой бьются в спину голыши.
Сжимается на горле гнева лапа.
И нет тут сострадательной души.
На эшафот взошёл он без смятенья -
И прекратились окрики толпы.
И были в нем лишь стойкость и смиренье.
От данной не уйти ему судьбы…
Его пытали и над ним глумились,
Ему дробили кости на руках…
И волосы под мукой обелились.
Страданий ужас был в его глазах.
Ну вот и всё… Уже готова плаха.
Остап увидел острие меча.
К ногам упала клочьями рубаха,
И кровь струилась с рваного плеча.
Предсмертный миг… Обвёл глазами ряды.
Ни звука… В ожидании стоят.
Чужие привороженные взгляды.
Действа того свершаемый обряд.
Он выкрикнул, давя своё волненье:
-Ты где, отец?! - Я здесь! - Раздался крик.
Гневливый гул… И тысяч душ смятенье…
Но был уже не там седой старик…
* * *
Составь иллюстрацию к этому стихотворению. Нарисуй
Тетраграмматон
Властвуй над миром безпечно!
Опрокинь, порази, убей!
Я дарую тебе навечно
Жизнь народов и их царей.
Я дарую тебе их земли,
Их дома, города и дни,
Их погосты, дворы, колыбели,
Души их, их труды и сны.
Разметай праотцов их мощи,
Корней их истреби исток!
Их кумиров сожги и рощи,
Веры их растопчи цветок!
Так восславят меня вовеки,
Как восславят и твой народ -
Кои свет и суть человеки.
Я же бог ваш, отец и род…
Только имя моё и образ,
Моя воля и мой закон.
Моя сила, восторг и голос.
Одному мне земной поклон!
Опрокинь, порази, наследуй!
Остальные подобны слюне.
Так иди же - суди и веруй,
Возвеличив себя во мне…
………………………………………………………………………………………………
Властвуй над миром безпечно!
Опрокинь, изврати, убей!
Я дарую тебе навечно
Жизнь народов и их царей…
Я в таких темах не мастер.
Левиафан
Николай Рукмитд-Дмитрук
Надо бы, видимо, расписать всё это яркими доходчивыми красками.
И это правильно, высшие миры - это наша разведка.
Или, может, это всё описать простреленными касками?
Хотя нежелательно, ввиду узкого сырого застенка.
Где-то там за небом - скелет звёздных кораблей...
Под ногами - пластик бутылки.
Святорусских икона людей -
Под чувяк прокавказской лезгинки.
Так-то так-то, и звёзды в воде, хорошо, что присутствует вечность.
Я сегодня шагаю в нигде, от рожденья имея погрешность.
Нет, не так и совсем не о том психофизика жизни прабога.
Я клянусь, допотопным огнём прославляя прообраз Рарога.
Выбит в белые простыни ты,
Жизнь, зачатая в пьяном угаре.
- Кровь стирая, смени и тазы,
Ну а если не так - то по харе...
За леса, за болота, за космосы
Закатилась Звезда Коловратовна.
Солнцеходом украшены волосы
Проискренья праирия святого.
Взгляд твой - рая Руси многоцветного,
И проснусь я от морока чёрного
И миров истечения вредного,
И пути искривлений убогого.
Проявились вселенские всполохи,
В рябь миров пересветы янтарные,
И лучистых огней дали звёздные,
Океаны небесно-хрустальные.
Надо бы, видимо, расписать всё это яркими доходчивыми красками.
И это правильно. Высшие миры - это наша разведка.
Лучше детально и сказками,
Значимо как-то и резко.
Где-то там за небом - скелет звёздных кораблей,
Под ногами - плевки абазинки.
Святорусских глумленье людей
Под нытьё азиатской пластинки…
Составь иллюстрацию к этому стихотворению. Нарисуй
Арест Рукмитда
Ставропольский мятеж 2007 г.
Примят при свалке сапогами,
снова суд.
За правду схваченный властями,
меня ведут.
Щелчок… Наручники на руках,
овчарки лают вслед.
Но я не путаюсь в словах,
локальный инцидент…
Конвойный в спину смотрит косо,
устав, склоняющий карать.
Слуга упавшего колосса
готов казнить и убивать…
Опять решетки, часовые,
тюремных окон короба.
Засовы вдвинуты стальные -
удел восставшего раба.
Мне наплевать на срок и годы,
есть время жить и умирать.
Верхов воспетые уроды,
я то решил не принимать…
.................................
Примят при свалке сапогами,
под горло прут.
За правду схваченный властями,
упавших пнут …
Я в таких темах не мастер.
Погасший отсвет звезды
Узорно чёркаю, чёркаю.
Под стержень - листы, кресты.
Слагая, пишу и комкаю.
Где видеть мне свет звезды?
Немощной души приятие.
Под утро - обрывки строк.
Ночной заболоты объятия,
Изъятой искры восторг.
Упавшие в воды лучения,
Зари алая нить.
Той дали сестра провидения
Не в силах ко мне светить.
