📘 Канал "Бытовые Байки" представляет: Что делать, если великие писатели решили обновить свои произведения через электронную почту? Особенно когда они настаивают на том, что "Евгений Онегин" нуждается в хэштегах...
Спам от классиков
Василий Иванович Книжкин щелкнул мышкой и уставился на экран с таким видом, будто монитор только что предложил ему жениться.
— Ну надо же, — пробормотал он, поправляя очки. — Теперь и спамеры Пушкиным прикидываются.
В папке входящих красовалось письмо от a.pushkin1799@poetry.ru с темой "Хочу обновить Онегина под тренды". Василий Иванович работал главным библиотекарем уже двадцать три года, и за это время видел всякое: от читателей, которые просили "книжку про любовь, но чтобы не грустная", до старушек, требующих вернуть "Войну и мир" в твердой обложке, потому что "мягкая не внушает доверия".
Но чтобы Александр Сергеевич лично писал на Gmail?
Письмо он все-таки открыл. Любопытство – профессиональная болезнь библиотекарей.
"Уважаемый коллега! Обращается к Вам А.С. Пушкин (да-да, тот самый). Наблюдаю за современной литературой через Wi-Fi загробного мира и понимаю: пора освежить классику. Молодежь не читает "Онегина" – скучно им. А что если добавить туда селфи, блогерство и отношения в соцсетях? Татьяна могла бы вести Запретграм, а Онегин – Телеграм-канал о депрессии. Что скажете? П.С. Приложил черновик первой главы в современной обработке."
Василий Иванович хмыкнул и потянулся за кофе. Кто-то очень постарался, даже стиль писателя попытался воспроизвести. Хотя "Wi-Fi загробного мира" звучало подозрительно.
Вложение все же скачал.
"Мой дядя самых честных правил, Когда не в шутку занемог, Он Запретграм свой заграбастал И лучше выдумать не мог. Его пример другим наука: Как денег делать без труда, Блогерство – дивная наука, Хайп, лайки, тренды – ерунда!"
— Господи, — прошептал библиотекарь. — Кощунство какое-то.
Но читать продолжил. И чем дальше, тем больше удивлялся. Тот кто это писал, знал пушкинскую манеру до мельчайших деталей. Игра слов, ритм, даже авторские отступления – все на месте. Только Онегин теперь был блогером-миллионником, а Ленский писал рэп о дружбе.
На следующий день пришло письмо от l.tolstoy@war-and-peace.com.
"Здравствуйте, Василий Иванович (да, мы тут все друг про друга знаем). Лев Толстой беспокоит. Вчера общался с Александром Сергеевичем, он рассказал про вашу переписку. Хочу тоже осовременить "Войну и мир". Подумал: а что если Наташу Ростову сделать фуд-блогером? Она же так любила поесть! А Пьера – it-предпринимателем, у него как раз склад ума подходящий..."
— Кто-то очень крутой хакер, — сказал Василий Иванович своему коту Мурзику, который сидел на стопке "Анны Карениной" и вылизывал лапу. — Или...
Кот посмотрел на него с пониманием. У котов особое чутье на мистику.
К концу недели в почте скопилось четырнадцать писем. Гоголь хотел переделать "Ревизора" в сериал про проверки Роспотребнадзора. Чехов предлагал обновить "Три сестры" – пусть будут блогершами из разных городов, ведущими совместный подкаст. Даже Достоевский написал, правда, очень длинно и с философскими отступлениями о том, как Запретграм влияет на человеческую душу.
— Либо я схожу с ума, — сказал Василий Иванович коту, — либо в загробном мире действительно есть интернет.
Мурзик промурлыкал что-то успокаивающее и потерся об экран ноутбука.
Литературный стартап
Месяц спустя библиотека имени Некрасова кардинально изменилась.
В читальном зале появились плакаты "Онегин 2.0: теперь с мемами!" и "Толстой пишет фанфики: читай первым!". За столиками сидели подростки – впервые за много лет. Они читали распечатки современных версий классики и живо обсуждали сюжеты.