Не в силах, томленье тайное.
Моих сочинений - сор.
И чувство души хрустальное
К той, отвела что взор…
Слагая, вершу и комкаю.
Под стержень - листы, кресты...
И чёркаю, чёркаю, чёркаю...
Погасший отсвет звезды.
Колхозник
Сегодня в колхозе получка -
Как раз на бутылку и есть.
С утра у конторы толкучка,
Без мата, поди, не пролезть…
На ферме вчера умудрился -
Стащил комбикорма чуток.
Завскладом, по счастью, напился.
Надёжно припрятан мешок!
Поесть бы чего, да и нету.
В избе - хоть шаром покати.
А время, пожалуй, к обеду,
И как-то тоскливо в груди…
К Семёну зайти, что ль, случайно?
Какая ни есть, а родня…
А голод терзает отчаянно.
Авось, не прогонит меня…
- Да кто там ломится, ей-богу!
Иди посмотри-то к окну.
Дери меня леший за ногу,
Вот если не брат сопьяну.
Скажи, что ушел, и не знаешь,
Когда ворочусь ко двору.
Мол… Принять не можешь, хвораешь…
Пусть сходит проведать сестру…
И всё-то неймется засранцу -
Корми его тут и пои.
То хлеба, то каши, то смальцу!
Гони его на х.р, гони!..
…………………………………………………..
Сегодня в колхозе получка.
Как раз на бутылку и есть.
С утра у конторы толкучка.
Пойду-ка, попробую влезть…
Составь иллюстрацию к этому стихотворению. Нарисуй
Псевдорацио
Ветер доносит до слуха
Бранно-невнятную речь:
- Наших дворов разруха…
Могут… Тюрьма… Упечь…
В этой жизни никчёмной
Ты, как и я, ни в грош.
Бунт - против власти «родной».
Пуля в лоб… Или в брюхо нож…
И весь бунт… Да к тому ж, где средства?
И потом, без идеи - как?!
Нас сомнут по числу главенства.
Ты в дурдом, ну а я - в барак.
Фейс отбив, сволокут по ямам,
Без допросов и без суда.
Лучше так - по сто грамм и к бабам.
Без вопросов спокойней, а?
Дави мысли: «Где? Как? И откуда?
Отчего? Почему? Зачем?».
Что нависли, ещё не худо.
Тот целее, кто тих и нем.
- Но чем дальше вот так - тем гаже.
- Да… Но примешь - и ниц и цыц.
- Жить-то как? И стремиться как же?
Пресмыкаться… Любя убийц?!
- Ну, любить ни к чему, пожалуй.
Просто тише икай в ладонь,
Аккуратно ступай и балуй
И не трогай всю эту вонь.
- Ты советуешь жить амёбой,
Без надежды на лучший век.
Мол, ходи с неприкрытой ж…пой.
И смирись с тем, что не человек.
- Перекрасься под цвет системы.
Их дурилку хвали и пой.
И плутай, как плутаем все мы.
Не собой будь, а будь толпой.
Всё пройдёт, как пройдёт и это.
Бьют тебя… Ну а ты не злись.
Псевдорацио - наше кредо.
Живи в ж…пе и с тем смирись.
В тебя вилы - бросайся в ноги.
Просят глаз - говори, что слеп.
Суки если - кричи, что боги.
Им дай камень, себе же хлеб.
Выжить надо! А как иначе?
Тебя плетью - а ты в тулуп.
- И как долго быть в этом ср…че?
- Пока жив и ещё не труп.
- Ну, понятно, чего уж боле.
Только, видишь ли, дух свербит.
Сколько так - без тепла и воли,
Без свечения и орбит?!
Ясномыслия и убранства,
Уважения и любви?
Без величия мира пространства,
Без свободы, что в нашей крови?
Без корней доброты и правды,
В неразумности и ломоте.
Неудачам родного рады…
При болезнях и грязной воде.
Тьфу ты, господи… Бес похабства.
Лжезакон над душой и суд,
Злоузда добровольного рабства.
- Ты пойми… Так ступать - прибьют.
- Ну а как же величие века?
Кто отменит ход игроафер?
Дух подняв до небес человека,
Приближая свет солнечных эр?..
……………………………………………………………………………………….
Ветер доносит до слуха,
Чью-то невнятную речь.
Наших дворов разруха…
Ноша… Усталых… Плеч…
*Псевдорацио - здесь: мимикрия
Я в таких темах не мастер.
Города каменные мешки
Города каменные мешки,
Прут металлический стен.
Синтетические шнурки,
Засохшая грязь колен.
Вдыхаемый выхлоп авто,
Cирены блуждающий вой.
А что мне сказать на то?
Неважно… Иду домой…
Кажись, ни рубля, ни гроша.
Вчера всё пропил зараз.
Лишь помню обломок коржа
Да рыбы солёный глаз.
Ни спичек, ни сигарет,
И привкус ботвы с дерьмом.
В витрине мой силуэт,
Стою, прикоснувшись лбом…
А жизнь моя - чёрт-те чё!
А жизнь моя - тра-ля-ля.
Губа болит и плечо,
Неплохо гульнули, б...я.
Ну что тут стоять?! Пошёл…
Ни - что - же - ство - это я.
Немытый, в блевотине пол,
Затёртая грязь белья…
Бродяга ветер
Шепчет бродяга ветер: «Ты почему загрустил?
Может, кого не встретил? Или кто нагрубил?».
«Нет, - говорю, - скучаю, осень всему виной.
В общем, просто гуляю, хочешь, иди со мной».
Сыро. Бредём вздыхая, тянет пожухлой травой.
Осень, приход отмечая, сыплет поблекшей листвой.
Грустно. И как досадно… Так идём наугад.
Осень, и всё неладно, летней поры закат.
Почему так? Зачем? Откуда?
Мыслей бред и тоски новизна.
Тусклой осени сна причуда.
Мрачнодни. Ну, когда же весна?!
Падает лист под ноги, в шаге гнилые пни.
Серые тени дороги… Я обронил: «Извини».
Спутник промолвил: «Знаю, мне ль тебе докучать?».
В общем, всего желаю, завтра зайду опять.
Шепчет мне в спину ветер, только уже о своём.
Тихо подкрался вечер, чёрным взмахнул крылом.
Вот сверну у ограды, к дому ведёт тропа.
Вслед мне бродяга ветер грустно напел: «До утра».
Огнём небес
Николай Рукмитд-Дмитрук
Когда рождённый свет зари,
Воскреснув в дали планетарной,
Возжёт звездою алтари
Палитры космоса астральной,
Пред синью глаз незримо-зримой
Царицы вечности святой,
Целуя влас жены любимой,
Явится ангел неземной.
Огнём небес, искрой отсвета,
Дыханьем сфер, дождём в ветрах.
Возжённый Крес вселенной света,
Никчемных эр летящий прах.
В любви зачатое сверхдиво.
Небес злачёные края.
Богини след… войдя красиво,
Снесёт с креста своё дитя…
Мир просияет жизнью вечной,
И дух узрит своё родство
С духовной высью бесконечной,
Где счастья суть и торжество…
…………………………………………………………..
Когда рождённый свет зари,
Воскреснув в дали планетарной,
Возжёт звездою алтари,
Палитры космоса хрустальной,
Пред синью глаз незримо-зримой
Царицы вечности святой,
Целуя влас жены любимой,
Явится ангел неземной…
План Ост. Реконструкция
- Мы можем распознать захваченные миры
Человеческих рас по звёзднорассвету,
Нежити мать, жрущую жиры,
Выжатые из вас, и лона плаценту.
Психотронное оружие для осквернения разума -
Змея, кусающая себя за хвост,
Цифрокод, заменивший отчество, сына и кума.
План "Ост".
Вот они - спектральные выражения
Выдолбленных земных недр.
Колония пожирателей экскрементов,
Станция зондирования околоназемных сфер,
Этносегментов.
……………………………………………………………..
Мы можем распознать колонизацию миров человеческих рас
По горловой интонации,
Нелюдей знать, сдабривающую сыры кровью из глаз,
И род оккупации.
В пыль рассыпавшийся узор витражей ...
Сигнал китов и машин.
Слово "убей"…
И ПИН...
………………………………………………………
Мы можем распознать захваченные миры
Человеческих рас по звёзднорассвету,
Нежити мать, жрущую жиры,
Выжатые из вас, и лона плаценту.
Психотронное оружие для осквернения разума -
Змея, кусающая себя за хвост,
Цифрокод, заменивший отчество, сына и кума.
План "Ост".
Вот они - спектральные выражения выдолбленных земных недр,
Колония пожирателей экскрементов,
Борт этапирования околоназемных сфер,
Биосегментов.
………………………………………………………………….
Мы можем распознать искусственные миры
Нечеловеческих рас по антиотсвету,
Нежити мать, жрущую жиры,
Выжатые из вас и лона плаценту…
Агасфер
Нищеты наскоки, в теле дух едва,
Под свои же вздохи сбита голова.
Миска мамалыги, обожжённый рот,
При чинах сквалыги, при суме - народ.
Царствуй, разделяя, забавляясь всласть,
Секи, упрочая «Агасфера» власть.
На века земные исчисляй свой срок.
Те, внизу, - слепые, ты для них есть бог.
Ямами дорога, пыльная трава,
Плачет у порога русская вдова.
На ветру холодном мёртвые стебли,
Над славянским родом *жидокороли.
C тыла не прикрыты, в глубь души не зрим,
Лучшие убиты сотвореньем злым.
Макролик *Денницы, мыслей наших гнусь,
*Смоковницы дивность "проклял" Иисус.
*Колдовство завета, с мятого листа
Чернота фрагмента "мерзости" Христа.
Отец против сына, встал на брата брат,
За спиной раввина те, за кем сам ад.