— Вась, а правда, что Татьяна Ларина теперь ведет канал о психологии отношений? — спросила семнадцатилетняя Вика у своего парня.
— Угу. И у неё два миллиона подписчиков. А Онегин так и остался токсичным мужиком, только теперь он еще и в соцсетях всех троллит.
Василий Иванович стоял за стойкой и не мог поверить происходящему. Последние четыре недели он активно переписывался с классиками литературы. Пушкин оказался удивительно современным – быстро освоил сленг и даже начал шутить про блокчейн. Толстой, как и при жизни, любил длинные философские рассуждения, но теперь они касались влияния цифровых технологий на нравственность. Чехов писал коротко и по делу, изредка вставляя тонкие иронические замечания о современности.
Самым неожиданным оказался Гоголь. Он буквально влюбился в социальные сети и создал такую версию "Мертвых душ", что Василий Иванович несколько раз смеялся до слез. Чичиков теперь скупал аккаунты умерших людей для накрутки подписчиков, а помещики вели соответствующие блоги: Манилов – канал о мечтах и планах, Коробочка – про домашнее хозяйство, Ноздрев – геймерский стрим.
— Василий Иванович, а можно еще "Горе от ума" в современной версии? — подбежала к стойке студентка филфака Настя. — Там же Чацкий такой хейтер был, идеально под наше время подходит!
— Напишу Александру Сергеевичу, — серьезно ответил библиотекарь. — Грибоедов тоже с ними общается.
— А вы правда переписываетесь с...?
— А то! — Василий Иванович показал телефон. На экране красовалось уведомление: "Новое сообщение от f.dostoevsky@karamazovy.org".
Настя округлила глаза:
— Это же невозможно!
— В нашей работе, девочка, невозможного не бывает. Бывает только неправильно оформленный читательский билет.
В углу читального зала группа старшеклассников яростно спорила о том, стал ли Базаров из "Отцов и детей" нигилистом из-за соцсетей или, наоборот, соцсети делают людей нигилистами. Двое студентов строчили курсовую по современной версии "Преступления и наказания", где Раскольников был хакером.
— Василий Иванович, — подошла завуч местной школы Марина Петровна, — у вас тут что, секта какая-то? Половина одиннадцатиклассников теперь цитирует Пушкина наизусть. Причем версии, которых в школьной программе нет.
— Это называется "адаптация классики под современную аудиторию", — важно ответил библиотекарь. — Инновационный подход к популяризации литературы.
— А откуда тексты-то берете?
Василий Иванович помолчал, глядя на экран телефона. Там мигало сообщение от Лермонтова с темой "Хочу переделать "Героя нашего времени" под формат сторис".
— Из очень авторитетных источников, — наконец сказал он.
Вечером, закрывая библиотеку, Василий Иванович еще раз перечитал последнее письмо от Пушкина:
"Василий Иванович, спасибо вам за работу. Смотрим отсюда – молодежь снова читает, причем с удовольствием. Это ли не чудо? Кстати, Михаил Юрьевич просит передать: если что-то с его "Демоном" не так получится, не обижайтесь. Он тут у нас самый капризный, постоянно что-то переделывает. П.С. Приложил новую версию "Медного всадника" – теперь это киберпанк про восстание искусственного интеллекта."
Мурзик мяукнул и потерся о ногу хозяина.
— Знаешь, Мурзик, — сказал Василий Иванович, почесывая кота за ухом, — не важно, кто на самом деле эти письма пишет. Важно, что библиотека снова полна людей. А остальное... пусть останется тайной.
Кот замурлыкал, будто соглашаясь. В конце концов, в мире, где классики литературы могут вести блоги, нет ничего невозможного.
🏠 Иногда для того чтобы оживить старое, нужно просто дать ему новый адрес электронной почты.
📱 В Telegram у меня отдельная коллекция коротких историй — те самые байки, которые читают перед сном или в обеденный перерыв.
Публикую 3 раза в неделю (пн/ср/сб в 10:00) + сразу после подписки вы получите FB2 и PDF-сборник из 100 лучших рассказов.
Перейти в Telegram