С пьяной склоки драки, крестят всех в *бичи,
Стреляной собаки жалкий вой в ночи.
Роскошь воровская храмовых одежд,
Проповедь больная от лица невежд.
Скрыт от нас убогих истины просвет,
Сонм не *благу родных гасит звёздный след.
Непоклон просторам, стадный рёв толпы,
Бег по коридорам, под стоянье тьмы.
Дурноты наскоки, время недобра,
Древние осколки русского ядра.
Сброшен *кумир света, талмудиста речь:
- Проводите это… Род славян пресечь…
………………………………………………………………………………………………..
Отсветы дороги, златопыль травы,
Падает под ноги бирюза листвы.
Солнце небосклона, синева лугов,
В ночь глядит влюбленно бог земных основ.
В даль скользит янтарную белая река,
Под печаль хрустальную улеглись ветра.
Лунное сияние в тишине лесов,
Звёздное слияние дивных образов.
Млечное вкрапление, на свет сфер молюсь,
Святовоцарение – Ведическая Русь…
………………………………………………………………………………………………
Нищеты наскоки, в теле дух едва,
Под свои же вздохи сбита голова.
Миска мамалыги, обожжённый рот,
При чинах сквалыги, при суме - народ.
Русь
Где встречает дожди осень сонная
И листва в придорожную грязь опадает,
Славяно-Россия, что святой наречённая,
Смерть земную волхва оплакивает.
Руки белые в цепи закованы,
С ресниц слёзы янтарные ветер скрадывает.
Взор печальный её чернят вороны,
Беснований крик не смолкает.
Рвут, впивая кровь, язвой метя грудь.
Содроганье плеч, в ладонь скрытый стон.
И струится к ней звёзд погасших муть,
И распят при ней просветлённый он.
Специнтернат
Николай Рукмитд-Дмитрук
*Подшефных головы бритые.
Комплект вещевой белья.
При штампах - пальто неушитые.
*Тотаучителя.
Расцветки рубах поношенных.
Хлорная метка.
Проёмы окон зарешёченных.
Подрежимная восьмилетка.
Блок смешанных отделений.
Корпус два.
Введённых ограничений
Административная директива.
Новоприбывших первонедели.
Она. Адаптация «пси».
Под замком общаковые «кельи».
Нарукавные повязи.
Осуждён за неповиновение.
Он, МВД – РАЙОНО.
Сослан на переломление.
Как и те, до него.
Запрет на выход за территорию -
*Зэку подобный.
По расписанию
Быт поднадзорный.
Увольнительной лист тетрадный.
Оттиск учреждения.
Текст непечатный.
Обязательность возвращения.
Ступень иерархического контура.
*Шеф – класс.
С наговора
Битый не раз.
Утверждённый статус смотрящего.
Лидеры групп.
Нижестоящего
Кровь губ.
Правда и ложь слов.
Действия профсостава.
Будь готов!
Партии - слава!
Пресечённая влюблённость.
Чрезвычайные положения.
Многих обделённость.
Госраспределение.
Войны с вольноживущими.
Взаимопрезрение.
Избиваем нещадно ногами.
Ожесточение.
Летящие в голову камни.
Изодраны пальцы.
- Ещё пни…
*Инкубаторцы.
В чёрный список занесённые имена.
На контроле у комиссии по несовершеннолетним.
Беспроволочная стена.
- Ну, что, бежим?!
В нагрудном кармане окурков горсть.
Приёмник-распределитель.
Не доехал самую малость.
*Ментом оказался водитель.
Второй объявился позже,
сутки спустя.
Ввели под конвоем тоже.
- Дмитрук Николай?!
- Я…
Обобщённые характеристики.
Данные о семье.
Уроженец такой-то республики.
Сколько детей кроме.
Есть ли отец, мать.
Число поступления, год.
Биографическая тетрадь.
Первовывод.
Шмат солёного сала.
Кавказцев ось.
*Ствол самопала.
Русские - врозь.
Не родно - роднородители,
Как правило, люди праздные.
У неё на глазах увели
Брата сотрудники властные.
Графа заполненная.
Лист с загнутым углом.
Команда поутренняя.
- Всем - подъём!
Проёмы окон зарешёченных.
Специнтернат.
Списки никчёмных.
Металл оград.
Рвань красного галстука.
- Передние, стой!
В тени переулка
Колонны строй…
……………………………………………………………………………………
*Подшефных головы бритые.
Комплект вещевой белья.
При штампах - пальто неушитые.
*Тотаучителя.
*Специнтернат – учреждение закрытого типа советского образца периода 1980 г., образчик псевдомакаренковской системы воспитания. Кульминация влияния скрытых агентов пятой колоны западного деструктора (разрушителя). Подготовка повторной противоестественной искусственной бифуркации (переворота) русского мира.
*Подшефный(е) – учащиеся нижних (младших, средних) классов, не наделённые административной властью.
*Тотаучителя (лат.totalis, totalitas) – здесь: учителя-воспитатели тоталитарного режима, тотальный контроль над всеми аспектами жизни.
*Шеф-класс – учащиеся старшего выпускного класса, наделённые административной властью над нижестоящими (младшими, средними) классами (подшефными).
*Кличка всех учащихся спецучереждения, полученная от учащихся свободных школ, в свою очередь, носящих кличку «домашние коровы». Здесь: авт. - доквы.
*Мент (жарг.) – здесь: милиционер. Официальное определение 1812 г. Ликвидация - 2011 г.
*Ствол самопала – самодельное огнестрельное оружие. Поджег. С проделанным отверстием металлическая трубка на деревянной основе. С зарядом серы от спичек или порохом. Начинённая для стрельбы откусанными шляпками гвоздей...и т.д.
Запись Рукмитда о Рукмитде. Гамен
Николай Рукмитд-Дмитрук
(1) - С восьми лет осужден… как я понимаю.
Спецшколу отнянчил с режимом под клуб…
(2) - Всем этим обкурен… того не скрываю.
Наставник назначил смотрящим подгрупп.
Всё это неважно… Сложилось и вышло…
Крыло звеньевого сменил на повидло,
С ворованных банок столовой в засовах,
Под драки в побеги с ночёвкою в зонах
Полей и оврагов под ветры на трассах.
Под красное флагов был Сталин в камазах
С звездою на френче, тюремец погорьше.
Взгляд с фото при встрече, осужденный тоже
Народом, и богом, и чёртом, и мраком…
Сцепился с пороком, отравлен варлаком…
Такого вот много счастливого детства.
Под Брежнево око…без хлеба… консерва…
(1) – Нельзя ль поподробней… пошагово как то.
С фактурностью ролей реального факта…
Чтоб без выпендрёжа, важна откровенность.
(2) – Ну вот моя ноша, коль просишь на бедность:
Не место тут правит, не пойма рассказов,
А важен, кто канет в дерьмо унитазов.
Кто он… то есть я … а потом уже всяко.
Но это как фон, с полыньёй переляка…
Избит, было, в школе задолго до факса,
Поймали на воле меня, лоботряса.
Не верил в учёбу я мёртвого слова,
Ни в маму, ни в папу, ни в бред мирового
Труда созиданья, ни в прочую мету…
Мой преподаватель учил за конфету,
Что в виде ремонта каморки в бараке
Для быта его… Ну а я из-под палки…
За месяц прошёл полугодия норму,
И был водворён на иную платформу.
Мол, нет потолка у меня, как и выше,
С медалью златой, мол, взойдёт он по крыше
К вершинам наук, ну, и прочего спама.
И рада была этой новости мама.
Учителем этим была Валентина.
Фамилия стёрлась… не стёрлась картина.
Все ждали прорыва, успеха и блеска,
Но умерло всё от внезапного треска.
Пустой оказалась к уроку тетрадка.
Ни строчки, ни буквы, ни формул порядка…
Я выполнил дело… И плюнул на блага.
Она не стерпела…В лицо… да с размаха
Ударила тупо, натужно и вязко…
Змеясь белозубо… Такая вот… ласка…
Травмирован был я побоями с ясель.
Ответил ногою под лоно… за табель
Такого вот финта… А сердце-то плачет.
Ребёнка обида… ничто ведь не значит.
Собрали ватагу, судили в отместку.
По детства - ГУЛАГу отбыл я за стенку…
Нашлись аргументы… и прочая радость.
Всеаплодисменты. И мука за шалость…
Понятно, жизнь в смальце, не ложка приварка.
Но если вот вкратце, такая вот… вставка…
С восьми лет осужден… спецшколу отнянчил.
Отсюда натружен… Кого кто уважил?
(1) – Отменно… однако. Что было же после?
(2) – Свет лампочки ярко… с парашею возле
Стена коридора, обритый затылок.
Рябица забора, и бани обмылок…
И не было как-то и вовсе до смеха.
Инструкция власти с законом от зэка.
Фиктивные спальни с учётом казармы.
В зловонии дряни сортирные ямы…
Рассветная сцилла в завечер харибды.
Шеф с лычкой Админа зашёл для обиды…
Сопливый люд малый, визит для опроса.
В кровати усталый, гляжу на Колоса.
Присел он с подбока, и взгляд неопасный.
За что два с урока влепил тебе классный?
И голос-мурлыка пробрал аж до сердца.
«Была, мол, ошибка как грязь с полотенца».
«Помарка вкось жирным…» И хрясь мне в лобешник
Своим же гранитным… И умер младенчик…
Прикрыл одеялом и царствует к прочим.
«Свет счастья суть в малом…». Мол, если захочем.
От этого тошно… ушёл я в побеги.
По следу, как должно, менты-человеки…
И мир оказался коробкою спичек.
А кто обоссался, то дело привычек…
(1) – Отменно и кратко. Реку к продолженью.
(2) – Такая вот палка к среде-воскресенью.
Подрезаны крылья… По белому пальцы…
Дактилоскопия. Но то не нюансы…
Что фактов надёжней, сырец лишь и только.
Чем дальше всё сочней, а рвётся, где тонко…
Нет строго критических взглядов на вещи.
С того на сейчас суть единые клещи.
Как царствовал в мозге червь инопротечи
Всё то и в итоге, что в жесте, что в речи
Великого спада… Суть трезвого мало.
Морали не надо… Лишь верно, что стало.
Сличением с прошлым и с этим текущим…
Всецелообзором природ к наихудшим…
Как правило, били уже после горна,
Когда протрубили сигнал моветона.
Пусты бытовые, ночь окон - «портьеры».
Все мы рядовые, шеф-класс, офицеры…
Тотальность начальства мостит за ворота.
Вся прорвы орава уже не забота…
Лишь с глазом стеклянным привратник собачит,
С лицом неопасным, но что это значит…
Да пара парашниц, как связь оперчасти…
Да мало ли задниц иссученной масти,
На час усиленья режима под завтра.
Весь смысл с поученья его перегара…
Решётки проёмов, стена за три метра.
Во что души норов и в чём кого вера…
(1) – Какая основа всех этих колоний
К лишенцам без крова по свойству огоний,
Что… по головам пересчитаны много…
Что думаешь сам, ненавязчиво строго…
(2) – На время, когда я попал под надзорность,
Был час перехода страны в коматозность.
Но это вторая волна от двадцатых…
Марксиста жена перводней легендарных
Суть мать категории места и стула
И всяко истории школьного гула…
Эн Крупская с Ка, опекун и новатор.
Колония с именем тем в изолятор…
Основа злоакций – тепло сердец взятых,
С души бифуркаций, в тьму улиц проклятых…
Однако… сказать нужно…несколько слов.
Про суть иерархии козлищ в козлов:
Меня нет в массовке… мой след вне толпы
Аффекта в наколке их жизнегробы.
И это суть скверна, что важно избыть.
Картуш Карфогена – убить или жить
Мне сверх не по нраву к значению порч.
Не мощь дарит славу, но нагая мочь,
с могущества Онно что множием в Азъ
Чтоб сжить нарратива бездушия фарс…
Весь смысл по корням… в вековом бардаке.
Я враг злоцарям… что в миров дураке…
С подлогов подонки в такой же подлог.
Мертвец жизнесоки сосущий их бог.
Не чтоб отступленье всё то, что сказал.
Потьмой посвещенья мне стал аксакал…
С крылом на предплечье Анти по Админ.
По зэку соречье с нутром дисциплин.
И к вашим, и нашим, к себе злат-алтын.
Хозяин суть младшим, начальству как сын.
Ночная поверка его, что по нам.
В меня, ставши цепко, вложил свой харам.
«Крыло звеньевого ты сбросил на пол.
И это суть ново… как есть произвол.
Ты будешь смотрящим над прочими здесь.
Суть оком всезрящим в любую ересь…
Откажишся если, быть битым учти.
Короче, не медли… Теперь ты Махди…
Чтоб не было шума, ни прочей возни.
Режим выше кума, и чтоб без ху*ни…»
«Да пусть кудкудахчет, что мне до него».
Уснул себе, значит, не зря не в кого.
Под заполночь время… весь блок на ушах.
Кидает отрепья в еврея вайнах…
Как впрочем, и русский. Пролетариат.
Под свет лампы тусклый пришёл и шеф-брат.
Настойчиво будет… Удар в дых итог…
И тут же футболит, мой снятый сапог.
Летящий на право… И плюнувший в сан,
Упавший коряво, в свой спальный карман…
«Крыло воровское ты сбросил на пол.
Как то, и другое… суть есть… произвол.
Теперь на вниманье, как жил я до вас.
Задал мне желанье старшак своё раз.
Разбить стекло окон к потехе его.
Иль будешь поцокан, дам в череп легко…
И что же я сделал, чтоб выполнить цирк?
На младшем отъехал… мол, вырву язык…
Он, сделав, попался, а я при своём…
Всем тем отсчитался, не будь дураком…
Ты будешь смотрящим над прочими здесь.
Суть оком всезрящим в любую ересь…
Режим выше кума, всё это учти…
Чтоб не было шума, теперь ты Махди…»
И вышел за двери в высокое зло…
Считая потери, я поднял крыло…
(1) – Я внемлю без звука, прошу, продолжай.
(2) – Закон предрассудка, не принял… сбегай…
И вот, заручившись стрельбой в приговор,
Меж тем не озлившись, я стал жить как вор.
Ни дыр, ни помарки, закон есть закон.
Озвучуя сказки под сна перезвон,
Под матери руки, как брат и отец,
В их жизни созвуки взирая сердец…
Карал лишь безмозглых, что пренебрегли,
Поступком в недобрых плюя на угли…
Не веруя в рану мою, как в свою,
Бил в ухо смутьяну, как и холую…
Немногое в редко случалось и так.
Сам выловил метко за врученный ранг.
Из смежного блока зашёл как-то гость.
Старшак из потока с издёвкою в злость
Вихлявой походкой хозяина вся.
Соплёй босоногой… пресёк его я.
Ударом в торец отрядив меня прочь,
Означился жнец под слюны кровоточь…
Разбора ж… не… до, не к тому… заморочки.
Жалею лишь, что не носил я заточки.
Презрел я отсюда на тех и на всяко.
Лишь правит паскуда в душ лужах трояко.
От этого тошно… ушёл я в побеги.
По следу, как должно, менты-человеки…
И мир оказался коробкою спичек.
А кто обоссался, то дело привычек…
Понятно, жизнь в смальце не ложка приварка.
Но если вот… вкратце, такая вот… вставка…
Закон выживания мегаподлейших
В подпункт пресмыкания ниже простейших..
Сведением доброго в срез негатива.
Слечённая с большего злоперспектива.
В среде псиюродства рожденный без кожи
Всех тех, что без свойства прозрения в мокше…
«Теперь ты смотрящий… Вели… и суди.
Гамен окозрящий… с прижогом Махди…».
Босой
ПАдушку душит
Рядом муж дЫшит
За окном кружит
Осень да снежит
Кочан в борщ зАшит
В стол комар кружит
Он голОй лежит
Та Его нежит
Молода лежит
И рассвет брЕжжит
муж жену тешит
Низ её крушит
Простынёй шуршит
Да любовь вершит
Снег-бельё лежит
С косы свет дрожит
Обнимал её
А она - своё
Взгромоздилась вся,
На него Влазя
С нежностью, красой
Он в неё - босой
Эхехехехех
То любовь, не грех…
Есенин-Рукмитд
С поножовщин драки русским ветром рвусь.
Без вины под палки ведут святоРусь.
Психоклещ маньяков в каждой голове.
Горла литры склянка бога в кулаке.
Как колодник голый, ночь-рубахи рвань.
Пьяный смех пудовый. Разбегайся, дрянь!
Без души кто если, да не пьёт добром
За народа песни, где живут трудом,
Да не лгут с обиды, на мошну молясь.
Разбегайтесь ж-и-ды! Выбью зубы, мразь…
Рощи лист не ропщет, церквей дыры глаз.
Ветер бунт полощет, в кровь царей валясь…
Шамшир
Весь мир - со звёздами платок,
в лик-ночь чернеющий водою.
Листом дрожащим бездны бог
искрит дождями под ногою...
Хмельного ветра в синеРусь
с губой, разбитой после драки.
И я, понятно, им гляжусь
в глаза скулящей в ночь собаки...
И в птицу тени на краю,
миров, что в заводи топится
зари вечерней, что в раю
небесной нагостью царится ...
Весь мир - со звёздами платок,
в лик-ночь чернеющий водою.
Листом дрожащим бездны бог.
Шамшир в руке, но не к разбою...
Дети Адама
Улиц спят закоулки.
Тёмных миров амальгама.
Нежатся псы… и суки
В яслях… детей Адама.
Чикает горло паскудник
Ради кольца золотого.
Город, который преступник,
Мочится в звёзды святого…
Щёлкают сипло затворы,
То ли оконные ставни…
Челядь царей Пандоры
Топит кровавые бани…
В слёзах берёзы от раны
Прошлой войны рикошета.
Мёртвые листья-кораны
В пьяного лужах поэта.
Ветра горстей незабудки.
Бог, отсидев, не вышел…
В мир… за бутылкой водки…
Ибо здесь скот и мыши…
Улиц спят закоулки.
Тёмных миров амальгама.
Грыз колбасы и булки
В яслях… детей Адама…
Ортем-3302
1. В тёмном пространстве...
света...
мой... загубленный мир...
Дали... пожраны... кем-то...
Злобной... нечисти... пир...
Брошенный в чёрное... поле
неба кусок.
Рыскает... в мета... покрое...
выбитый полк...
* * *
Дороги изъевшие скаты.
Моторы проевшие "яды".
Испревших мешков фосфаты.
И в лицах людей - приматы...
Заводы в прицелы взяты.
На вылет пробитые взгляды.
Растлённых идей парады.
С едою... крысиные смрады...
2. Вот и оно... из пекла...
твари... нутро...
В скорби русская стела.
В чрево метро...
Бьющая очередь справа...
Стая у рва...
В крови... отрава...
И... голова...
* * *
Дороги - в чёрные шахты.
Убитых испревшие карты.
Ни года... ни часа... ни даты.
Лишь мёртво... бредущий... в закат...ты.
В прицелах снующие гады.
Навылет пробитые фалды.
Истлевших костей наряды.
Руин городов... стигматы...
3. В тёмном пространстве...
света...
мой... загубленный мир...
Дали... пожраны... кем-то...
Злобной... нечисти... пир...
Брошенный в чёрное... поле
неба кусок.
Рыскает... в мета... покрое...
выбитый полк...
* * *
Дороги увечьем взяты.
Сердец облучённые такты...
Моторы проевшие "яды".
И в лицах людей - приматы...
Дороги - в чёрные шахты.
Убитых испревшие карты.
Ни года... ни часа... ни даты.
Лишь мёртво... бредущий... в закат...ты.
Стиляга
Томится ветер улиц узких,
Не зря простора головы.
На окнах мух жужжанье русских
С подводы лошади ботвы,
Под грыз собачий полдень пнувшей.
Тенистость дремлет на ветвях.
Опавших яблок бок откушен.
Такое ж солнце в кислых щах…
Под ноги сдунутой махорки
Плевок идущего меня.
Ботинка, снятого с колодки,
Грязь-гуталин под цвет ремня
Штанов, сползающих не впору
Со «сдобы» города с дырой,
Заборов пьяных к косогору,
Где пахнет с калом чередой.
С ножом сварливые старухи
Судачат, чистя рыбий хвост.
Послушать их, как только шлюхи
И воры здесь, и мрак-погост.
А кто же, если не стиляга,
Который я без сигарет…
В кармане где-то есть бумага,
А там чуть справа туалет…
Томится ветер улиц узких,
Не зря простора головы.
На окнах мух жужжанье русских,
Людей, что к лошади на «вы»…
В тени вод
Николай Рукмитд-Дмитрук
Златое мира трепетанье.
Душа царит в великий свод.
Красивость скул - твоё касанье.
Ночь листопада на живот
для поцелуя жизнераем
созвездья неба высоко.
В Любви зазвёздность, умирая,
искрит мерцанием всего...
Содивновзглядом обмиранья
великоцарствия души.
Вбирают росные блужданья
ветра зелёные во ржи...
Златое мира трепетанье.
Звезда царит в великий свод.
Красивость скул - твоё касанье.
Ночь листопада в тени вод...
Кудесье
Небесные макроворота.
Великая поступь красы.
Миров светодали природа,
С листом лучезарья росы…
На глади души истеченья
Озёрных космических звёзд.
Всё это огня воскрешенье.
За вечность безсмертия тост
Велением гроз и рассветом
Вечерней луною в ночи.
Ось солнцем летящим дуплетом
С землёю в просторы пращи
В кудесье великого кладезь.
С святым ароматом травы
Поветрие дивное ластясь
Целует галактик главы…
Который твой взгляд, как и бога,
Проталием жизни крови.
Позвёздно мерцаний дорога
СоРусью во мне по любви…
Красно, сообразно и стильно
Сверхраем златым высоко.
Иду я в великое сильно…
В край близко и в край далеко.
Которое в пяди предвечной,
В зге зодчей шатров мировых.
Во всякой душе человечной
Величье-хрональность живых…
Цвет элей рождающий явность.
Глубин восприятия дух…
Всё это сверхсвойств сообразность
Гореньем воззрения в круг
За грани красы мирового.
В великом и в малом содивь.
Узришь заповедность иного
Хожденьем на вод когнитив…
Небесные макроворота.
Великая поступь красы.
Миров светодали природа,
С листом лучезарья росы…
Всё это огня воскрешенье.
За вечность безсмертия тост.
Узор рукава подношенье
К устам зачервлённых высот…
Всезлат
Вселенной звёздное царенье.
Небесной неги чистота.
Простора счастья дуновенье,
Твой взгляд - зелёная вода
Промытых далей соявленья
Дождей хрустальных предмиров.
Дрожит листва с росой паденья
Сияньем лунных берегов.
И солнце ночи запредела
На ветрах нивы золотой
В тумане озарью поспело
Созвездий яблоко с слезой
Души красивой процаренья
Любви великой глубины
И жизни шёпота моленья,
О боге вечном вышины…
Вселенной звёздное царенье.
Небесной неги чистота.
Простора счастья дуновенье
Всезлат зазвёздная черта…
К Рубашке белой шляпы хлам
Любви уж нет… один жакет
С дырой окурка прошлых лет…
Прогар чернеющий полы
К подкладке спичечной золы…
Да грязь карманная Потьмы
Для кулака руки-тюрьмы,
Где швы замызганных границ,
Что с мясом ниток пуговиц…
Потёртый профиль рукава.
Анфас спины с ворсой шарфа,
Шкафа с зеркальною водой
Вкось с приоткрытой тишиной
Щели меж дверец по полам.
К Рубашке белой шляпы хлам
К носкам поношенных «ступней»…
Штаны с платком что для соплей
С возможной драки подшофе
Что также сносят и к губе…
Однако в чём- то воротник,
Как видно, вдруг пятно- тростник
листком, под алую зарю…
суть поцелуй … который зрю
желанный с влагою ресниц
от той - с глазами працариц…
Любви уж нет… один жакет
С дырой окурка прошлых лет…
Не хочет прочь, с глазами (ночь)
Идти любви томленья дочь…